Патриотизм

Известно, что японцы не боятся смерти. В средневековой японской общине высшей мерой наказания была не смерть, а изгнание с позором. Часто в деревнях старики и старухи, которые больше не могли работать и чувствовали, что стали обузой для своих детей, требовали, чтобы их отнесли в горы и оставили там умирать голодной смертью. Каждое (!) сочинение современных японских четвероклассников на тему «Мое будущее» заканчивается описанием собственной смерти.

Пятнадцатилетний поэт, абсолютно уверенный в своей гениальности, уважал только одного человека — председателя школьного литературного клуба, покуда тот не влюбился. Подобное сильное чувство ослепляет и заставляет верить в вещи, не имеющего никакого отношения к реальности. Так может, и сам мальчик ослеплён собственной гениальностью?..

Он смотрел на закатное небо, на его отражение в зеркале океана и поневоле возвращался мыслями к чудесам, свидетелем которых стал на заре своей жизни. Старик вспоминал и явленные ему откровения, и жажду познать неведомое, и могучую силу, заставившую его и других детей отправиться в далекий Марсель. А напоследок в памяти монаха неизменно воскресала одна и та же картина: высокий скалистый берег; толпа коленопреклоненных детей, молящихся о том, чтобы расступились воды морские; и бесстрастное, непреклонное море, спокойно перекатывающее под вечерним солнцем валы.

Всего несколько мгновений — и бренный мир нанес праведнику удар поистине сокрушительной силы. Душевный покой, умиротворенность рассыпались в прах. Вернувшись в хижину, монах встал лицом к статуе Будды и хотел воззвать к Священному Имени. Но не смог — греховные образы застилали ему взор. Старец пытался напомнить себе, что женская красота — химера преходящая, плоть обреченная; однако сила этой химеры оказалась столь велика, что одного-единственного мгновения было достаточно: она завладела душой праведника.

Убивать — мое движение себя. Убивать — мое открытие себя. Мостик к давно забытому рождению. Как во сне — сколь прекрасен убийца в своем совершенстве посреди великого Хаоса… Убийца — изнанка Создателя. Эта великая Общность, когда Восторг и Уныние сливаются воедино…

Друг предлагает герою отправиться на прогулку в пионовый сад. Однако, царство красоты и умиротворения хранит свою страшную тайну. И главный виновник этой тайны всё ещё жив, и его легко можно встретить в этому саду…

Пятнадцать лет разлуки. Способны ли они убить любовь? Эми пережила тяжелую психологическую травму и утратила веру в себя. Свифт, воевавший вместе с соплеменниками-команчами за независимость, пережил поражение и гибель своего народа, убийство и насилие. Но ни груз прошлого, ни утраты настоящего не могут погасить любовь, если ее сумели сохранить сердца.

«Это притча! Притча о вас и таких, как вы. Сначала вы отрицаете крест; потом — все на свете. Мы согласимся, когда скажут, что нельзя загонять силой в церковь, но вы немедленно скажете, что никто не ходит туда по доброй воле.».

Название романа является отсылкой к мирскому и более рациональному мировоззрению в образе шара и христианству в образе креста.

Это не просто увлекательный рассказ о цветах, их отличительных особенностях, местах произрастания, а и об искусстве составления и подношения букетов, о праздниках цветов, о бережливом отношении к природе.

Экспедитору Гайдамовичу поручают доставить через непроходимую тайгу на дальнюю буровую тонну арбузов. Как малых детей пестовал Гайдамович свой ценный груз: накрывал брезентом, подстилал солому, но на буровую он привез лишь гору разбитых арбузов. Но нефтяников это не огорчило.

Запись 1971 года.

В романе Д. Кренц широко показана жизнь высшего делового мира Нью-Йорка, где и развиваются все жизненные события главной героини Мэкси.

Макси Эмбервилл, темпераментная, обаятельная, сменившая нескольких мужей, легкомысленная красавица, не могла смириться с тем, что главное дело ее отца – короля издательского бизнеса – погибнет из-за нечистой игры отчима.

Поп Иван, с огненно-рыжей кудлатой бородой, жил в деревне Хомуты лет пятнадцать. Мужики любили его: не грабил, за требы брал, кто что давал.

Жил он не то что бедно, а еле концы с концами сводил, не как другие попы, у которых все ломилось от избытка.

Одна прорушка на нем была — запивал. Не часто — раз, два в год, зато уж, как запьет, и двери забьет.

Какими непослушными, несправедливыми и злыми могут быть дети! Как трудно бывает найти с ними общий язык. И, когда подвергнешь их справедливому наказанию, вид горя вызывает глубокую к ним жалость. Взрослые могут испытывать чувство дискомфорта и вины. А, как трогательны бывают дети в моменты раскаяния, когда просят прощения. И как становится взрослым легко в такие моменты, как хочется угодить поощрить.

«Самоучитель танцев для лунатиков» — многоплановое, лишенное привычной почтительности произведение об узах любви, надежде и силе примирения с непредсказуемостью жизни.

Знаменитый нейрохирург Томас Ипен имеет обыкновение, сидя на крыльце, беседовать с умершими родственниками. Во всяком случает, так утверждает его жена Камала, склонная к преувеличениям.

1533 год. У Генриха VIII и его новой супруги Анны Болейн на свет появляется дочь — Елизавета. Через некоторое время Генрих казнит жену по обвинению в супружеской измене, и Елизавета остается без матери. Еще через год у Генриха от новой жены, наконец появляется сын — Эдуард. Став королем после смерти отца, Эдуард возвращает сестру ко двору, но вскоре после этого умирает, что является для Елизаветы очередным большим потрясением.

Персонажи этой книги – Анна Ахматова, Иосиф Бродский, Алексей Баталов, с которыми автор встречался на ставшей легендарной Ордынке, в квартире Виктора Ардова. Юрий Олеша и другие обитатели писательского дома в Лаврушинском переулке. Олег Ефремов, с которым автор был близко знаком с тех давних пор, когда учился в Школе-студии МХАТ. Действие происходит и в знаменитом дачном посёлке Переделкино (отсюда и название «Зимняя дача»)

– До меня дошли слухи, что моя дочь к тебе неравнодушна, Леонов.

– Никаких проблем не возникнет. Она меня не интересует.

– Ты не понял меня, майор, – усмехается Смоленский. – Сегодня же пригласишь ее на свидание, будешь самым обходительным парнем в мире. А … через месяца четыре можно и свадьбу сыграть.

– Это шутка? – хмуро смотрю на мужчину передо мной.

Хотите мандарин? – спросил меня мужской голос сзади. Я повернулась, но ничего не разглядела. – Нет. – Ну, не капризничайте, – весело хмыкнул мужчина. – Впереди Новый Год. Праздновать его принято с петардами, шампанским и мандаринами. Держите. Он насильно сунул мне в руку что-то округлое и шершавое. Я отдернула пальцы и выронила мандарин, он куда-то покатился.

Каково это - быть колонистом с Земли и биться за выживание со всей планетой сразу? Планета Пирр не оставляет поселенцам ни малейшего шанса, набрасываясь на них из-за каждого угла и подстерегая за каждым поворотом множеством смертельно опасных для человека существ. По мере того, как люди учатся бороться с враждебными формами жизни, число этих форм начинает стремительно расти, и вскоре создается впечатление, что все живое на планете скрежещет клыками, брызжет ядом или лязгает оружием друг против друга.

Я люблю тебя и небо, только небо и тебя,.

Я живу двойной любовью, жизнью я дышу, любя.

В светлом небе - бесконечность: бесконечность милых глаз.

В светлом взоре - беспредельность: небо, явленное в нас.

Я смотрю в пространство неба, небом взор мой поглощен.

Я смотрю в глаза: в них та же даль пространств и даль времен.