Нахимов

Жизнь Дмитрия Сенявина, Василия Головнина, Павла Нахимова была отдана морю и кораблям, овеяна ветрами всех румбов и опалена порохом. Не фавориты самодержцев, не баловни `верхов`, они служили Отечеству и в штормовом океане, и на берегах Средиземного моря, и на бастионах сражающегося Севастополя...

Русский писатель, классик современной исторической прозы, лауреат Государственной премии России (1987) и Национальной премии "Триумф" (1996). В основе романов Юрия Давыдова - драматические, нередко детективные страницы истории России конца XIX столетия. "Соломенной сторожке" Герман Лопатин разгадал двойную игру одного из самых мрачных деятелей революционного движения, организатора террористических актов и провокатора Евно Азефа.

«… Последний парад флотоводца Сенявина был на Балтике. В море был шторм. Дождь не прекращался. Тьма стояла как ночью. А ночью было темно, как минувшим днем. Палила пушка с флагманского, требуя от каждого ответа: где ты? цел ты?«Расположась возле рулевого, – рассказывает очевидец, – адмирал поставил подле себя компас, разложил лакированную карту и сам направлял ход корабля, и только лишь тогда, когда эскадра миновала опасный риф Девиль-зей, Сенявин, не сходя в каюту, спросил чаю.

Повесть о Глебе Успенском рассказывает о последних, самых драматических годах жизни замечательного русского писателя. Но вместе с тем она вмещает все его нравственные искания, сомнения, раздумья о русском народе и его судьбе. Написанная ярко, страстно, повесть заставляет сегодняшнего читателя обратиться к нравственным проблемам, связанным с судьбой народа.

Юрия Давыдова интересовали наиболее драматические, а подчас и детективные страницы истории России конца XIX столетия. В романе "Соломенная сторожка" любимый герой писателя, народоволец Герман Лопатин, разгадывает двойную игру одного из самых изощренных провокаторов - Евно Азефа.

Эта книга должна была появиться пятью годами раньше. Однако Александру Михайлову хотелось тогда скорее закрыться, чем открывать себя миру. Он не мог "выйти на исповедальную интонацию", полагая, что все в жизни должно доказываться делом. Теперь для книги настала пора. Она называется "Личное дело", ибо все, что окружает нас сегодня, касается лично каждого.

В этих строках поэтесса Елизавета Стюарт, принадлежащая к поколению Ахматовой, вскрывает самый нерв авторского чтения Анны Ахматовой.

Голос Анны Андреевны, голос ее музы, вобрав¬шей и принявшей пророчества Пушкина, высокую веру в судьбу России Тютчева, гражданственность Некрасова, музы, разделившей судьбу с Блоком,.

отринувшей призывы покинуть Россию...

Нобелевский лауреат Гинзбург Виталий Лазаревич, один из столпов современной науки комментирует, рассказывает о истории становления современной российской физики.

Ностальгические воспоминания детства прошедшего в 70-х годах.

В истории ХХ столетия найдется немного женщин, чья судьба была бы столь же уникальна, как судьба Ольги Чеховой. Судите сами - юная дворянка, вхожая в императорскую семью, решает посвятить себя сцене. Ее учителем становится сам Станиславский, а мужем - гениальный актер Михаил Чехов. Оказавшись в эмиграции после 1917 года, она не затерялась в массе беженцев из России.

Все прекрасно в усадьбе Горисветово! Отреставрированный дом, ухоженный парк, оранжерея с диковинными растениями, теннисные корты, конные прогулки. И апофеозом самобытности – Свечная башня, созданная по проекту гениального Августа Берга. Рай на земле!

Стараниями новых владельцев исполнилась мечта прежней хозяйки Агнии Горисветовой, больше века назад основавшей в усадьбе приют для одаренных сироток.

Драматическое повествование о восемнадцати годах тюрем, лагерей и ссылок потрясает своей беспощадной правдивостью, вызывает глубочайшее уважение к силе человеческого духа, который не сломили эти страшные испытания. Роман-автобиография журналистки Евгении Гинзбург (1904–1977) «Крутой маршрут» – документ эпохи, честно и беспощадно рассказывающий о сталинских репрессиях, и о том, что помогало выжить в мире унижений, пыток, холода, голода и смерти.

Джон Диксон Карр – американский классик детективного жанра, 'вечный соперник' великой Агаты Кристи. Напряженная интрига, парадоксальное развитие событий, неожиданная развязка 'невозможного' преступления – характерные особенности произведений Дж.Д. Карра.

«…Я думаю, что он захватил с собой какое-то оружие, бесшумное оружие, на случай, если среди каминных приборов не окажется кочерги.

Батья Гур - Убийство в Кибуце. В кибуце — общине, где все друг друга знают и считают себя одной семьей, — убита женщина, и убийцей может быть только член этой семьи. Инспектору Михаэлю Охайону, постоянному герою автора, приходится погрузиться в сложный, далеко не идиллический и даже жестокий мир замкнутой общины, чтобы разгадать имя преступника.