Сын

Об аудиокниге

Весна 1849 года. Илаю МакКаллоу было всего тринадцать, когда индейцы команчи напали на его дом в Техасе, убили мать и сестру, а его самого забрали с собой. Сообразительный и храбрый, Илай привык к жизни среди индейцев и скоро стал одним из них. Не белый и не индеец, мальчик завис между двумя цивилизациями, уходящей и наступающей. Он должен отыскать свое место в мире, где приключения и трагедии сменяют друг друга с калейдоскопической быстротой.

1915 год. Питер МакКаллоу придавлен чувством вины за происходящее вокруг него, за ту ярость, с какой люди выгрызают себе место под солнцем. Он полная противоположность Илаю, своему отцу, — он не действует, но созерцает и размышляет. Питер слишком рано явился в этот мир, где в цене лишь сила и напор.

Середина XX века. Джинни МакКаллоу — наследница семьи, несгибаемая леди, железной рукой управляющая богатейшей компанией Техаса, глава мощной нефтяной империи. Ее мир — мир холодного расчета и стремительных реакций на политические новости. Но она не чувствует себя в этом мире своей.

Через историю одной семьи, полную испытаний, страсти, успеха, Филипп Майер разворачивает поразительную историю Техаса. Эпический роман, охватывающий больше столетия, залитый слезами и кровью, полный нежности, приключений и отваги.

Слушать Сын онлайн бесплатно

Авторские права соблюдены, фрагмент книги предоставлен партнером.
Популярное в жанре Роман

Автор относит свое произведение к жанру фельетона. В этом нет ничего зазорного. Скажем, «Крейцерова соната» Льва Толстого, «Записки из подполья» Фёдора Достоевского — те же фельетоны, лишь с разной степенью удачливости литературного исполнения: если у Федора Достоевского остро событийное поле динамично перетекает к коннотациям почти постмодернистского мироощущения и смысла, таким образом, раскалывая диатрибу безотрывным потоком сознания, то у Льва Толстого превалирует пафос, а это много портит собственно художественное назначение искомого жанра.

Роман «Тайные сады Могадора» — это, по словам автора, «поэтическое исследование феномена желания, вожделения». Альберто Руи Санчес по всему миру разыскивал «удивительные уголки, в которых перемешиваются между собой природа и чувственность». Все сады, нашедшие отражение в его романе, — это плод действительной страсти, приукрашенный наваждениями.

Он влюбился в неё без ума и ни от кого не скрывал своих чувств. Но женщине, годящейся ему в матери, замужней, совсем неловко было переносить проявления его страсти. Она видела в нём сына, которого у неё никогда не было. Но так ли всё просто? Ведь в разлуке она страдала, что было отмечено окружающими. Пришла весна, и дама сдалась, но с условием, что грех смыт будет их кровью.

Повесть"Пальмы в снегу"  — новое хулиганское произведение русской литературы.

Представьте двух придурков типа Джея и Молчаливого Боба или Бивиса и Батхеда, только добавьте к их образу глубокие знания философии, истории и психологии.

Книга рассказывает  о спонтанном зимнем путешествии к морю двух пьяных и весёлых философов. Странные, мистические события происходящие с ними дадут подсказки для понимания смысла жизни и своего предназначения в ней.

Следователь расследует дело об отверчивании гаек на железнодорожных путях. Обвиняемый — мужичонко из деревни, расположенной недалеко от места преступления. Он охотно признается в содеянном, но собственную вину категорически не принимает как что-то возможное.

Извечная проблема отцов и детей в интерпретации Тициано Скарпа. Роман, основанный на личном опыте отцовства. В переводе одного из лучших переводчиков с итальянского Геннадия Петровича Киселева.

Казалось, что даже воздух был другим. Саша стоял перед старым, покрытым ржавчиной, покосившимся знаком, на котором виднелась надпись: Парусиново. Парень посмотрел в обе стороны, но на трассе было пусто. Чтоб попасть в Парусиново, нужно было съехать с трассы и ехать по старой дороге, где в трещинах асфальта прорастала трава. Никто давно по ней не ездил.

История страшного голода в самых хлебных районах Сибири, вызванного тем, что в течение нескольких лет запасы собранного хлеба отправлялись на винокуренные заводы, так что никаких резервов в регионе не оставалось.

Советский рассказ 20-х годов.

1919 год. Бронепоезд РККА «Республика» делает остановку в местечке Хреновино, где властвует «Отряд красного террора».

Вскоре происходит событие, разделившее жизнь хреновинцев на «до» и «после».

Луис Альберто Урреа «Дом падших ангелов» – пронзительная и полная юмора сага о большой и настоящей семье.

– Финалист премии National Book Critics Circle Award,.

– A New York Times Notable Book.

Патриарх мексиканского семейства Мигель Анхель де ла Круз, которого все называют Старший Ангел, собрал весь клан на вечеринку по случаю своего дня рождения.

Вам также понравится

Лаура – одна из лидеров сопротивления. Стефан – ее злейший враг, который неожиданно ворвался в сердце и мысли. Но если Лаура готова сделать шаг навстречу, то ее любимый отказался от своих чувств. А между тем члены «Общества чистой силы» не желают ждать, они тоже хотят изменить Тассет, вот только в какую сторону? И может ли великая ночь наступить в середине лета?

Как неверующему человеку подойти к идее Бога?

Как можно приблизиться к религиозной жизни с точки зрения ума, ищущего истину?

Тема смысла жизни, нравственности, смерти и бессмертия, соотношения науки и религии, соотношение религии и язычества, религии и магизма, ответы на многочисленные вопросы современной апологии христианства - таково содержание курса лекций по апологетике, прочитанных в 2001 - 2002 гг.

Созерцание — род духовного видения, к которому стремится и разум, и вера, по самой своей сути, потому что без него они не полны. Но созерцание — не видение, потому что оно видит, не глядя, и знает без знания. Поэзия, музыка, живопись имеют что-то общее с опытом созерцания. Но созерцание — по ту сторону эстетической интуиции, по ту сторону искусства, поэзии.

Пол Лэнг занимается изучением таинственной рукописи монаха-францисканца, жившего в 13 веке. Волшебным образом брат Бэкон предвосхитил важнейшие открытия в области биологии, химии и квантовой физики, но большая часть его трудов остается загадкой. Дело сдвигается с мертвой точки, когда Лэнг понимает, что труд Бэкона является лишь конспектом легендарного «Некрономикона».