Дачники смутного времени

Даше Смирновой двадцать два года, её маме Елене Михайловне Смирновой сорок два, а бабушке Валентине Григорьевне Смирновой аж целых шестьдесят два. У кого из девушек Смирновых самый опасный возраст? Когда у тебя ещё всё впереди, или когда уже нечего терять?

Вторая волна эпидемии коронавируса. Все, кто имеет такую возможность, изолируются на дачах. Те, у кого нет дач, но есть средства, арендуют загородные дома. В отличие от периода первой волны, локдаун не объявлен и разрешена работа загородных отелей и турбаз.

Спасаясь от коварной заразы, в одну из таких турбаз в окрестностях Санкт-Петербурга отправляются три совершенно незнакомые женщины: жена преуспевающего бизнесмена Людмила, начинающая писательница Ксения и подполковник полиции в отставке Лена Штукина, знакомая читателям по романам «Кикимора болотная» и «Совместно нажитое».

Петровская Екатерина Андреевна настоящая карьеристка. Она работает начальником планового отдела компании «Теплоинжиниринг», считает себя обычной пешкой и мечтает прорваться в ферзи. Однако пешка она незаменимая, иначе не отправляли бы её в ответственные командировки и не платили бы ей приличную зарплату. Эта зарплата Екатерине очень нужна, ведь муж её кандидат наук Серёга Петровский с комфортом устроился у жены на шее.

Совершенно случайно у Марины с носа съехали розовые очки, и она тут же убедилась, что от любви до ненависти действительно один шаг. Или это была не любовь? А как же тогда двадцать пять лет семейной жизни и замечательный сын Юрка? В ситуации, в которую попала Марина, многие женщины предпочитают зажмуриться и упорно не замечать окружающую действительность, некоторые эту действительность принимают, смиряются с ней и живут дальше, затаив ненависть.

В произведениях русского писателя Владимира Гиляровского со всей полнотой отражена его бурная, богатая событиями, встречами и приключениями жизнь: около 10 лет он скитался по России, работал бурлаком, пожарным, объездчиком диких лошадей, провинциальным актером. Гиляровский был одним из лучших репортеров столичной прессы, его «коньком» были уголовная хроника и репортажи, он писал о самых заметных и нашумевших событиях, его называли «королем репортеров».

Когда рухнула страна, нас держала на плаву любовь.

Та, что побеждает смерть.

Внешне все замечательно у Петра Манусевича в жизни. Он заведующий кафедрой в московском институте, считается авторитетом по определенной эпохе российской истории, супруга — красавица блондинка… Однажды на свой день рождения мать совершила вроде малозначимый поступок, но именно он стал причиной сердечного приступа у Петра и цепочкой последующих событий, которые перевернули всю его жизнь.

Рассказ Владимира Набокова «Гроза» является своеобразным пересказом библейской легенды о пророке Илье и ученике его Елисее. Однако перенесенное Набоковым действие в наше время «обрастает» своими деталями и подробностями, приобретая независимость (быть, может, не полную) от оригинального сказания.

Нет у меня ни имени, ни фамилии. Я вообще не человек. Я домовой, барабашка, полтергейст, квартирный демон. Называйте меня, как хотите. Понять, кто я и для чего, сам не могу. Жуть как надоело сидеть в одиночестве, и решил я поделиться, кое-какими мыслишками. Мысли вслух и на бумаге, от бабайки на диване.

Об авторе.

Уже само название этой книги выглядит как путешествие в заманчивое далеко: вот сад, подернутый рассветной дымкой, вот юные жулики, пришедшие за чужими яблоками. Это образы из детства героя одной из повестей книги Анатолия Михайлова.С возрастом придет понимание того, что за «чужие яблоки» – читай, запрещенные цензурой книги и песни, мысли и чувства – можно попасть в места не столь отдаленные.

Раннее утро. Серебряная протока спит. Спят тальники, валом подступившие к берегу, спят травы, спит рыба. Пожелтевшие листья демку — стрелолиста — отчетливо выделяются на темной, торфянистого цвета воде. Вперемежку со стрелолистом лежат красноватые узорчатые листья чилима и зеленые блюдечки кувшинки. В глубине, сквозь коричневатую толщу воды можно увидеть стелющуюся по дну траву, сочную нитчатку, гибкую и шелковистую.

Небольшой рассказ-шутка  об особенных людях из необыкновенного села…

Этот рассказ молодого автора Комкова о детских воспоминаниях «трудного» ребенка, порой не всегда радужных, о событиях давних лет с неожиданной и недетской развязкой.

Опубликовано в журнале Новый Мир, в 2017 году.

Рекомендуется прослушивать в наушниках.

Скандинавия, Х век. Йомсвикинги недавно разбиты в морском сражении, история Норвегии принимает новое направление. Эти события затрагивают даже бывшего йомсвикинга Гутхорма, живущего в самой глухой норвежской провинции.

Мрачный, жестокий, кровавый Стокгольм. Полный несправедливости и абсолютно к ней безразличный. Смерть поджидает здесь на каждом шагу и заберет с собой любого, кому не посчастливилось с ней встретиться. Но порою смерть может стать спасением. По Городу между мостами бродят заблудшие души, которые не могут обрести покой. Живой мертвец, обрекший сотню судеб на раннюю кончину.

«До конца своих дней он сохранял в себе что-то от деревенского паренька и одновременно становился мудрым судьей человеческих судеб. Он был частью той сложной человеческой среды, которую описывал, и вместе с тем высоко поднимался над нею».

Рассказ Бориса Штерна "Сумасшедший король", мои первые пробы в начитке аудиокниг. Аудиокнига разделена на три части.

Любовь и деньги — два основных мотива, которые превращают вполне законопослушного на вид гражданина в преступника. Третий — информация. Человек узнает то, что ему знать не полагалось, и вся его жизнь летит под откос. Угадать, чем руководствовался преступник, — значит наполовину распутать дело, считает детектив Стив Карелла. Однако это легче сказать, чем сделать, особенно если жертвы преступления — шестимесячный младенец и его няня, девушка-подросток.