Золотая лестница

Возможно, это слишком громкое название… впрочем, разве названия бывают слишком громкими? Это же их достоинство. Читатель должен быть заинтригован, а там хоть трава не расти. Разумеется, этот девиз к нам не относится. Вот и возникают вопросы. И у наших героев они тоже появляются. К счастью, теперь их ведёт потомок Даждьбога, проницающий взором темноты и выводящий кривду на чистую воду.

Действие происходит во второй день убырьей недели, а также вечером и ночью. В процессе герои освобождают друга и посещают супермаркет, звучит лирика серебряного века, непутёвый Степаныч влюбляется, а злокозненный батюшка Анисим обзаводится верной паствой. Для эстетов — продолжается битва Реализма и Гротеска. Трещат латы, взметается песок, кричат зевесовы птицы.

Всё, что происходит — к лучшему. Данную аксиому призван подтвердить и этот рассказ — оптический глазок, демонстрирующий фрагменты жизни любящей пары — менеджера Стивена и домохозяйки Маргарет. Взглянув на то, как они преодолевают трудности, невозможно не заразиться оптимизмом.

А ещё говорят, что бывших — не бывает. В это не верю. Хоть мысль, надо признать, категоричная. Бывшие — бывают. Знаете, почему? Потому что иначе некому было бы и возвращаться. А меж тем они возвращаются… так что не забывайте держать добротное весло за пазухой… образно выражаясь. Пригодится…

Чёрные крылья, яркое пламя!  .

Так вот рисуют драконов… Меж нами:  .

Сдаётся мне, это побасенки только, .

И не похожи драконы нисколько.

На птеродактилей, рыщущих в небе, .

Образы эти — дикая небыль,.

Некоторых так и тянет в край заколоченных окошек и провалившихся крыш. Им сладок запах пыли, а тишина обещает несметные находки… весточки из другого века, иного мира. От пыли, разумеется, приходится чихать и кашлять, а находки представляют собой в основном хлам. Но иногда можно найти и что-то особенное. Но к добру ли? Разве это имеет значение, как говорится, главное — процесс…

В идиллии таится не только возможность заскучать. После кровавой передряги странник обретает чутьё, помогающее ему совершать правильный выбор. Используя новые возможности, герой развивается и обретает верную союзницу, с которой идёт навстречу апокалипсису.

Действие происходит накануне и в начале убырьей недели, когда зло из дурных душ источается в тела, дабы изменить их и бросить в жерло погибели.

Читателям наверняка уже полюбился неугомонный батюшка Анисим, полный свежих идей и великолепных планов. Многое из его биографии стало достоянием общественности, и всё же… маловато будет. Тем более, автор упоминал культовый истерн с участием Анисима и его оголтелых приспешников. Так что… кино начинается.

Сборник маленьких рассказов, которые могут вас перенести и на другую планету. Или в квартиру, где вы встретись со служителем Культа. С депрессией и безнадёгой, чтобы в конце стать таким же счастливым человеком, как и все остальные.

 Содержание: .

Ктулхуист.

Тест.

Торговец.

Трансформа( в соавторстве с Дмитрием Енотом)

Фанатик совершивший страшный террористический акт унесший жизни и здоровье нескольких десятков людей, сам чудом остался в живых. И жутко покалеченный лежит в охраняемой тюрьме. В один прекрасный день в палату входит католический священник. Исповедовать? Но террорист — мусульманин…

Майкл Стрэнг пытается найти причину обрушившихся на город таинственных исчезновений сначала домашних животных, а затем и людей...

P.S. Это другой Джон Старк, не тот.

Своё тридцатилетие Ася встречает в одиночестве, если не считать маленькой статуэтки ангела, бабушкиного подарка. Всё в её жизни идёт наперекосяк: проблемы на работе, одиночество в личной жизни. Пять лет Ася не доставала ангела из серванта, суеверно считая его причиной своих бед. Но разве может что-то сделать маленький ангел с красивым именем – Люцифер?

Деннис Бэрри жестоко поплатился за свою попытку осушить торфяное болото около старинного родового замка.

Леонид берёт спортивную сумку и садится в электричку. После нескольких бессонных ночей кряду он засыпает. Проснувшись, не обнаруживает ни одного пассажира, а электропоезд едет в туман.

Рассказ из экстрим хоррор антологии «Counting Bodies Like Sheep».

ВПЕРВЫЕ НА РУССКОМ!

Кое-кто говорит: «Так было предначертано, это должно было так случиться».

Ну, не знаю, я не верю в предначертанную судьбу. Я верю, что у людей есть выбор. Именно он-то и определяет судьбу, а может статься, человеческий выбор определяет и саму Вселенную.

Бернард Вербер.

Две сёстры беседуют во время вечернего дождя. Джулия — одна из сестёр, утверждает, что под обыкновенными людскими улицами раскинулся тайный город мертвых.

После смерти ненавистной жены, герой безуспешно пытается вновь почувствовать вкус жизни. Постепенно он начинает понимать, что причина этому — старая яблоня в саду.

Инга Белова и не думала, что ее коснется громкая история о суицидах, совершенных по приказу загадочных «кураторов» из социальной сети. Но ради памяти погибшего друга Олега Штейна ей пришлось вникнуть и в тайную жизнь людей в депрессии, и в сложные задания квестов. Отважная журналистка начинает собственное расследование.

Аннотация от ЛитРес:.

Думаете, испечь торт – ерунда? Как бы не так! Особенно если заказчики – уважаемые люди города, которым невозможно отказать. Мысль о сладком подарке для друга им пришла за несколько часов до праздника. А у меня, известного в городе кондитера, день расписан по минутам, и вообще свои планы на Рождество.

Возрастное ограничение: 16+.

Могла ли Инга Белова вообразить, что случайная находка – женская голова в канализационном люке – не просто сведет ее со старыми знакомыми из журналистского прошлого, но и приведет к одному из самых страшных дел в практике? Прошлое и настоящее, реальность и Сеть – все сплелось в клубок, который предстоит распутать той, что видит истинный цвет слов.

Это — Город. Город, в который попадают, чтобы остаться навсегда. Либо — мертвыми, которых никто и никогда не станет искать, либо — живыми. Живыми игрушками в руках тайного и безжалостного властелина — Кардинала. Город, в котором убийцы не имеют ни прошлого, ни души. Ибо нет и не может быть души у созданных из ничего `айуамарка`, совершающих положенное им и опять в ничто уходящих.