Одиннадцать тысяч палок

Здравствуй, книжный странник! Если ты любишь аудиокниги и хочешь узнать о чем же все-таки книга Сборник, которую написал Аполлинер Гийом, то тебе обязательно стоит прослушать ее до конца. В центре внимания находятся неординарные и необычные герои, они вызывают у зрителя интерес и желание узнать о них побольше. Привлекает внимание то что в картине есть пейзажи, которые вызывают желание находиться среди них как можно дольше.

В коротком романе "Одиннадцать тысяч палок" Аполлинер обрушил на публику неприкрытые описания групповых половых актов с шокирующими садистскими подробностями. В романе собраны едва ли не самые изощренные сексуальные практики садомазохизма: от избиения плетками до асфиксии.

Готические эксперименты Аполлинера в создании своеобразной оргиастической феерии поражают не только своей смелостью и беспредельным бесстыдством.

Здравствуй, читатель! С утра пораньше лучше всего не читать книгу Старый гений. Привидение в Инженерном замке. Дух госпожи Жанлис. Штопальщик (автор Николай Лесков) – можно сильно опоздать на работу. Приятно окунуться в золотое время с его маленькими и не очень радостными, но такими важными для каждого человека проблемами. Благодаря уму, харизме, остроумию и благородству, сразу чувствуешь симпатию к главному герою и его спутникам.

На этом диске представлены повести Ивана Сергеевича Тургенева "Пунин и Бабурин", "Старые портреты", "Отчаянный", "Часы", погружающие читателя-слушателя в историческое прошлое России. Героем в них зачастую выступает разночинец с его практичностью и осмотрительностью, чуждый чрезмерной восторженности и неумеренных порывов, или же наоборот - неистовый кутила, не знающий меры ни в чем - ни в отчаянном бесстрашии, ни в вине ("Отчаянный")

Графин. Согласно этой истории, маленький Володя в течение двух месяцев испытывал угрызения совести по поводу того, что он разбил в гостях графин, но не сознался. Только честно признавшись в содеянном, Володя смог спокойно заснуть.

«Рассказы о Ленине» — это сборник 16-ти коротких рассказов Михаила Зощенко 1939 года для детей дошкольного возраста, в которых описываются различные факты из жизни Ленина, призванные в доступной форме раскрыть маленькому читателю положительные черты вождя мирового пролетариата.

«фантастический рассказ» Ф. М. Достоевского. Впервые напечатан в апрельском выпуске «Дневника писателя» 1877 года. При жизни писателя не перепечатывался.

Окружение считает его чудаковатым с малых лет. Этот чудаковатый молодой человек решает застрелиться из-за одной навязчивой идеи. Но в тоже время его мучает совесть из-за одного совершённого, подлого дела.

В рассказе даётся комическая история об онемечивании славянофила и его детей - хитростью крестятся в лютеранскую веру, хотя по законам российской империи должны креститься в православную, по отцу. Немецкой идее национальной исключительности и превосходству, Лесков противопоставляет тип русского человека, горячего, непосредственного и непоследовательного, привлекающего к себе симпатии даже своими недостатками.

Сборник рассказов "Возвращение Чорба" знаменитого русско-американского писателя, одного из классиков литературы ХХ века Владимира Набокова объединяет в себе ранние "малые" произведения, созданные Сириным-Набоковым в 1920-е годы. Сборник увидел свет в 1930 году в берлинском издательстве "Слово" и вызвал разноречивые оценки в эмигрантской критике.

Еще одна классика «огоньковского» военного жанра — писатель Эренбург, давний автор журнала, описывает Париж накануне вторжения гитлеровцев во Францию, которая не хочет воевать за поляков и англичан, думая отсидеться за «линией Мажино». Парижу суждено пасть, но не знают, что эти строки еще и про них — им ведь остается всего-то год мирной жизни.

Новеллы Ги де Мопассана давно стали неотъемлемой частью классики французской и мировой литературы. Им присущ блистательный психологизм, глубина социального анализа, ясность и точность художественной формы. Разнообразные по содержанию и жанровым особенностям, эти новеллы несут отпечаток неизбывного интереса автора к человеку.

1. Мадемуазель Фифи.

Рассказ русского писателя, поэта, литературного критика ВсеволодаГаршина «Сигнал» написан в 1887 году. Рассказ поднимает вопрос о честности, человеческой порядочности, сострадании. Главный герой — простой, но отважный человек, не пожалевший собственной жизни и спасший целый поезд с людьми.

В очередном выпуске аудиоальманаха Классика русского рассказа вас ждут аудиоверсии следующих произведений русских писателей.:.

Содержание: Н. Лесков «Язвительный».

М. Вовчок «Козачка».

Г. Успенский «Власть земли».

С. Степняк-Кравчинский «Сказка о копейке».

В. Короленко «Река играет».

Конец XIX века, время непростое. Сознание Андрея Степанова не вселяется ни в императора, ни в цесаревича, ни в великого князя, ни даже в захудалого графа. А вселяется оно в обычного молодого человека, который даже не дворянин, а неудавшийся юрист, да еще купеческого рода.

.

.

«Вселенец» не спецназовец, не снайпер, не владеет единоборствами, песен про поручиков и кавалергардов «сочинять» не хочет.

Как выясняется, не все сразу удается попаданцам и здесь их никто особенно не ждет, так как нет производственной базы в стране с преимущественно крестьянским, практически неграмотным населением.

После перипетий судьбы изобретатель решает стать военным чиновником, получив предложение разведывательного отдела Главного Штаба. Продолжает изобретать, что сразу делает его целью для конкурентов и высокопоставленных лиц, желающих убрать выскочку подальше от трона: не дай бог он будет претендовать на их кусок пирога.

У доктора Диагора странное увлечение. Он экспериментирует с кибернетическими организмами, пытаясь сотворить существо, не предназначенное для выполнения каких-то определенных задач, но обладающее полной свободой воли. Кажется, ему это наконец удалось. Осталась только одна проблема — наладить контакт со своим собственным творением.

Двух приятелей покусала дворняжка, и их отправляют в Париж к Пастеру лечиться. .

Примечание"— Знаешь, что, Вася? Поедем! Накажи меня господь, поедем! Ведь Париж, заграница… Европа!

— Чего я там не видел? Ну его!

— Цивилизация! — продолжал восторгаться Лампадкин. — Господи, какая цивилизация! Виды эти, разные Везувии… окрестности! Что ни шаг, то и окрестности! Ей-богу, поедем!