О чем он молчит

Когда-то давно семилетний мальчик подарил трехлетней соседской девочке плюшевого котенка, наполненного леденцами. Спустя годы он сделал ей предложение, но она отказалась выйти за него замуж и даже пообещала вернуть этот подарок в знак полного разрыва отношений...

«Человек быстро шагал по лесу. Он шагал прямо на север, прочь от границы. Поленницы стояли здесь плотно одна к другой, угадывались во тьме и дальше. Мгла быстро сгущалась. Подойдя к одной из поленниц, он хотел наклониться, но оглянулся, будто что-то заслышав. Чуть подальше в лесу стояла женщина в лыжном костюме под коричневой кофтой, простоволосая.

"Линия разрыва" - это тонкий роман, где сильные чувства словно уложены в кадры хорошей и стильной мелодрамы. Когда появляется уверенность, что обратной дороги к прежнему счастью уже нет? И как найти дорогу к счастью новому? Вечные вопросы современного человека, на которые не раз уже пытались ответить. Но мало кому удалось сделать это с такой тонкостью, глубиной и юмором, как Сабрине Бродбент.

Брат главного героя кончает с собой. Размышляя о причинах случившегося, оставшийся жить пытается понять этот выбор, характер и жизнь брата, пытаясь найти, среди прочего, разгадку тайны в его скаутском имени — Коала, что уводит повествование во времена колонизации Австралии, к истории отношений человека и зверя.

Я был зван в родной город выступить с докладом о немецком писателе, который двести лет назад, — в Берлине, на озере Ванзее, ноябрьским днем, — отыскав на берегу укромное местечко, выстрелил сперва своей подруге Генриэтте Фогель в сердце, а потом и самому себе в глотку.

Якову Гордину принадлежат повести о Северной войне — «Пусть каждый исполнит свой долг», о декабристах — «После восстания», о гибели Пушкина, о Толстом, о первом русском историке Татищеве. Ленинградскими театрами поставлено несколько пьес писателя на исторические темы. Новая повесть Я. Гордина «Три войны Бенито Хуареса» рассказывает о судьбе национального героя Мексики, возглавившего в середине XIX века борьбу патриотов с реакционными и своекорыстными генералами и церковниками, а затем и с французскими интервентами.

«Фриленды» (The Freelands) — один из самых жестоких, ироничных и сильных романов великого Голсуорси. Книга о большой любви — и страшном скандале, всколыхнувшем всю викторианскую Англию. Умирает жена богатого помещика — и ее место в доме и постели хозяина незамедлительно занимает ее младшая сестра. Любовница воспитывает детей аристократа — и живет с ним «во грехе», отказываясь вступить в законный брак! Скандал прокатывается по всему светскому обществу — и катастрофа кажется неотвратимой и неминуемой…

Все мы – чьи-то дети, а иногда матери и отцы. Семья – некоторый космос, в котором случаются черные дыры и шальные кометы, и солнечные затмения, и даже рождаются новые звезды. Евграф Соломонович Дектор – герой романа «Источник солнца» – некогда известный советский драматург, с детства «отравленный» атмосферой Центрального дома литераторов и писательских посиделок на родительской кухне стареет и совершенно не понимает своих сыновей.

Все пять романов, включенные известным советским писателем Лизарем Карелиным в настоящий сборник, получили признание и широкий читательский отклик.Новая книга не просто сводит под обложкой произведения писателя, написанные в разные годы. Романы, вошедшие в нее, перекликаются сюжетно, имеют единую географию. В каждом из них острота ситуаций и художественная точность пера позволяют писателю выйти на широкие социальные обобщения.

История поздней любви никогда не бывает простой. Пережив череду неудачных романов, Татьяна встречает своего Принца, но судьба решает разыграть настоящую шекспировскую драму… Принц мертв, а в убийстве обвиняют ее, хотя вспомнить подробности трагедии невозможно.

Сможет ли Татьяна справиться с бесчеловечной машиной российского правосудия или станет его очередной жертвой? Каковкин не дает однозначных ответов, но заставляет задуматься о том, что на месте Татьяны теоретически может оказаться каждый…

В этом лесу было пленительно, иначе не скажешь. Малиновка завлекала своим пением. Каждый куст — буквально каждый! — угощал ягодой! Белки вели себя с непостижимой доверчивостью, словно ручные. И на всю эту идиллию сверху любовалось солнышко — такое ясное, будто сделали его для детского спектакля. Как, впрочем, и все остальное в этом райском уголке.

Очерк о путешествии по Франции. Рассказ о посещении Лувра и о впечатлениях от осмотра статуи Венеры Милосской.«...В очерке «Выпрямила» писатель показывает людей, «скомканных» как русской действительностью (крестьяне-новобранцы, народник Тяпушкин), так и западноевропейским капиталистическим строем, где царствует мнимая «правда», где «всё одно унижение, всё попрание в человеке человека».

Ши Ян вырос без родителей, без интереса к жизни, но унаследовав большую сумму денег.

Он чувствовал себя живым лишь от получаемого адреналина. Вскоре он осознал, что занятия экстремальным спортом – прыжки с высоты на резиновом канате, пещерный дайвинг и затяжные прыжки с парашютом приносят ему наивысшее удовлетворение. Ши Ян ощущает себя живым только в момент смертельной опасности, когда происходит сильный выброс адреналина.

Спасающийся от погони негров-людоедов, Соломон Кейн приходит в странную долину у подножья неизвестных гор. Немногочисленные жители долины вымирают, страдая от жутких крылатых тварей.

«Старое языческое предание оказалось правдой, подумал Кейн, ошеломленный нахлынувшими догадками. Если миф о гарпиях оказался реальностью, как насчет остального — Гидры, кентавров, Химеры, Медузы, Панов и сатира? Может быть, правдивы все старинные легенды, повествующие о чудовищах с клыками и когтями, кошмарах зла? О Африка, Черный континент, край теней и страхов, чудищ мрака, бежавших сюда с севера».

Антонина Петровна выпрямилась. Больная спина дала о себе знать неприятным нытьём: снова радикулит замучил. На погоду. Осень такая выдалась: сырая, дождливая. Скоро будет сложно каждый день опускаться на колени и склонять голову в ежевечерней молитве.

Ничего. Господь посылает нам испытания, и мы должны с честью проходить их. Что там какая-то больная спина перед волей Всевышнего? Разве сможет она перебороть это дивное ощущение благоговения, что Антонина Петровна испытывает каждый раз, когда обращается к Нему?