Кошмарная ночь
Рассказ Жана Лоррена «Кошмарная ночь» (Une nuit trouble) из его сборника «Истории пьющего эфир» 1895 года.
Примечания переводчика:
1. Имеются ввиду фантасмагорические гравюры Жака Калло, посвящённые сюжету искушения святого Антония, а также, очевидно, прочие его работы, отличавшиеся гротескными и сатирическими элементами.
2. Имеется ввиду сборник Мориса Роллина «Природа» (La Nature) 1892 года и вошедшее в него стихотворение «Ненастная ночь» (Nuit d'orage), отрывки из которого, приводит Лоррен.
3. Передвижная комнатная печь, получившая своё название от фамилии русского инженера и изобретателя Карла Эрнестовича Шуберского. Несмотря на высокую стоимость, она была экономной и практичной, а потому получила довольно широкое распространение во Франции и буквально спасла парижан во время самой снежной и морозной зимы 1879-80-х годов.
4. Как и все печи с медленным горением, печь Шуберского требовала определённой осторожности в обращении, поскольку выделяла оксид углерода, который при недостаточной вентиляции накапливался в отапливаемом помещении и приводил к удушью. Этим, очевидно, и объясняется ночное происшествие с рассказчиком, его галлюцинации и странное поведение, приведшее к ранению щипцами и потере сознания, но как замечает Лоррен – “Это был сон, и всё же не совсем сон.” – а Стэблфорд добавляет: “Все «Истории пьющего эфир», это истории о привидениях, и все привидения в них неоднозначны, даже если сверхъестественная интерпретация явно предназначена для того, чтобы быть отвергнутой. Все они являются галлюцинациями, но даже когда персонажи действительно просыпаются и обнаруживают, что они видели сон, подразумевается, что их сны были не просто снами. [...] очевидно, что даже сны, которые являются не чем иным, как снами, не лишены смысла.”
Слушать Кошмарная ночь онлайн бесплатно
Должно быть, это было одно из самых ужасных впечатлений моего детства, и оно остаётся самым живучим из всех ранних воспоминаний. Двадцать пять лет прошло с того маленького злоключения на школьных каникулах, и я до сих пор не могу вспоминать о нём, не чувствуя, как сердце колотится в груди и к горлу подступает тошнота от страха и отвращения.
Примечания переводчика:.
фр. “Fécamp” – Фекан – город в Нормандии на севере Франции, где родился и был похоронен Лоррен.
Французское название острова “Terre-Neuve” – буквально “Новая земля”.
О матери Лоррена мало что известно, урождённая Паулин Мулат, она не только с детских лет привила ему любовь к литературе, но и пережила сына, умершего в 1906 году.
Если вы когда-либо встречались с необъяснимым, то легко меня поймете...
«Последний берег» – это традиционный для автора, многожанровый, сборник рассказов. Одни герои попадут в будущее, найдут неизвестные приборы или столкнутся с апокалипсисом. Другие – станут жертвами потусторонних сил или встретятся с кошмаром во плоти. Третьи – будут искать любовь и свое место в нашем непростом мире. У всех героев этого сборника разная жизнь.
Истории о "гостях с той стороны". Мрачные и тревожные. Мистические и ужасные...
Всё что удаётся раздобыть в библиотеке Мискатоникского университета города Аркхэм.
Есть известный клип японской группы «Dir en Grey», там есть кадры с женщиной в кимоно, срывающей с дерева головку младенца. Ну и вообще, Япония богата на всяких монстров. Все вместе и навеяло)
! Фразы на японском произносит автор.
В этот раз Лору разбудил не шум и не тусклые огоньки, мерцающие в просвете между занавесками. В полудреме она решила, что причиной был запах, что-то вроде плохого воздуха, возвещающего о появлении джентельменов…
Вам когда-нибудь приходилось бежать против движения эскалатора? Уверяю вас, это довольно непросто. Наверняка многие из вас встречали в спортзалах "бесконечную" лестницу, предназначенную чтобы тренировать выносливость, перебирая ногами одни и те же несколько ступеней. Я много раз пробовал бегать по эскалатору вспять, и даже при должной тренировке на тренажёре мне удавалось это с некоторым трудом...
1 место конкурса «История одной холодной ночи.» Группа «Стивен Кинг. Ужасы без границ.».
Я готова участвовать с сестрой в древнем ритуале среди болот. Лишь бы помочь ей…
Он обитает среди торфяных болот. Он поднимается в ночи, в лунном свете, и исполняет желания. Но у всего есть своя цена и, порой, эта цена слишком высока.
Сеньора Ольга вместе с сыном гуляла в парке, когда к ним подошёл несколько странный человек и предложил газету вместе с розой.
Прибыв на работу в восемь утра с копейками, директор кладбища Денис Дерябин был неприятно удивлен наличием на центральной площадке машины «скорой помощи», суетящихся рядом медиков и забинтованного в нескольких местах стонущего тела…
Доминик не помнит своего прошлого, но точно знает, что умер и оказался в теле подростка в одном из параллельных миров. Здесь царит матриархат, мужчины – на вторых ролях, а сам герой – потомок обедневшего аристократического рода и сирота. В мире, где он очутился, магия превалирует над техническим прогрессом, но герою удаётся доселе небывалое – объединить и то, и другое.
В произведениях Рекса Стаута образ классического детектива как бы раздвоен: интеллектуал Ниро Вульф, не покидая своего особняка, разводит орхидеи, разгадывает преступления, а его помощник Арчи Гудвин носится по Нью-Йорку, выполняя указания своего шефа и поставляя ему материал для умозаключений и гениальных вердиктов.
Стаут - мастер увлекательной интриги и, как правило, приберегает сюрпризы под конец.
Книга 1. Две девочки-близняшки Юля и Аня переживают опасные приключения, случившиеся с ними по вине их мачехи-ведьмы. Оказывается, мир полон темных сил, которые во что бы то ни стало стремятся заставить людей совершать злые поступки. Но вера в Бога и заступничество Ангелов-Хранителей помогают девочкам преодолеть все опасности.
Книга 2. Во втором томе приключенческой трилогии вы вновь встретитесь к полюбившимися героями, а также со множеством новых персонажей.
Ветер скулит и воет; в его дыхании – горечь. Рычит и лает гром, молнии с неистовой силой вонзаются в плато блистающих камней, устрашая даже Тени. Плато, знававшее пору мрачного расцвета, избороздили шрамы – следы катаклизма. Почву рассекает извилистая трещина – точно рваная рана от удара хлыстом по лицу. Тут и там ползут жгуты тумана, окрашенного в тысячу оттенков серого и черного; лишь кое где заметны жалкие пятнышки других красок.