Самый опасный возраст
| Автор: | Ирина Мясникова |
| Читает: | Юлия Степанова |
| Жанр: | Роман |
| Год: | 2018 |
| Время: | 07:03:00 |
| Размер: | 174.5 Мб |
Даше Смирновой двадцать два года, её маме Елене Михайловне Смирновой сорок два, а бабушке Валентине Григорьевне Смирновой аж целых шестьдесят два. У кого из девушек Смирновых самый опасный возраст? Когда у тебя ещё всё впереди, или когда уже нечего терять?
Слушать Самый опасный возраст онлайн бесплатно
Покупая дом в коттеджном посёлке «Весёлые зяблики», Лида стремилась к уединению, однако оказалось, что и в собственном доме от соседей не очень-то спрячешься. Со временем, особенно летом из-за наплыва дачников посёлок стал напоминать большую коммунальную квартиру. К тому же нынешним летом в гости к Лиде пожаловала лучшая подруга Наташка, она же доцент Куприянова, справедливо решив, что раз Турция ей стала не по карману, то глупо покупать путёвку в пригородный пансионат, когда у подруги простаивает такой замечательный дом у озера.
Вторая волна эпидемии коронавируса. Все, кто имеет такую возможность, изолируются на дачах. Те, у кого нет дач, но есть средства, арендуют загородные дома. В отличие от периода первой волны, локдаун не объявлен и разрешена работа загородных отелей и турбаз.
Спасаясь от коварной заразы, в одну из таких турбаз в окрестностях Санкт-Петербурга отправляются три совершенно незнакомые женщины: жена преуспевающего бизнесмена Людмила, начинающая писательница Ксения и подполковник полиции в отставке Лена Штукина, знакомая читателям по романам «Кикимора болотная» и «Совместно нажитое».
Петровская Екатерина Андреевна настоящая карьеристка. Она работает начальником планового отдела компании «Теплоинжиниринг», считает себя обычной пешкой и мечтает прорваться в ферзи. Однако пешка она незаменимая, иначе не отправляли бы её в ответственные командировки и не платили бы ей приличную зарплату. Эта зарплата Екатерине очень нужна, ведь муж её кандидат наук Серёга Петровский с комфортом устроился у жены на шее.
Совершенно случайно у Марины с носа съехали розовые очки, и она тут же убедилась, что от любви до ненависти действительно один шаг. Или это была не любовь? А как же тогда двадцать пять лет семейной жизни и замечательный сын Юрка? В ситуации, в которую попала Марина, многие женщины предпочитают зажмуриться и упорно не замечать окружающую действительность, некоторые эту действительность принимают, смиряются с ней и живут дальше, затаив ненависть.
Жанр своих книг он определяет как «литературу о жизни». Сергей считает, что белорусские читатели изголодались по незамысловатым историям с любовной канвой, не наполненной кровавой интригой. Его произведения успешно сочетают в себе детектив, мелодраму, исторический роман. Но точнее, пожалуй, будет звучать определение самого Климковича, данное им в предисловии к последнему роману «Три строки о радости, три строки о грусти»: «Эта книга – сердце, бьющееся иногда неистово-печально, а иногда безоглядно-счастливо.
Жизнь курортного городка Эннистон тихо крутится вокруг купален и целебных источников. Тихо до тех пор, пока в город не возвращается самый знаменитый его уроженец — профессор философии Джон Роберт Розанов, ищущий приличного кавалера для своей красавицы внучки. А его некогда любимый ученик, давно променявший философию сперва на искусствоведение, а затем на пьяный дебош и беспорядочные половые связи, пытается понять, вправду ли он хотел утопить дождливой ночью законную супругу, или это ему лишь померещилось…
От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за "Остаток дня", - первый в его блистательном послужном списке сборник рассказов. Эти пять поразительных историй о волшебной силе музыки и сгущающихся сумерках объединены не только тематически и метафорически, но и общими персонажами, складываясь в изысканное масштабное полотно.
Роман «Сердечная подруга» повествует о французе Брюсе Бутаре, которому из-за болезни трансплантируют сердце молодой женщины. Тот факт, что жизнь персонажей круто меняется в результате определенных событий, стал не единственным совпадением: главным связующим звеном двух романов является метафора поиска. Стремление найти ответ на ключевой вопрос становится смыслом жизни для Жюстин, оставившей сына, погруженного в глубокую кому, чтобы собственными глазами увидеть того человека, который сбил подростка.
…Интригующим тоном, чтобы переключить внимание, Родыгин поспешил сообщить, что Векшина была на молочной кухне. Она спокойно катит коляску с младенцем, а за несколько кварталов от нее, еще неразличимый в потоке других машин, мчится автомобиль, за рулем которого сидит Филимонов. Он возвращается с дня рождения, где пил не только томатный сок.
История поздней любви никогда не бывает простой. Пережив череду неудачных романов, Татьяна встречает своего Принца, но судьба решает разыграть настоящую шекспировскую драму… Принц мертв, а в убийстве обвиняют ее, хотя вспомнить подробности трагедии невозможно.
Сможет ли Татьяна справиться с бесчеловечной машиной российского правосудия или станет его очередной жертвой? Каковкин не дает однозначных ответов, но заставляет задуматься о том, что на месте Татьяны теоретически может оказаться каждый…
В этом лесу было пленительно, иначе не скажешь. Малиновка завлекала своим пением. Каждый куст — буквально каждый! — угощал ягодой! Белки вели себя с непостижимой доверчивостью, словно ручные. И на всю эту идиллию сверху любовалось солнышко — такое ясное, будто сделали его для детского спектакля. Как, впрочем, и все остальное в этом райском уголке.
Семь городов… Древний континент, история которого теряется в глубинах тысячелетий. Завоевав его, малазанцы никогда не относились всерьез к легендам и верованиям местных племен. Власть Империи в Семи городах казалась им незыблемой, а пророчества о Дриджне, священном возмездии, – очередными слухами. Вплоть до страшной ночи, когда слухи вдруг превратились в зловещую реальность.
Разрываемый длительными войнами континент Генабакис стал колыбелью для новой кровожадной империи – Паннионского Домина. Армии таинственного Провидца захватывают город за городом, буквально опустошая всё на своём пути.
Чтобы противостоять им, объявленное вне закона Войско Дуджека Однорукого вынуждено объединиться с заклятым врагом Малазанской империи.