Битва царей

Южные окраины Московского государства, где сейчас находятся Тульская, Липецкая, Рязанская и другие центральные области России, назывались «польской украйной», потому что за ними простиралось только Поле – бескрайняя степная граница с враждебными степными народами. Жизнь в «украинных» городах была не менее опасна, чем жизнь на краю вулкана, но, пожалуй, более хлопотлива.

По возвращении в Москву Ордынский сходится с Американцем и участвует в его преступных похождениях. Цыгане, дуэли, игорные притоны… Но вот приходит время расплатиться по счетам. И водевиль жизни Толстого-Американца превращается в античную трагедию.

С детства мы помним сказку Вильгельма Гауфа «Холодное сердце», в которой бедный угольщик Петер Мунк ради денег обменял свое живое сердце на каменное у коварного великана Михеля. Со временем мы понимаем, что за этой волшебной историей кроется глубокий философский смысл, справедливый для всех эпох и возрастов. Философское содержание старой сказки раскрывается с новой неожиданной стороны в стихотворно-драматическом переложении Елены и Олега Хафизовых.

После московского пожара 1571 года русский казак Истома попадает в плен и принимает ислам. Татарский воин Хафиз, также попавший в плен, поступает на русскую службу. А сотник из Епифани Ермолай оказывается гребцом на турецкой галере незадолго до знаменитой битвы при Лепанто. Роли наших героев еще не раз поменяются, им суждено множество испытаний и искушений, прежде чем судьба сведет их для момента истины в последней схватке.

Герой дилогии – двоюродный дядя Льва Толстого Федор Иванович Толстой, прозванный Американцем. Тот самый Американец, который был приятелем Пушкина, его заклятым врагом и наконец сватом.

Американец – храбрый участник Бородинского сражения. Американец, который мог пойти за товарища под пулю, но до нитки обобрать его за карточным столом. Циничный и умный как демон и набожный до ханжества.

Кабинет-министр двора императрицы Анны Иоанновны Артемий Волынский был страстным собирателем древностей. Любимым экспонатом его коллекции была ржавая сабля, найденная на Куликовом поле и принадлежавшая, по его мнению, знаменитому воеводе Боброку – предку Волынского. Артемий Волынский гордился своим предком и его саблей, и эта гордость слишком дорого ему обошлась во времена пресловутой бироновщины, когда вельможи рвали друг друга на куски, как хищные звери.

После сражения на Бородинском поле остаются лежать груды человеческих и лошадиных тел – командованию обеих армий не до них. На это страшное место, напоминающее марсианский пейзаж, приезжает молодая жена пропавшего без вести русского генерала. Однако вместо любимого – живого или мертвого — она находит в брюхе лошади странное существо, в котором трудно признать человека.

Юный провинциал Ордынский приезжает к тетушке в Москву и попадает в когти «картежных профессоров» во главе с демоническим банкометом, в котором мы узнаем Американца. Лишь чудом Ордынскому удается избежать разорения и гибели, чтобы столкнуться с гораздо большими потрясениями — для себя и всей страны. И ему вновь предстоит встретить Толстого-Американца в 1812 году, на пути к Бородинскому полю.

"Сенечка, ты пишешь, что «воображение, мой Маськин, доставляет нам больше страданий, чем действительность.» Это правильно, но ведь воображение подчиняется нам, и можно его так натренировать, чтобы оно доставляло нам наслаждение большее, чем действительность. Можно вообще наполнить им действительность, и даже ее заменить! Скажут – это ненастоящий мир получится? А у них, у людей настоящий? Пусть докажут!".

Нас было пятеро в тот вечер. Когда мы собрались с силами, сомкнули наши ряды, и твердо решили спасать свой бренный мир. Нашу маленькую уютную вселенную. Мы — это Я, мой теплый Плед, стакан горячего Глинтвейна, Радиоприемник, настроенный на волну Блюз-FM и, конечно, старина Толкин со своим разношерстным братством…

В этом рассказе-сказке большому скряге Николасу Снайдерсу придется в самом буквальном смысле взглянуть на себя и свою жизнь со стороны.

В нашей столь непредсказуемой жизни, уважаемая Марья Ивановна, случаются всякого рода оказии, и всех не упомнишь, ибо память по своему обыкновению избирательна — люди помнят лишь то, что вызывает у них всегда живой и непреложный интерес и всякого рода ассоциации.

Эх, нам бы всем мужикам жить в пещерах, да на мамонтов охотится! Не жизнь, скажу я вам, а малина!.. Но, сцуки эти мамонты, давным-давно все перемёрли.

Вы живёте в безразмерном многоквартирном доме хрущевского-брежневского периода. Вы родились в Гигахрущевке, вы работаете в Гигахрущевке, вы умрёте в Гигахрущевке, так и не увидев мира по ту сторону стен. Хотя никто не знает, есть ли что-то снаружи, кроме стен соседнего блока.

Неизвестно, когда и кто построил этот дом, а попытки полноценно исследовать его могут быть остановлены аномальным явлением.

Сообщение, прочитанное Жюлем Верном на заседании Парижского Географического общества 4 апреля 1873 года, касающееся уже вышедшего романа о Филеасе Фогге и Паспарту... Жюль Верн рассказывает о признании единой Линии перемены дат, совпадающей со 180 меридианом. Рассматривает научную и практическую стороны проблемы.

Юмористическая трактовка серьезной темы. Вместо предисловия использован аудио-фрагмент из фильма Эльдара Рязанова «Гараж».

Он родился во тьме мрачной пещеры, выйдя на свет из цветка, выросшего на груде костей. И у него есть всего год, чтобы вырасти, окрепнуть, и вспомнить прошлое, которое поможет ему выжить в этом мире…