Ретроспект 5. Слияние Граней

Виктор Моключенко - Эхо. Жадно чавкала грязь, поверхность под ногами пружинила словно желе, и двигаться приходилось осторожно, тщательно проверяя место для следующего шага. Из зыбкой пелены воняющего серой тумана то и дело проглядывали химерные чешуйчатые головы, прислушиваясь к осторожным крадущимся шагам, а потом исчезали, разочаровано пыхнув клубами дыма, возвращаясь к своим змеиным делам.

Разведчик по прозвищу Звездочет подбирает в Зоне раненого и, настигаемый стаей, доставляет его на Периметр к военным. Пришедший в сознание раненый несет полный бред - говорит о каком то СНГ, и не знает очевидных вещей: на дворе 2001 год и существует СССР. Но, как оказалось, это лишь вершина айсберга в хитросплетении стремительно развивающихся событий, затронувших не только Зону и людей в ней, но и внешний мир за Периметром, открывая историю ее возникновения и ставя вопрос - что она такое.

Разведчик по прозвищу Звездочет подбирает в Зоне раненого и, настигаемый стаей, доставляет его на Периметр к военным. Пришедший в сознание раненый несет полный бред - говорит о каком то СНГ, и не знает очевидных вещей: на дворе 2001 год и существует СССР. Но, как оказалось, это лишь вершина айсберга в хитросплетении стремительно развивающихся событий, затронувших не только Зону и людей в ней, но и внешний мир за Периметром, открывая историю ее возникновения и ставя вопрос - что она такое...

Разведчик по прозвищу Звездочет подбирает в Зоне раненого и, настигаемый стаей, доставляет его на Периметр к военным. Пришедший в сознание раненый несет полный бред — говорит о каком-то СНГ, и не знает очевидных вещей: на дворе 2001 год и существует СССР. Но, как оказалось, это лишь вершина айсберга в хитросплетении стремительно развивающихся событий, затронувших не только Зону и людей в ней, но и внешний мир за Периметром, открывая историю ее возникновения и ставя вопрос — что она такое...

Хлесткий ветер кружил над стылой промозглой равниной, вздымая облака пыли к едва проблескивающей кромке неба. Сквозь сумрачную твердь нехотя пробивалось солнце: тусклое, угрюмо-багровое, застывшее на линии слившейся воедино ночи и дня. Резкие всполохи озаряли пространство, пробивая сумрачное небо, в бессильном отчаянии ударяя о землю плетью разрядов, словно пытаясь запустить остановившееся сердце.

Виктор Моключенко - Витки Спирали. Все возвращается на круги своя, и ничего не напоминало о прежней Зоне, разве что иссушенные ветки-стволы, тянущиеся к небу с немой укоризной. Не бродили больше мутанты, не поджидали аномалии, утихла стрельба, исчезнув, словно кошмарный сон человечества. Но что делать в этом новом, дивном, светлом мире путнику, привыкшему воевать?

Все возвращается на круги своя, и ничего не напоминало о прежней Зоне, разве что иссушенные ветки-стволы, тянущиеся к небу с немой укоризной. Не бродили больше мутанты, не поджидали аномалии, утихла стрельба, исчезнув, словно кошмарный сон человечества. Но что делать в этом новом, дивном, светлом мире путнику, привыкшему воевать?

От автора:.

Жадно чавкала грязь, поверхность под ногами пружинила словно желе, и двигаться приходилось осторожно, тщательно проверяя место для следующего шага. Люди замирали, остановив дыхание, пока наполненные расплавленным золотом холодные глаза исчезали в мареве, и опять продолжали шествие сквозь туман. Чем глубже вглубь Зоны - тем сильнее раздавалось Эхо прошлого, становясь все мрачнее и мрачнее, открывая завесу ее возникновения и принося горькие ответы...

Судьба — это не банальная череда событий, это набор испытаний. И чтобы пройти их с честью, мы должны знать, в чем подлинный смысл страданий, выпавших на нашу долю.

Герои новой, пленяющей воображение книги Анхеля де Куатьэ отправляются в захватывающее путешествие по параллельным мирам. Это путешествие духа, движение по тонкой грани, где с одной стороны — страдание и смерть, а с другой — знание и истинная любовь.

Он жил на этом месте с самого рождения Матушки Сыры-Земли. Она помнила Лес маленьким, помнила его слабым, помнила совершенно не способным выживать. Она всегда присматривала за ним, питала и защищала.

⠀.

Но одной лишь материнской заботы недостаточно. Чтобы справиться с суетным и всё более беспощадным миром, Лесу предстояло найти Хранителя — человека, который ухаживал бы за ним и оберегал от себе подобных.

Тяжёл и опасен труд ловчих жемчуга. Ядовитые рыбы, медузы, актинии, но страшнее всего — хладнокровные убийцы — акулы «мако», поджидающие своего момента. Но любовь юной Лейлани к Игме преодолела все эти страхи и смертельную опасность. Она совершила невозможное. Но сама ли она совершила его? Или чья-то чужая любовь, вспыхнувшая в иные времена и в ином сердце, помогла ей?

Французская домохозяйка Нинель Лелюш называла себя невезучей, и мы бы могли с нею согласиться, если бы не знали истинной подоплёки её невезения.

Красивая планета, красивые звери. Всё ярко, красочно и абсолютно стерильно. Странная планета, и непонятно для чего служит гигантская стальная колонна, вершина которой теряется в облаках.

Задача: избавиться от жены за один день.

Дано: маленький планетоид, жена, с которой невозможно ужиться.

Решение: берём переносчик материи, размещаем его в саду, даем приемник материи парочке любопытных людей на Земле, посылаем на Землю трёх животных, а затем жену, пускай попробуют с ней ужиться.

Ошибка в решении: переносчик работает в обе стороны.

Мистеру Моррисону и бригаде рабочих по перестройке планет поручено в кратчайшие сроки обустроить безымянную планету для жизни людей. Предстоит выполнить огромный объем работ: сравнять горы, изменить русла рек и построить новейший космопорт. Но с самого начала пребывания людей на планете стали происходить загадочные происшествия, которые грозят сорвать все их планы.

В наш просвещённый век мы так много знаем обо всём и обо всех. Однако, знаем ли мы себя? На этот вопрос герои книги смогли ответить лишь оказавшись в пустыне после падения вертолёта, на котором они надеялись совершить приятное путешествие. Никаких метеокатаклизмов, ни поломок в двигателе, ни ошибки пилота. Был ясный солнечный день, и ничто не предвещало беды.

(повесть)

Всю жизнь Гарри Hиколас был добродушным и рассеянным. Его нельзя назвать неудачником — ему просто очень редко везло. Но однажды он ощутил в себе сверхспособности, а еще позже оказалось, что и эти способности - не его собственные...

(рассказ)

Про персональный рай, настоящий и не очень...

Кларк и Баллард вдвоем находятся на глубоководной станции «Биб». Конструкция всё время скрипит, вокруг них тьма и хищные гигантские рыбины. Разлом, который они изучают, таит множество опасностей и каждый выход наружу может завершиться смертью. Но где всё-таки лучше: снаружи во враждебной среде или внутри станции, где легко от стресса можно сойти с ума?

И зачем, спрашивается, я попёрлась ночью на мост после того, как меня бросил парень? Незнакомец, проезжавший мимо, подумал, что я хочу сброситься вниз, и практически силком отвёз к себе домой.

А я с чего-то решила, что секс на одну ночь с этим голубоглазым викингом, поможет мне пережить расставание. И, действительно, жаркая ночь заставила меня забыть обо всём! А на следующее утро я сбежала от парня, искренне веря в то, что больше мы никогда не увидимся.

Д.Дж. Штольц - Искра войны. Молодой бессмертный Юлиан открывает для себя дворцовый мир интриг, мир, где затаился предатель. В это же время Филипп пытается вскрыть обман графини Мариэльд, чтобы спасти своего сына. Но правда имеет свою цену, и Филиппу с Юлианом предстоит задать самим себе вопрос: сколько они готовы заплатить за нее? Ведь правда порой укрыта сладкой ложью, в которую хочется верить до последнего, она лишает тебя последних друзей, она жестока, зла и приводит к разрушительным последствиям.

Вячеслав Кумин - Цепная реакция. Находясь при смерти, Виктор Баренцев, более известный как Оникс, назначает Каина Иннокента вторым человеком в своей империи – министром обороны и адмиралом Первого Флота Союза независимых миров и тем самым отдает в руки своего самого доверенного человека огромную власть и военную силу. Однако Каина ловко отстраняют от реальной власти, направляя в систему Касабланка, дабы обеспечить ее оборону от возможного вторжения Конфедерации.