Страницы из моей жизни

Свою книгу воспоминаний Шаляпин написал в эмиграции, в Париже, в 1932 году, когда имя его на родине оказалось под запретом. Сам Федор Иванович называет две причины, побудившие его взяться за перо. Исполнилось сорок лет с тех пор, как он впервые вышел на сцену, и Шаляпин «дал себе слово вспомнить опыт этих сорока лет и рассказать о нем».

"Я не создал своего театра. Придут другие – создадут. Искусство может переживать упадок, но оно вечно, как сама жизнь.".

Ф.М. Шаляпин.

"И яко да злодеяния бесовския испраздниши. И учеником своим власть давай, еже наступити на змия и скорпия, и на всю силу вражию".

И наступал…

Великая сила в Борисе Годунове, этой наиболее симпатичной мне личности во всем моем репертуаре.

Игорь опаздывал. Он забежал в проулок и остановился перевести дух. В этом тупичке между химчисткой и продуктовым за последние двадцать лет сменились десятки конторок разной степени паршивости. Сетевухи и распродажи, игровые автоматы и микрозаймы, нотариусы и мастерские – всё это, как правило, не держалось на плаву дольше пяти лет. Иногда новые хозяева помещений даже не утруждали себя сменой оформления, загоняя временный бизнес под старое имя.

Старый следователь приезжает на место преступления. Может самоубийство, а может и убийство, уж очень все нехарактерно, необычно выглядит - мистика какая-то. Да еще и жертва оказывается не простым человеком, а писателем, оставившим интересные записи. Следователь, на ночь глядя, погружается в написанное и... кто знает, что же будет утром.

Эту книгу называют в США и Канаде одной из самых практичных и «приземлённых» по теме сыроедения.

Она может помочь начинающим избежать довольно распространённых ошибок, а более опытным — развеять сомнения и излишние ожидания по многим насущным вопросам. Фредерик Патенод более 10 лет занимается активной просветительской деятельностью в сфере натурального питания, естественного оздоровления и самопознания.

Книга Поля Зюмтора посвящена исторической эпохе, которая по праву считается голландским "золотым веком", хорошо известному нам по своим отражениям на многочисленных полотнах Рембрандта, Стена, ван Гойена, ван дер Гельста и других живописцев того времени. Но "за кадром" этих картин оставались удивительные подробности человеческих отношений, быта и нравов: коммерческих, религиозных и любовных страстей, в калейдоскоп которых и погружает нас автор.

«Поэма о гашише» (1858) — классическое эссе Шарля Бодлера, посвященное психотропному воздействию каннабиноидов.

Обобщая опыт своего участия в «Клубе Ассасинов», Бодлер описывает технологию производства гашишного масла,.

приводит довольно подробную рецептуру давамеска, дает реалистичный обзор основных эффектов,.

возникающих при его пероральном употреблении, и оценивает рекреационное употребление каннабиноидов.

Как гласит старинная русская поговорка: «У Бога всего много». Человечество живет в мире, полном удивительнейших чудес, неимовернейших фактов и захватывающих дух историй. В повседневной жизни нас окружает масса всевозможных примет и суеверий. Мы имеем склонность верить самым немыслимым небылицам, откровенным выдумкам и высосанным из пальца слухам.

Во всём мире очень много неизведанного и необычного. Даже камень, найденный в горах, может оказаться уникальной реликвией. В этих моментах наука напрямую переплетается с фантастикой. Слушайте научно-популярный аудиожурнал в рамках образовательного цикла журнала «Фантаскоп».

Использованы материалы из открытых источников. Многочисленные авторы упомянуты чтецом.

Тема сборника — неуверенность наблюдающего, потерянность «созерцателя», который находится «снаружи» и пытается проникнуть в сумятицу окружающих его вещей.

Неудобства холостяцкой жизни особенно сильно проявляются в старости.

Рыжерож с животными…

Эссе о повести Владимира Сорокина «Метель».

Смоленск. 1239 год. Богатейший город Руси должен был повторить участь Рязани, Владимира и Суздаля, но устоял перед полчищами завоевателей – монголов. В преданиях будут упоминать подвиг пришлого воина Меркурия, который пришёл из будущего, чтобы помочь нашему прошлому. Он – Византиец, бывший морской офицер ушедшей державы. Он – воин, а поле битвы для него – вся история нашей Родины.

Ижора. 1240 год. На земли прибалтийско-финских и словенских племён пал взор западных завоевателей. Решение уже принято, и собранные полчища готовы к походу. Кто остановит их? Он – Византиец, бывший морской офицер ушедшей державы. Он – воин, а поле битвы для него – вся история нашей Родины. И если на северо-западе Руси мировые гроссмейстеры стали передвигать целые народности и армии, словно фигуры по огромной шахматной доске, то он предложит свой гамбит.

Как обворовать банк? Удобнее всего — будучи его сотрудником. А еще лучше вице-президентом…

«Барон Боттом исследовал вопрос Славы с различных сторон и пришел к выводу, что Слава понятие случайное и на пороге нового века вполне поддающееся контролю с помощью механической, электрической и газовой составляющей.» © Puffin Cafe.

Перевод с французского Брониславы Рунт 1905 год под редакцией Валерия Брюсова 1912 год.