Нити Смерти

Когда-то Альфред Масуэлл преподавал в Оксфорде, но эксцентричные воззрения на литературу положили конец его карьере. Тем не менее он до сих пор остается крупнейшим специалистом по творчеству Лилит Блейк — малоизвестной писательницы, высоко ценимой в узких кругах ценителей викторианской литературы ужасов.

Тем временем наш герой собирает материалы для статьи как раз на эту экзотическую тему — и стоит ли удивляться, что в конце концов поиски приводят его к мистеру Масуэллу.

Бедная старая мисс Кин прикована к постели. Телефонный звонок посреди ночи будит мисс Кин, но на линии никого нет. Гадкие шутники, думает мисс Кин. Звонки настойчиво продолжаются, сводя её с ума…

В Виборге, что в Ютландии, есть вполне приличные гостиницы, такие, что лучше и не пожелаешь. Андерсон, путешествующий по Дании в поисках интересующих его фактов из истории церкви, при первом посещении города остановился в гостинице «Золотой лев», совершенно не подозревая о таящейся здесь опасности.

Новелла про старика, мальчика и… дьявола?

Семь дней и ночей носит по морю спасательную шлюпку. И вот люди в шлюпке замечают корабль. Но что их ждёт на этом корабле: спасение, или смерть, страшнее чем смерть от жажды и истощения?

Существуют дома, где боятся жить даже привидения. В одной из таких квартир поселился главный герой. К сожалению, финансовая ситуация не позволила ему найти жилье приличнее, поэтому пришлось жить в квартире, где в девяностых годах убили наркоторговцев и буквально за несколько недель до новоселья умер предыдущий хозяин. А еще здесь по ночам что-то бьется в крышку подвала изнутри…

Алина побарабанила пальцами по краю сидения, выплюнула в окно жвачку и подумала, что с этой бодягой надо кончать. Рядом злобно пыхтел Макс. Пыхтел, бесился, но не мог предложить ничего, чтобы исправить ситуацию. А ситуация паршивенькая. И если срочно что-нибудь не придумать, станет намного хуже…

Геннадий успешный менеджер среднего звена. Ему 28, стабильная работа, высокая зарплата…

Жена Шермана хочет уйти к другому. Он все еще любит ее и готов на все, чтобы остаться вместе, но он цивилизованный человек и предлагает остроумное решение.

Я не мог ожидать от Виктора ничего плохого, хоть и подозревал, что у моего друга назрел критический момент в жизни. Когда Виктор пригласил меня в заветную комнату, которую скрывал от посторонних глаз всё это время, казалось, он готов полностью доверить мне терзавшую его тайну. Я ошибся в его намерениях: как только глаза смогли разглядеть внутреннее убранство комнаты и постичь весь ужас, что был здесь сокрыт, Виктор прижал к моему лицу тряпицу с едким запахом хлороформа.

Александра Бруштейн - Весна.

Это третья книга автобиографической трилогии ("Дорога уходит в даль...", "В рассветный час", "Весна") Александры Бруштейн.

Трилогия правдиво и убедительно повествует о постепенном отходе Саши от наивных иллюзий раннего детства и познании ею многих негативных сторон жизни. Писательница раскрывает противоречия между светлыми мечтами детей и подростков и горькой реальностью взрослого мира.

Этот текст – сокращенная версия книги Зига Зиглара «Цели. Как пользоваться жизнью на всю катушку». Только самые ценные мысли, идеи, кейсы, примеры. .

О книге .

Как правильно поставить цель? Что нужно, чтобы ее достичь? Как расставить приоритеты? Как стать счастливым, делая то, что действительно хочешь? Один из лучших мотивационных спикеров Америки Зиг Зиглар делится с нами секретом достижения любой цели.

В этой аудиокниге мы собрали для вас самые смешные и искрометные рассказы зарубежных писателей, получивших наивысшие оценки как у читателей, так и у критиков. Всем известно расхожее выражение, что смех продлевает жизнь. Так что слушайте аудиокнигу «Классика зарубежного юмористического рассказа», живите долго и смейтесь от души.

 Содержание: .

Роль классической литературы в жизни каждого без исключения человека невозможно переоценить. Именно из классики мы узнаем о прошедших эпохах, традициях, быте и нормах поведения прошлого. Причем рассказано это не сухим языком исторических фактов, а в буквальном смысле от первого лица, от лица людей, ставших очевидцами или даже непосредственными участниками описываемых событий.