Лунной ночью и другие рассказы
| Автор: | Александр Куприн |
| Читают: | Клюквин Александр, Максим Пинскер, Александр Котов, Сергей Тонгур |
| Жанр: | Классика |
| Год: | 2016 |
| Время: | 04:30:11 |
| Размер: | 192.9 Мб |
В историю отечественной литературы А.И. Куприн вошёл как автор повестей и романов, а также как крупный мастер рассказа. Он принадлежал к плеяде писателей критического реализма. В своих произведениях Куприн писал только о том, что он сам видел, пережил и почувствовал. В центре его произведений обычно «средний» русский интеллигент-труженик или же простой «мужик» из народа. Жизнелюбие, гуманизм, богатство языка делают Куприна одним из самых читаемых писателей и в наши дни. Многие его произведения инсценированы и экранизированы, переведены на ряд иностранных языков.
Содержание:
Лунной ночью
Слон
Первый встречный
Ю-Ю
Марабу
Леночка
Серебряный волк
Изумруд
Барбос и Жулька
Тапер
Слушать Лунной ночью и другие рассказы онлайн бесплатно
Готическая проза - своеобразное и неоднозначное явление европейской предромантической литературы, зародившееся в XVIII столетии. В жанре "таинственной", мистической прозы творили и многие русские писатели. Но издание произведений такого рода не приветствовалось в советское время. Именно поэтому одна из интереснейших страниц русской литературы осталась неоткрытой, а многие произведения прекрасных авторов остались неизвестны читателю.
Все маленькие дети верят в чудеса. И в то, что с ними непременно случится что-нибудь сказочно-волшебное. А уж Рождество для этого самое подходящее время... Искрящийся снег, яркие звёзды и даже ласковая улыбка в этот день наполняют душу радостью и тихим счастьем. И счастье это пахнет ёлкой и мандарином, а ещё оно завёрнуто в красивую подарочную бумагу и сверкает на ладони белоснежной нетающей снежинкой.
В жизни происходят порой удивительные вещи. Вот и к скромному чиновнику-бессребреннику Ивану Цвету явился таинственный человек, принесший весть о наследстве и билеты на поезд в дядино именье. И просил этот М.И. Тоффель только об одной ответной услуге — сжечь, не читая, оккультные рукописи почившего дядюшки-масона...
Разгар русско-японской войны. Штабс-капитан Рыбников обивает пороги госучреждений в попытке получить пособие по ранению и как будто невзначай, пытается разузнать последние военные новости. По вечерам он заседает в одном из обшарпанных ресторанчиков и разглагольствует о героизме русских солдат и бездарности военачальников. Громогласный офицер со скуластым лицом и раскосыми глазами привлекает к себе внимание сотрудника одной из петербургских газет и наводит его на мысль, что Рыбников совсем не тот, за кого себя выдает.
«Человек на часах» Лескова — рассказ, написанный в 1887 году. Событие рассказа трогательно и ужасно по своему значению для главного героического лица пьесы, а развязка дела так оригинальна, что подобное ей даже едва ли возможно где-нибудь, кроме России... Рассказ «Человек на часах», — имел название «Спасение погибавшего», когда впервые был напечатан в журнале «Русская мысль».
Я превратился из полного, цветущего человека в растерянное, нервное и желчное существо, которому, чтобы оставить по себе коренную память, следовало бы немедленно и прочно повеситься. Виной этому был, конечно, я сам. Желая найти некий философический уклон, по которому в пуховиках абсолютной истины мог бы мягко с просветленной душой, скатиться в лоно могилы, я окружил себя десяткам идейных друзей — проклятием моей жизни.
Милостивые государи и милостивые государыни! Я попался… Попался, или, выражаясь длиннее: вчера я был порядочен, честен, лобызаем во все части, сегодня же я жулик, мошенник, вор… Кричите же теперь, бранитесь, трезвоньте, изумляйтесь, судите, высылайте, строчите передовые, бросайте каменья, но только… пожалуйста, не все! Не все!
Том 2.
Казалось бы, что общего может быть между начинающей художницей, подрабатывающей изготовлением копий старинных полотен, и помощником олигарха? У нее ни денег, ни друзей, ни больших достижений. У него – наполеоновские планы, первый из которых – разбогатеть. Но странным образом судьбы этих двоих объединяет преступление, совершенное четверть века назад кем-то третьим.