Дуэлист 3

После московского пожара 1571 года русский казак Истома попадает в плен и принимает ислам. Татарский воин Хафиз, также попавший в плен, поступает на русскую службу. А сотник из Епифани Ермолай оказывается гребцом на турецкой галере незадолго до знаменитой битвы при Лепанто. Роли наших героев еще не раз поменяются, им суждено множество испытаний и искушений, прежде чем судьба сведет их для момента истины в последней схватке.

Южные окраины Московского государства, где сейчас находятся Тульская, Липецкая, Рязанская и другие центральные области России, назывались «польской украйной», потому что за ними простиралось только Поле – бескрайняя степная граница с враждебными степными народами. Жизнь в «украинных» городах была не менее опасна, чем жизнь на краю вулкана, но, пожалуй, более хлопотлива.

По возвращении в Москву Ордынский сходится с Американцем и участвует в его преступных похождениях. Цыгане, дуэли, игорные притоны… Но вот приходит время расплатиться по счетам. И водевиль жизни Толстого-Американца превращается в античную трагедию.

С детства мы помним сказку Вильгельма Гауфа «Холодное сердце», в которой бедный угольщик Петер Мунк ради денег обменял свое живое сердце на каменное у коварного великана Михеля. Со временем мы понимаем, что за этой волшебной историей кроется глубокий философский смысл, справедливый для всех эпох и возрастов. Философское содержание старой сказки раскрывается с новой неожиданной стороны в стихотворно-драматическом переложении Елены и Олега Хафизовых.

Кабинет-министр двора императрицы Анны Иоанновны Артемий Волынский был страстным собирателем древностей. Любимым экспонатом его коллекции была ржавая сабля, найденная на Куликовом поле и принадлежавшая, по его мнению, знаменитому воеводе Боброку – предку Волынского. Артемий Волынский гордился своим предком и его саблей, и эта гордость слишком дорого ему обошлась во времена пресловутой бироновщины, когда вельможи рвали друг друга на куски, как хищные звери.

После сражения на Бородинском поле остаются лежать груды человеческих и лошадиных тел – командованию обеих армий не до них. На это страшное место, напоминающее марсианский пейзаж, приезжает молодая жена пропавшего без вести русского генерала. Однако вместо любимого – живого или мертвого — она находит в брюхе лошади странное существо, в котором трудно признать человека.

Герой дилогии – двоюродный дядя Льва Толстого Федор Иванович Толстой, прозванный Американцем. Тот самый Американец, который был приятелем Пушкина, его заклятым врагом и наконец сватом.

Американец – храбрый участник Бородинского сражения. Американец, который мог пойти за товарища под пулю, но до нитки обобрать его за карточным столом. Циничный и умный как демон и набожный до ханжества.

Пьеса в стихах «Дикий Американец» представляет собой завершающую часть трилогии о графе Федоре Толстом-Американце (Романы «Дикий Американец» и «Дуэлист»).

Пьеса, созданная как либретто для оперы Дениса Иванидзе (Брюссель), представляет собой ретроспективный обзор приключений знаменитого авантюриста Толстого, поданный в меткой и остроумной форме грибоедовской комедии.

Главный герой рассказа- паромщик Филипп Тюрин, убежденный коммунист и заслуженный коллективист. Однажды влюбился он в девушку по имени Марья. Завязались у них отношения, однако та на брак без венчания в церкви никак не соглашалась. А Тюрин подобные вещи презирал и считал темными, и вовсе ненужными, поэтому их пути разошлись. И вот однажды ,,,,,.

Москва — странный город. Принято ругать ее за суету и безалаберность. Но мало кто из покинувших ее не стремится вновь увидеть эти улицы, площади и переулки. Есть в этом какая-то тайна. Каков город — таковы и горожане. Характеры, населяющие роман, своеобразны, как своеобразно само пространство, где они живут: старинный район, необычный уже тем, что расположился `между двух левых берегов одной и той же реки`.

Этот роман — почти праздник для мизантропов и человеконенавистников, ищущих наиболее острые и беспринципные формы для выражения своей ненависти к миру, своей пресыщенности им. Полным праздником ему мешает быть все же слишком очевидная связь с изящной словесностью и, следовательно, пребывание в определенных рамках. В остальном лучшего и пожелать нельзя.

Жители молдавского села Ларга очень хотят уехать в Италию. Серафим Ботезату, к примеру, за 20 лет строжайшей экономии буквально на всем выучил итальянский язык и может вполне сносно на нем изъясняться — было бы с кем! Супруга отца Паисия, матушка Елизавета, напротив, уехала в эту Италию еще в 1999 году. Сначала горничной устроилась, а потом вышла замуж за какого-то местного жулика, Адриано.

Ежик и человек. История одного лета.

Молодая американская художница Сюзанна приезжает в Японию. И совсем неожиданно находит там свою любовь. Её возлюбленному нравится западный образ жизни, он интересуется западной культурой и обещает быть замечательным мужем, скроенным по западному образцу.Но в реальной жизни всё оказывается намного сложнее. Родители мужа не приняли брака своего сына с иностранкой.

В 1921 году в курзале заграничного курорта появился русский, вызвавший неподдельный интерес и сочувствие представителей других национальностей.

Сложно понять эту миниатюру без предыстории.

Во время взрыва популярности джаза в Америке появились биржи джазменов. На них растущие, как грибы после дождя, джаз-бэнды или их продюсеры подбирали себе музыкантов.

Иногда случалось так, что встретившиеся на бирже музыканты сами создавали джазовую группу. Всё шло прекрасно. Успех был не за горами, и однажды у них появлялся свой хит.

Профессия «литературный негр» на современном невольничьем рынке востребована как никакая другая в связи с модой на детективы, исповеди звезд, политиков и прочих «брендоносцев». То есть тех, кто сам или не успевает, или вообще не умеет писать. Но при этом о «литературных неграх» мы знаем значительно меньше, чем о других «нелегалах». Как попадают в это «рабство»? Почему человек соглашается работать на чужое имя, на чужой успех? Ответы на эти и многие другие вопросы вы найдете в «Литературной рабыне» — пожалуй, первом «романе без вранья» на эту, по многим причинам, запретную тему.

Если вы поклонник творчества Кристофера Мура, Михаила Успенского или Салтыкова-Щедрина, то эта книга для вас. «Дяди. Тети. И другие» — это смесь современных реалий и волшебства, щедро приправленная сатирой. Роман рассказывает о простых «дядях» и «тетях», забавных, нелепых и очень живых, в несколько необычных ситуациях. Каждый из них оказывается перед фаустовским выбором между добром и злом, от которого зависит их личное счастье.

– Продается душа! Недорого!

Душа, действительно, продавалась. За сущие копейки!

На её месте могла быть я, если бы не таинственный муж, месяц назад сбежавший с нашей свадьбы.

Собственно, и свадьбой это сложно назвать, и мужа я никогда не видела.

Зато видела обольстительного незнакомца, который самым наглым образом сорвал мой поцелуй, да еще и устроил на работу.

«Люди просят меня предсказывать будущее, а я хочу всего лишь предотвратить его», - одно из признаний Рея Бредбери, американского прозаика, поэта и драматурга, блистательного представителя «Золотого Века» англоязычной научной фантастики, ставшего классиком при жизни. «Я не могу назвать писателя, чья жизнь была бы лучше моей. Мои книги все изданы, мои книги есть во всех школьных библиотеках и, когда я выступаю перед публикой, мне аплодируют еще до того, как я начну говорить» - мало кто из современных писателей может сказать так о своей жизни.

Индейская резервация Пайнс-Крик – закрытая и удаленная от цивилизации местность, в лесах которой местный шериф безуспешно пытается отыскать бесследно пропавшего юношу и его спутницу. Однако расследованию мешают не только загадочные обстоятельства исчезновения, но и жители близлежащего городка – они твердо уверены, что во всем виноваты индейцы, с которыми у горожан давно назревает конфликт.

Потенциальным объектом атаки рейдеров сегодня может стать и становится практически любая российская компания. Рейдерские захваты предприятий стали настоящим бедствием для бизнеса. В отечественную практику постепенно внедряются технологии корпоративного шантажа. Эти процессы приобрели настолько массовый характер, что проблема уже давно превратилась в общероссийскую.