Аля-Мастер-и-Маргарита, или все наоборот

Человечность невозможна без терпения… Я понимаю, быть человечным звучит отвлеченно, это понятие надо соотнести с другим, более понятным, что ближе к пониманию, а значит, нами выстраданному. Вот так и получается, дома твои родители учат тебя терпению, также и школа помогает, а значит, человечности. Но всегда были, есть и будут плохие дети и двоечники, не извлекающие уроков.

Если на войне бравого солдата не сразит вражеская пуля, в мирной жизни его сразит женщина — благо, если любовью, ужасно, если из мести. Остерегайтесь женской мести — самой вероломной, от которой пострадало немало мужчин в истории человечества. .

Два молодых провинциала, Егор Козлов и Нюра Морозова, волею судьбы оказываются в Москве в самой середине 90-х гг.

Я сидел на скамейке подле этой картины «живописной», покуривая и наблюдая за дремлющей старой женщиной. Временами мой взор отвлекала пустая площадка детская, навевая мысли о нашей жизни бренной, но не прекращающаяся жизнь тленная, пока будут вот такие площадки строятся, будет жизнь идти своим чередом, полной поворотов неожиданностей.

На самом деле, в природе не существует так называемой «судьбы», равно как и того, кто нами управляет — Бога. Соответственно, и «судьба» и «Бог» — это лишь фигуры речи, чтобы нам, с нашей религиозной формой сознания была понятна истина, понятная нашим далеким предкам, ими же и изобретённая, их же очень уязвимых защищавшая; а они были куда уязвимее сегодняшних нас за железобетонными стенами, за железными дверями, в каморках своих ютящимися.

Не будьте предосудительны к тем чтецам, кто для вас, любителей аудиокниг, создает аудиолитературу. Пусть у этих чтецов будут ошибки — орфоэпические или просодические — никто не совершенен, а тем более, эти чтецы являются энтузиастами этого дела. Они жертвуют своим временем, а то и деньгами, чтобы что-то сотворить, что просит их душа, ум, а бывает и совесть.

Автор не претендует на истину в последней инстанции.

Начало сего опуса не столь смешное, разве что концовка. Автор и у Канта в его «Kritik der reinen Vernunft» (Критика кристально чистого разума) нашел бы для себя нечто смешное. Однако это не значит, что философствование великого мыслителя надо отнести к жанру «Сатира и Юмор».

Итак, что такое истина и с чем ее едят?

«Вот, твоя работа тебя до добра не доведет. Испортила она тебя. И немцы тебя шибко испортили, на которых ты работаешь. Небось, это они тебя к пиву и сосискам пристрастили? Да? Такие они эти немцы! Да и не только немцы, вся она такая Гейропа и Пендосия! Не жди от них добра, сынок! И укры все туда же — в свою Гейропу. Да какие они нам, русским, братья! В гробу я видел таких братьев! Не приведи Господь! Свободы, видите ли, они захотели! Хрен вам свобода! Под нами вы всегда были и будете! Это же надо, с 2014 года бомбят они наши Донецк и Луганск! Столько нашего русского брата под своими ракетными обстрелами положили!..».

Прелюдия. Эта предновогодняя комедия в 2-х дейсвиях в стиле декамерон, экспромтом автором сочиненная в минуты бурного и веселого застолья, а позже на бумагу переложенная, не оставит тебя, мой дрогой читатель, равнодушным, возможно, заставив тебя над самих же собой посмеяться вволю, ежели ты, конечно, не лишен чувства самоиронии. В этой комедии, быть может, кроме шутки, ты найдешь нечто глубокое в виде морали.

Я иду медленным шагом сквозь тесные ряды сомкнувшихся сосен, одной рукой цепко перехватив ружье, другой отклоняя от себя удары веток и напряженно вглядываясь вперед. Я слышу свое дыхание — глубокое, волнующееся, шорох сухих игол под ногами, вздохи августовской ночи.

Всю свою жизнь он просил доказательств любви отца. Их отношения складывались трудно, их любовь может понять только тот, кто прежде мог найти в себе мужество ненавидеть. Это истинная, выстраданная, с трудом добытая, отвоеванная любовь. Новый роман Фабио Воло – очередное подтверждение его таланта рассказчика, за который его полюбили миллионы читателей.

События разворачиваются в вымышленном поселке, который поделен русско-украинской границей на востоке Украины, рядом с зоной боевых действий. Туда приезжает к своему брату странный человек Евгений, который говорит о себе в третьем лице и называет себя гением. Он одновременно и безумен, и мудр. Он растолковывает людям их мысли и поступки.

Автор романа — известный советский писатель Александр Чаковский в романе «Победа», удостоенном Государственной премии СССР 1983 года, повествует о великом противоборстве двух миров — мира социализма и мира капитализма. Автор рисует живые портреты Сталина,Черчилля, Трумэна, используя документальный материал, связывает воедино две великие исторические вехи: лето 1945 года, когда в Потсдаме разыгралась политическая битва за обеспечение прочного мира на земле, и лето 1975 года, когда в Хельсинки состоялось Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе.

Действие романа классика ингушской литературы Идриса Базоркина охватывает последнее десятилетие XIX — начало XX века. С большим знанием исторического материала рисует писатель тяжелую жизнь ингушей того времени, страдающих от безысходной нужды и произвола царских властей. На примере судеб героев своего романа он раскрывает во всей полноте историю Ингушетии.

«Вам интересно узнать, как на самом деле проходят будни в сумасшедшем доме? Звери-санитары и не совсем нормальные врачи – именно с этим сталкивается доктор Данилов, когда благодаря весьма странным обстоятельствам попадает в „желтый дом“. Добро пожаловать, дорогой читатель! С уже полюбившемся многим героем вы узнаете, в какой цвет обычно выкрашены палаты и что происходит, когда звучит команда „отбой“.

У него нет ни имени, ни прошлого. Он умеет жить только настоящим. Этому его научили волки, среди которых прошло его детство, юность… Волчица, нашедшая случайно во время миграции совсем еще крохотного младенца, сумела подарить вторую жизнь человеческому существу, чтобы тот стал частью волчьей стаи. Чтобы вместе охотиться, заботиться друг о друге, избегать ловушек, расставленных охотниками, и просто жить.

Впервые повесть опубликована в журнале «Русская мысль», 1887, ноябрь, с предисловием. Заглавие было проставлено после предисловия; рассказ имел подзаголовок: «Из историй о трех праведниках». В 1888 и 1889 годах «Инженеры-бессребреники» дважды переиздавались отдельно Сувориным («Дешевая библиотека»), но уже без предисловия.

В тридцатых годах истекающего столетия в петербургском инженерном училище между воспитанниками обнаруживалось очень оригинальное и благородное направление, которое можно назвать стремлением к безукоризненной честности и даже к святости.

Роман Бориса Берша "Молот Хирама" - это наш ответ Дэну Брауну. Автор умело сочетает историческое наследие с современной реальностью, разворачивая интереснейший сюжет, наполненный остротой событий и мистическими загадками.

Прозу Леонида Сергеева отличают проникновенное внимание к человеческим судьбам, лирический тон и тёплая ирония. Герои его произведений — обычные люди, необычен взгляд автора на своих героев. Ничуть не очаровываясь человеческой природой и видя все её недостатки, Леонид Сергеев, тем не менее, верит в Человека и в победу добра над злом, любви над равнодушием.

"Я должен сказать вам... Я умудрился, может быть, мне повезло: ни разу в своей многотрудной деятельности - а написал я, наверное, не менее 40 книг - ни разу не упомянул фамилии Сталина. У меня нет даже упоминания о Сталине, ни разу...

-- И ваши герои не упоминают?

- Нет, герои упоминают. Не столько о Сталине, сколько о терроре. У меня последний роман, который называется "Над потаенной строкой" - он еще не известен, он будет напечатан в девятом номере журнала "Звезда".

Редко кто сможет услышать тихое веяние ветра перемен. Но, сила его безмерна. Он может истолочь в песок огромную гору, засыпать им море, или унести за сотни километров. А может забросить в прошлое, где зловещие боги правят миром, черпая своё бессмертие в жизненной силе своих жертв. И тогда, чтобы выжить, тебе придётся сначала стать оборотнем, затем магом, а потом и предводителем всей армии людей.

Гай Валерий Катулл (около 87 — около 54 до н. э.) — античный поэт, один из величайших римских лириков. Большую часть стихотворений посвящал своей возлюбленной — знатной патрицианке Клодии из рода Клавдиев. В своих стихах он называл ее Лесбией, тем самым иносказательно связывая Клодию с мифическими жительницами острова Лесбос, подчеркивая ее женственность и чувственность.

История, описанная новичком загробного мира. Еще одна из версий того, что же ждет человека после смерти.