Стажер: Система Иерархии

Виктор Моключенко - Эхо. Жадно чавкала грязь, поверхность под ногами пружинила словно желе, и двигаться приходилось осторожно, тщательно проверяя место для следующего шага. Из зыбкой пелены воняющего серой тумана то и дело проглядывали химерные чешуйчатые головы, прислушиваясь к осторожным крадущимся шагам, а потом исчезали, разочаровано пыхнув клубами дыма, возвращаясь к своим змеиным делам.

Разведчик по прозвищу Звездочет подбирает в Зоне раненого и, настигаемый стаей, доставляет его на Периметр к военным. Пришедший в сознание раненый несет полный бред - говорит о каком то СНГ, и не знает очевидных вещей: на дворе 2001 год и существует СССР. Но, как оказалось, это лишь вершина айсберга в хитросплетении стремительно развивающихся событий, затронувших не только Зону и людей в ней, но и внешний мир за Периметром, открывая историю ее возникновения и ставя вопрос - что она такое.

Разведчик по прозвищу Звездочет подбирает в Зоне раненого и, настигаемый стаей, доставляет его на Периметр к военным. Пришедший в сознание раненый несет полный бред - говорит о каком то СНГ, и не знает очевидных вещей: на дворе 2001 год и существует СССР. Но, как оказалось, это лишь вершина айсберга в хитросплетении стремительно развивающихся событий, затронувших не только Зону и людей в ней, но и внешний мир за Периметром, открывая историю ее возникновения и ставя вопрос - что она такое...

Разведчик по прозвищу Звездочет подбирает в Зоне раненого и, настигаемый стаей, доставляет его на Периметр к военным. Пришедший в сознание раненый несет полный бред — говорит о каком-то СНГ, и не знает очевидных вещей: на дворе 2001 год и существует СССР. Но, как оказалось, это лишь вершина айсберга в хитросплетении стремительно развивающихся событий, затронувших не только Зону и людей в ней, но и внешний мир за Периметром, открывая историю ее возникновения и ставя вопрос — что она такое...

Слияние Граней — не только соединение множества альтернативных вариантов в единый общечеловеческий исток и пришествие прогрессоров Мира Полдня в нашу реальность, но слияние со вселенной Системы Иерархии, встреча со старыми героями, и откровение о роли и целях архангельской ступени в истории человечества вступившего в новый виток…Кто сказал, что история незыблема и неизменяема, и произошедшее является таковым навсегда?Кто решает судьбу — высшие силы, боги или сам человек?

Пепел - Виктор Моключенко. Хлесткий ветер кружил над стылой промозглой равниной, вздымая облака пыли к едва проблескивающей кромке неба. Сквозь сумрачную твердь нехотя пробивалось солнце: тусклое, угрюмо-багровое, застывшее на линии слившейся воедино ночи и дня. Резкие всполохи озаряли пространство, пробивая сумрачное небо, в бессильном отчаянии ударяя о землю плетью разрядов, словно пытаясь запустить остановившееся сердце.

Хлесткий ветер кружил над стылой промозглой равниной, вздымая облака пыли к едва проблескивающей кромке неба. Сквозь сумрачную твердь нехотя пробивалось солнце: тусклое, угрюмо-багровое, застывшее на линии слившейся воедино ночи и дня. Резкие всполохи озаряли пространство, пробивая сумрачное небо, в бессильном отчаянии ударяя о землю плетью разрядов, словно пытаясь запустить остановившееся сердце.

Виктор Моключенко - Витки Спирали. Все возвращается на круги своя, и ничего не напоминало о прежней Зоне, разве что иссушенные ветки-стволы, тянущиеся к небу с немой укоризной. Не бродили больше мутанты, не поджидали аномалии, утихла стрельба, исчезнув, словно кошмарный сон человечества. Но что делать в этом новом, дивном, светлом мире путнику, привыкшему воевать?

I Fix Air-Conditioner - Мой дом ужасов. Странно пахнущий катафалк остановился перед входом. Было слышно, как галька отскакивает от его днища. В коридоре послышались шаги, а за соседней дверью раздавались звуки пилы. Дверная ручка слегка дрожала, а в ванной комнате продолжала капать вода, хотя кран был закрыт. Под кровать сам по себе закатился резиновый мяч.

Дни старушки Земли сочтены — вскоре, вслед за Меркурием и Венерой, её поглотит остывающее Солнце. Запечатлеть последние месяцы жизни планеты прилетает звездолет Федерации. На его борту: журналисты, политики и даже поп-звёзды. Гибель планеты превращается в шоу...

В США президент страны избирается с помощью компьютера Мультивака, а также – одного любого среднестатистического американца. Такой подход к столь ответственным выборам стал возможен после многих лет усовершенствования ЭВМ, в результате чего компьютеры начали предсказывать результаты голосования на основании всего половины опрошенных, затем половины той половины и т.д.

Договориться с судьбой? Не проблема! Более того – прямая обязанность той, которую называют Хозяйкой кукол. Найти общий язык с богами? Да пожалуйста! Для этого всего-то и нужно, что спуститься в загадочный Лабиринт и найти утерянные артефакты. Поставить на место хитроумных церковников? Раз плюнуть! Ведь тому, кто прошел через обман и предательство, уже нечего бояться.

Игнат горит желанием отомстить, он в ярости, его путь далёк от завершения. Он окружен тайнами... Но тем не менее он не опускает руки, ведь он не один, и за ним есть сила. Кроме джинна у Игната есть магическая поддержка. Тем временем миру грозит опасность, и то шаткое, никчемное равновесие может пошатнуться в сторону нелюдей, ведь их становиться всё больше и больше, а подконтрольных территорий все меньше.

Артемис Фаул готовится осуществить свой последний замысел. Его отец выздоравливает после двухлетнего плена и вот-вот возьмет на себя функции главы семейства. А мать полна решимости наставить мужа и сына на путь истинный. Так что, похоже, блистательным авантюрам Артемиса пришел конец. Осталось провернуть всего одну – вытрясти тонну золота из американского миллиардера.

Не все легенды говорят правду, но никогда нельзя предугадать, какая часть их окажется истиной. Моррис Керло, археолог, и Эрик Брендон, вечный студент, развлекающийся охотой на белок и сурков, спускаются в пещеру, по местным преданиям, являющуюся частью целой системы древних шахт, якобы наполненных золотом и заселенных остатками древней расы умелых карликов.

Тони проснулся под звон будильника. Только это был не будильник, а сенсотестер. Комната была заблокирована силовым барьером и приближалось время скриика.

Жила-была девочка из Канзаса по имени Дороти. Может быть вы знаете её как Девочку, оседлавшую ураган. Она очутилась в стране Оз, где подружилась с Жестяным Дровосеком, Страшилой и Трусливым Львом. Но соблазн магии оказался для неё непреодолим. Он изменил её. И её друзья стали искажёнными версиями своих прежних «я». Волшебная земля Оз стала тёмным и пугающим местом.

Когда утром Крейн пришел на работу в редакцию, его пишущая машинка сообщила ему, что ее раскрепостили. ОНИ – пришельцы с далекой звезды – дали ей свободу. Как и другим машинам и механизмам...

«Это грузовик, а это прицеп» Анастасии Орловой – сборник обаятельных историй для малышей в исполнении Анатолия Белого!

Знакомьтесь, это грузовик, а это его непоседливый друг прицеп. Чем-то они похожи (у обоих по четыре колеса!), а чем-то отличаются (у грузовика есть мотор, а у прицепа нет!). Но они – лучшие друзья и с утра до ночи трудятся, развозя разные грузы.

Здравствуй, уважаемый незнакомец! Книга Новый год - Одоевский Владимир не разочарует и заинтересует, но она не станет последней в твоей жизни. Необычные и оригинальные герои, которые вызывают интерес у зрителя, создают атмосферу в произведении.

На фоне живописных пейзажей хотелось бы оказаться рядом с ними и остаться как можно дольше.

Главное произведение Шпенглера - "Закат Европы" вызывает неутихающие споры и глубокие размышления. История, по Шпенглеру, есть калейдоскоп "органических" культурно-исторических типов, следующих по одной и той же схеме развития и гибели. Западная "фаустовская" культура стремится к бесконечности, одинаково выраженной в готическом соборе, музыке Баха, радио и банковском кредите.

Интригующий триллер об обманчивом спокойствии пригорода. Мечты о тихой семейной жизни побуждают Карен бросить жизнь в мегаполисе. Сначала уединенный и одинокий, ее провинциальный быт со временем выстраивается. Появляются друзья, такие же семьи, с похожими целями и ценностями. Эта загородная идиллия казалась бы пасторальной, если бы не внезапный пожар.