Странная планетка

Романы "Кремль" и "У" написаны Всеволодом Ивановым (1895-1963) один за другим в конце двадцатых - самом начале тридцатых годов. Тогда они не публиковались. Автор считал, что перемены в социальной жизни требуют совершенно нового способа выражения.

В книгу известного советского писателя Вс. Иванова включены произведения, созданные им в 1920-е годы. Это две повести "Возвращение Будды", "Чудесные похождения портного Фокина".

Всеволод Вячеславович Иванов.

СССР, 1895 - 1963.

(1895, поселок Лебяжье Семипалатинской губернии — 1963, Москва), писатель. В Москву приехал из Петрограда в 1922 уже известным автором, членом литературной группы «Серапионовы братья»; считался одним из самых одаренных среди «серапионов».

"Jackpot подкрался незаметно" - повесть известного писателя-сатирика, который вряд ли нуждается в представлении. Жанр обозначен как "фантамистика". Вот объяснение автора: "Это - сочиненное мной литературное блюдо из смеси ненаучной фантастики и еще более ненаучной мистики, то есть две основные составляющие нашей так называемой жизни".

Жил когда-то в Хабаровске человек-лайнер и был он особенным, из другого мира. Двадцать пять лет прожил в городе на берегу Амура, а до этого столько же на его противоположной стороне – в Поднебесной. А столь емкую характеристику дал когда-то этому человеку Леонид Соболев: «Иванов – словно лайнер плыл по Амуру среди литературных оморочек…» Речь об одном из самых заметных русских писателей прошлого столетия, в судьбе которого отпечатались следы красно-белых эпох – Всеволоде Никаноровиче Иванове.

Романы "Кремль" и "У" написаны Всеволодом Ивановым (1895-1963) один за другим в конце двадцатых - самом начале тридцатых годов. Тогда они не публиковались. Написанный в увлекательной детективно-фантастической манере, роман зло высмеивает мещанство, приспосабливающееся к новой власти.

Обыкновенно это происходит так: звонок в дверь, открываю, стоит он. С чёрной папкой под мышкой, и вместо «здравствуй», с суровостью сантехника: «Хозяин, где читать будем?..».

Обыкновенно мне доставляет определённое неудовольствие чьё-то чтение вслух, потому что люблю держать перед собою страницу рукописи или книжки и по привычке, навязанной мне вечным моим занятием, все прямые слова героев перечитываю по нескольку раз, подыскивая наиболее натуральную интонацию.

Алекс Найт - Разведчица. Мой мир померк и пошёл трещинами. Я пыталась следовать голосу сердца, только не вышло. Всё закончилось катастрофой, как и с Дэниэлем. Наверное, любовь не для меня. Потому теперь я намеревалась слушать только разум и исходить из холодного расчёта. Война продолжается, противники становятся сильнее и не собираются меня отпускать.

Судьба — дама коварная. Никогда не знаешь, чего от нее ждать — щедрых подарков или неприятностей.

Казалось бы, какая глупость — гадания! Но если жизнь вдруг круто поворачивает в ту сторону, которую указали линии на ладони? И вместо столь желанного счастья и любви на пути — тюрьма?

От судьбы не отмахнешься… Но играя с ней, нельзя забывать, что самый главный козырь в этой игре — ЛЮБОВЬ.

Со мной невозможно ссориться лицом к лицу. Если хотите со мной поссориться, лучше напишите. И спрячьтесь. Потому что, чем громче человек на меня орет, тем интересней мне за ним наблюдать. Как будто я сижу в зале, а он — этот, который кричит, — на сцене. И орет. А у меня дух захватывает: молодец! здорово! отлично! О, брови!.. Нет-нет, текста в таких случаях я не понимаю.

Книга советского писателя Константина Паустовского (1892-1968) посвящена биографии и творческому пути знаменитого художника XIX столетия Ореста Кипренского.

Литература отображает жизнь, а жизнь нередко являет сюжеты по мотивам литературных произведений. Вот и в этой реальной истории, как в жутком кривом зеркальном лабиринте, многократно отразилась изощренно искаженная трагедия известного тургеневского рассказа…

В этом лесу было пленительно, иначе не скажешь. Малиновка завлекала своим пением. Каждый куст — буквально каждый! — угощал ягодой! Белки вели себя с непостижимой доверчивостью, словно ручные. И на всю эту идиллию сверху любовалось солнышко — такое ясное, будто сделали его для детского спектакля. Как, впрочем, и все остальное в этом райском уголке.

В этом рассказе маленький, несчастный, уродливый человечек каждую ночь приходил в Комнату Смеха, чтобы зеркало сделало его другим хотя бы на полчаса…

Кто знает, как проходил обряд экзорцизма на Руси? Дмитрий Тихонов знает. Его история «Гарь» про внутренних демонов, таящихся в тёмных кавернах светлых душ. Перед прослушиванием – подумать о хорошем.

Автор об истории:.

По сути, рассказ — о чувстве вины, о том, как оно искажает человека и превращает его в чудовище. Хотя это второй план, я не задумывался об этом, когда писал.

Середина XXI века. Москва. Недалеко от станции Соколовская…

Нет. Так не бывает. Что-то с теми рыбами было не то. Определённо. Потому что всегда что-то из-за них случается. Как и снова сказочная , в смысле тот сказочный алгоритм: раз — два — три. С тою лишь разницей, что в.

сказках это разы, в которые чудеса творятся. А у нас — аквариумы. И, ведь, никто не поверит в то, что такое бывает. Но. После того, что случилось с моей Аськой, поневоле задумаешься: А сколько сказки в сказке (?!), в смысле — вымысла сколь? Потому что все сказки — далеко не сказки.

Отрывки из книги "Моя семья и другие звери". Книга "Моя семья и другие звери", в которой писатель рассказывает о своем детстве на острове Корфу и об увлечении миром живой природы, имела грандиозный успех. Прочитав ее, строгие английские критики заговорили о возрождении английской литературы и даже включили ее в программу выпускных школьных экзаменов по литературе.

"Капли чистого опыта добывают из дряни бытия.

Задействуй уникальные способности мозга.

Исполняй желания, изменяй реальность!

Большинство людей все еще не подозревают, какие гигантские силы для самоисцеления и изменения собственной судьбы заложены у них внутри. Американка Вианна Стайбл интуитивно открыла такой режим работы мозга, в котором возможно исцеление даже от болезней, считающихся неизлечимыми.

Рассказ кучера о своей лошади, которая попала к нему еще во время Второй мировой войны…