Переводы Байрона, Гюго, Гете, Шекспира

Одиночества не надо бояться, и оно вовсе не является неизбежной данностью человеческого существования. Ведь речь идет скорее даже не об одиночестве, а о не подчинении себя чужим иллюзиям. Были бы они хотя бы полезными, еще куда не шло, но чаще всего люди проживают свои жизни неосознанно, настаивая, чтоб и мы следовали и потакали их губительным заблуждениям..

"Альфа и омега" представляет собой синтез детективного, фантастического, любовного и философского романа.

В начале девяностых годов главный герой знакомится с милой девушкой , Парень ввязался в сомнительную финансовую авантюру и был вынужден стремительно покинуть страну. На Западе он сказочно разбогател , но деньги не принесли ему счастья.

В книге обсуждаются социобиологические аспекты секса как у человека, так и у остальных живых существ. Только две вещи организм высокоорганизованных представителей биоты не может делать сам, без кооперации с другими особями, это спаривание для получения потомства и взаимопомощь. Можно предположить, что есть некое универсальное требование природы - либо сам стремись размножаться, либо другим помогай выживать.

Сознание и подсознание должно быть другом и помощником на жизненном пути, а не предательскими, мало поддающимися контролю инструментами.

В книге идет речь о знакомых вещах, но с иной точки зрения. А именно, насколько они помогают или мешают нашему существованию, и это закладывает основу для обсуждения, что мы сможем что-то понять и изменить.

В книге "Вечность кончается сегодня" под прицел автора попадают "одноразовые души", "одноразовые мысли". Это не просто повествование (очень увлекательное, необходимо заметить). Это сожаление писателя о человеческом мире, наполненном одноразовыми жизнями.

В рассказе "Запах соли" главный герой - эдакий обычный, заурядный... марсианин из обычного марсианского города Содомска.

Наука обычно не задается вопросом какова могла бы быть Вселенная и Жизнь в идеальном мире, словно бы, предполагая, что природа совершенна, и если что-то нам кажется несовершенным, то это от того, что мы недостаточно её постигли.Критиковать Жизнь не принято. Такой подход кажется несерьезным, и ученые и не подумают критиковать устройство жизни во Вселенной.

В этих аудиозаписях сделана попытка возродить древний метод философствования. .

Современные доктора и кандидаты философских наук не просто беседуют с писателем Борисом Кригером, а именно ведут философские диалоги на темы человеческой психики. Само построение рассуждений в виде диалога является неслучайным в философии. Например, Платон признавал устную форму философствования более достойной, чем письменную.

Что мы понимаем под муками совести? Это — когда мы совершаем что то, что считаем злом, или не совершаем чего то, что считаем добром? Или когда нам стыдно за других? Или существуют два вида мук совести? Один — когда мы страдаем от того, что, по сути, ожидаем возмездия. И второй — когда нам плохо самим по себе. Эти два вида легко отличить.

«Когда рыжий, носатый доктор, ощупав холодными пальцами тело Егора Быкова, сказал, неоспоримым басом, что болезнь запущена, опасна, – Быков почувствовал себя так же обиженно, как в юности, рекрутом и, в год турецкой войны, под Ени-Загрой, среди колючих кустов, где он валялся с перебитой ногою, чёрный ночной дождь размачивал его, боль, не торопясь, отдирала тело с костей…».

Метлаэн и Босс уже долгое время дрейфуют в открытом море в одинокой шлюпке, не теряя надежды увидеть берег. На исходе вода, еда и силы бороться. Остались лишь полсигары и шесть спичек, но согласно уговору, они достанутся умирающему.

Богема — произведение автобиографическое, основанное на истории создания и постановки булгаковской пьесы «Сыновья муллы» весной 1921 г. во Владикавказе и последующей поездки драматурга на вырученные деньги в Тифлис (Тбилиси).

Душевнобольной весьма убедительно доказывает, что стал жертвой врачебной ошибки.

У токаря Григория Петрова зимой тяжело заболела жена Матрена и он повез её на санях на соседской лошади в земскую больницу. Дорога до больницы была около 30 верст. По дороге он говорил с женой, уговаривал её потерпеть. Однако в пути заметил, что снег перестал таять на её лице. Петрову становится страшно. Потрогав её холодную руку, он понял, что Матрена умерла.

Яков Саввич не терпел скучной работы и своей незамысловатой жизни. В какой-то момент он понял, что простым трудом заработать невозможно, а вот какое-нибудь ненужное дело может быть очень доходным.

Картина — Василий Егорович Астрахов. «Купцы, играющие в шашки». 1857.

Случайный попутчик интересуется должностью своего соседа по купе и предупреждает о неминуемой катастрофе.

Иллюстрация — Исаак Ильич Левитан. Поезд в пути. 1895 г.

По всей России продолжаются бои между теми, кто хочет вернуть старое, и теми, кто поверил в силу и правду нового порядка.

Военные дороги наконец-то сводят вместе Дашу и Ивана Ильича на царицынском фронте, но Катя и Рощин еще долго не встретятся. В конце концов судьба сводит всех в Москве.

В одной земской больнице доктор уехал на охоту, и поэтому приём больных ведут два фельдшера…

В одном американском кафе, за столик к повествующему, подсаживается человек с необычным взглядом на понятие «родина»…

Рейдеры, Хватальщики, Юп – у меня рвёт шаблон, вернее, я просто в таком лёгком шоке! Тогда, в шахте, когда я видел, как эти хрен пойми кто и мало смахивающие на людей или Укасов пёрли в атаку с почти голыми руками на автоматы и прикрывали друг друга вместе с людьми и Укасами, я как-то действовал на автомате, прикрывал, как мог других, да и самому чтобы что-нибудь в тушку не прилетело.

Арабо-израильский конфликт ежедневно отражается в заголовках новостей, но мало кто понимает исторические корни этой борьбы. В книге "Кровь на песке", имеющую предисловие Эхуда Ольмерта, Бенни Хинн раскрывает глубину ближневосточного конфликта, показывая его историческую, политическую и религиозную подоплеки, и объясняет, что в действительности происходит и, самое главное, почему.

Мемуарная проза сына одесского адвоката, первыми воспоминаниями которого (повествователя) была предвоенная Одесса и своеобразная, утраченная уже культура тогдашней интеллигентской жизни; затем — война, во время которой мальчик узнает, что значит быть евреем; попытки семьи выжить во время оккупации — мальчик уговаривает мать, что нас не убьют, но мать — убивают (отец как и многие из их окружения были репрессированы уже после войны)

Она была похожа на принцессу Селестию, только мрачна и разбита. Её церемониальные доспехи слегка заржавели, и грязь въелась в шёрстку. Наиболее заметными были её волосы: чёрные прожилки сопровождали их обычный разноцветный блеск. Они выглядели обесцвеченными, как на старой фотографии.

Хуже всего был шрам на груди. Её доспехи прикрывали его, но ничто не могло скрыть того, что это означало.