Отцы и дети

Иностранец встал, а вместе с ним и молодые люди, спросил, даже привизгнув от любопытства:.

—Значит, вы — верующие?!

— Да, мы — верующие, — улыбаясь, ответил Игорь, а Нюра подумала, рассердившись: «Вот прицепился, заграничный гусь!».

— Ох, какая прелесть! — вскричал удивительный иностранец и завертел головой, глядя то на Игоря, то на Нюру.

Человечность невозможна без терпения… Я понимаю, быть человечным звучит отвлеченно, это понятие надо соотнести с другим, более понятным, что ближе к пониманию, а значит, нами выстраданному. Вот так и получается, дома твои родители учат тебя терпению, также и школа помогает, а значит, человечности. Но всегда были, есть и будут плохие дети и двоечники, не извлекающие уроков.

Если на войне бравого солдата не сразит вражеская пуля, в мирной жизни его сразит женщина — благо, если любовью, ужасно, если из мести. Остерегайтесь женской мести — самой вероломной, от которой пострадало немало мужчин в истории человечества. .

Два молодых провинциала, Егор Козлов и Нюра Морозова, волею судьбы оказываются в Москве в самой середине 90-х гг.

Я сидел на скамейке подле этой картины «живописной», покуривая и наблюдая за дремлющей старой женщиной. Временами мой взор отвлекала пустая площадка детская, навевая мысли о нашей жизни бренной, но не прекращающаяся жизнь тленная, пока будут вот такие площадки строятся, будет жизнь идти своим чередом, полной поворотов неожиданностей.

На самом деле, в природе не существует так называемой «судьбы», равно как и того, кто нами управляет — Бога. Соответственно, и «судьба» и «Бог» — это лишь фигуры речи, чтобы нам, с нашей религиозной формой сознания была понятна истина, понятная нашим далеким предкам, ими же и изобретённая, их же очень уязвимых защищавшая; а они были куда уязвимее сегодняшних нас за железобетонными стенами, за железными дверями, в каморках своих ютящимися.

Не будьте предосудительны к тем чтецам, кто для вас, любителей аудиокниг, создает аудиолитературу. Пусть у этих чтецов будут ошибки — орфоэпические или просодические — никто не совершенен, а тем более, эти чтецы являются энтузиастами этого дела. Они жертвуют своим временем, а то и деньгами, чтобы что-то сотворить, что просит их душа, ум, а бывает и совесть.

«…Когда ты снова будешь здоров, я тебе обещаю, я буду больше проводить времени с тобой. А что до дел, то они никогда не кончатся. И да, когда ты придешь в себя и встанешь опять на ноги, я все дела передам тебе. Я тебе обещаю, Арсенджан! А сам уйду на покой. Ну, не сразу, конечно, так как ты нам с твоей мамой обязан внуков подарить… а вот, когда появятся внуки, я уже полностью и уйду на покой, а всеми делами ты и будешь заправлять только сам.

Прелюдия. Эта предновогодняя комедия в 2-х дейсвиях в стиле декамерон, экспромтом автором сочиненная в минуты бурного и веселого застолья, а позже на бумагу переложенная, не оставит тебя, мой дрогой читатель, равнодушным, возможно, заставив тебя над самих же собой посмеяться вволю, ежели ты, конечно, не лишен чувства самоиронии. В этой комедии, быть может, кроме шутки, ты найдешь нечто глубокое в виде морали.

Однажды в варшавское издательство «Искры» самотёком поступила рукопись никому неизвестного инженера-строителя, и вскоре польские читатели получили хороший подарок вот эту книгу. Подлинность — это идейная чистота, созидание, трудовой энтузиазм — словом, то, чем исполнена повседневность, но, увы, не всегда — иные произведения изящной словесности.

Когда «жизнь удалась», когда «весь мир в кармане», когда «по щелчку» исполняются любые прихоти, остаётся одно — ОХОТА. А на ОХОТЕ бывает всякое. Ведь до последнего момента не всегда понятно кто охотник, а кто жертва…

"Роман с языком, или Сентиментальный дискурс" - книга о любви к женщине, к жизни, к слову. Действие романа развивается в стремительном темпе, причем сюжетные сцены прочно связаны с авторскими раздумьями о языке, литературе, человеческих отношениях. Развернутая в этом необычном произведении стройная "философия языка" проникнута человечным юмором и легко усваивается читателем.

Чудаковатый с виду старик, передал соседу свой Дар, от которого тот был в ужасе...

Описания к книге не найдено.

«Медальон» - светская повесть. Две истории: одна в другой, связанные между собой общим героем. В «Медальоне» Е.А. Ган попыталась создать концепцию любви, как понимают это чувство женщина и мужчина. Но понимание мужской любви дается через призму же женского восприятия. ".

Помимо основополагающей темы любви, Е.А. Ган уделяет внимание понятию мести.

Юрий Фофин. Педагог-психолог, филолог. Публиковался в журналах «Наш современник», «Сибирские огни», на сайте «Российский писатель», в Антологии «молодой» литературы «Заря».

P.S. СЛУШАТЬ РЕКОМЕНДУЮ В НАУШНИКАХ.

"Пикник и прочие безобразия" - это сборник рассказов, являющийся своеобразным продолжением книг "Моя семья и другие звери", "Птицы, звери и родственники" и "Сад богов". Главными героями этого замечательного сборника рассказов стали сам Даррелл и его необыкновенные родственники и знакомые.

В сборник вошли рассказы священника Ярослава Алексеевича Шипова (род. 16 января 1947 года, в Москве) - современного российского писателя, журналиста и общественного деятеля, выпускника Литинститута им. Горького, члена Союза писателей РФ.

Книга "Райские хутора" и другие рассказы" продолжила серию, начатую книгой архимандрита Тихона Шевкунова "Несвятые святые и другие рассказы".

В представленной аудиокниге автор читает главы из своего произведения «Приобретенный рефлекс». В этой книге собраны написанные в разные годы рассказы и репортёрские истории. Каждое художественное повествование наполнено тонким юмором и иронией, а серьёзные вещи автор подает без занудства и менторства. Некоторые из рассказов разбудят у читателей старшего поколения ностальгические нотки, напомнив о пионерской и комсомольской юности, а какие-то могут просто позабавить...

Страшная, нескончаемая вражда велиаров продолжается, покрывая землю людскими костями, умножая зло до бесконечности мёртвыми душами. Тьма уже совсем близко. Наступает и дышит зловонным дыханием, поглощая солнце, оставляя за собой смерть и лед, извращая правду и веру до неузнаваемости. Проклятая ниада низвергнута в бездну грязи и захлёбывается в собственной боли, а Безликий рыщет по снегу в поисках правды.

В книге собраны воспоминания летчиков, штурманов и стрелков бомбардировщиков Пе-8, Ил-4, Б-25 и А-20. Экипажи этих самолетов выполняли самые различные миссии — налеты на железнодорожные узлы, столицы государств-противников, сброс агентов в тыл врага, торпедные и топмачтовые атаки кораблей противника. Объединяет их вместе коллективный ратный труд.

В этом необычном книжном клубе всего два человека. И один из них скоро умрет. Чтобы не говорить о смерти, они говорят о книгах. Для одного это способ осмыслить свое богатое прошлое, для другого - понять, как жить дальше.

С каждой книгой они узнают друг о друге что-то новое, но сколько еще они успеют прочитать? А если каждая книга может стать последней, значит, она обязана быть превосходной...

Серия романов в жанре фэнтези о подростках-птицах, которых называют Икарами, вызвала настоящий фурор во многих странах мира. История ребят, у которых в результате генной модификации выросли крылья, поражает читателя оригинальностью идеи и непредсказуемостью сюжета.

В этом томе героям предстоит сразиться с мощной и агрессивной организацией - Корпорацией Эволюции, которой они нужны в качестве лабораторного материала.