Мистер Генофонд

– Договоримся сразу. Между нами не будет никаких отношений. Только секс. Я не собираюсь требовать от тебя верности после того, как все закончится. У меня не будет никаких претензий.

Она облизала свои пухлые губы и как обреченная сделала шаг ко мне.

– Я помню свою миссию. Для тебя я всего лишь донор спермы.

– Можно и так выразиться. – Узкие ладони дотянулись до ширинки на моих брюках и решительно расстегнули молнию.

– Теперь ты свободна. Наша сделка закончилась. – Он говорит тихо, а у меня в ушах словно барабаны гремят.

– Спасибо, что помог мне, – слова благодарности приходится вырывать из груди. Вместо них хочется кричать о любви и умолять забыть о сделке.

– Будь счастлива теперь. – Он смотрит, не сводя глаз. Внимательно, будто опасается услышать ненужные нам сейчас фразы.

– Теперь ты свободна. Наша сделка закончилась. – Он говорит тихо, а у меня в ушах словно барабаны гремят.

– Спасибо, что помог мне, – слова благодарности приходится вырывать из груди. Вместо них хочется кричать о любви и умолять забыть о сделке.

– Будь счастлива теперь. – Он смотрит, не сводя глаз. Внимательно, будто опасается услышать ненужные нам сейчас фразы.

Это был не брак. Контракт на год. По нему я спасал из беды соседскую девчонку и наследство, обрушившееся ей на голову.

Я не собирался удерживать ее потом. Не планировал превращать фиктивный брак в настоящий.

Но как устоять, когда любят так беззаветно?

Как не поддаться искушению, когда рядом настоящее сокровище? Юное, нежное, словно созданное только для меня.

Это был не брак. Контракт на год. По нему я спасал из беды соседскую девчонку и наследство, обрушившееся ей на голову.

Я не собирался удерживать ее потом. Не планировал превращать фиктивный брак в настоящий.

Но как устоять, когда любят так беззаветно?

Как не поддаться искушению, когда рядом настоящее сокровище? Юное, нежное, словно созданное только для меня.

Марья Коваленко - Мистер Генофонд. – Договоримся сразу. Между нами не будет никаких отношений. Только секс. Я не собираюсь требовать от тебя верности после того, как все закончится. У меня не будет никаких претензий.

Она облизала свои пухлые губы и как обреченная сделала шаг ко мне.

– Я помню свою миссию. Для тебя я всего лишь донор спермы.

– Можно и так выразиться. – Узкие ладони дотянулись до ширинки на моих брюках и решительно расстегнули молнию. – В аэропорт я тебя тоже провожать не стану.

Марья Коваленко - Жена на один год. Это был не брак. Контракт на год. По нему я спасал из беды соседскую девчонку и наследство, обрушившееся ей на голову.

Я не собирался удерживать ее потом. Не планировал превращать фиктивный брак в настоящий.

Но как устоять, когда любят так беззаветно?

Как не поддаться искушению, когда рядом настоящее сокровище? Юное, нежное, словно созданное только для меня.

Марья Коваленко - Семья (не) на один год. – Теперь ты свободна. Наша сделка закончилась. – Он говорит тихо, а у меня в ушах словно барабаны гремят.

– Спасибо, что помог мне, – слова благодарности приходится вырывать из груди. Вместо них хочется кричать о любви и умолять забыть о сделке.

– Будь счастлива теперь. – Он смотрит, не сводя глаз.

Их номера в небольшом парижском отеле случайно оказались рядом. И тогда — волнующим мужским голосом через тонкую стену — он вошел в ее жизнь.

Но зачем ему такая, как она? Зачем ему женщина, на лице которой время уже успело оставить свои следы? Ему — молодому, умному, талантливому, успешному, мужественному, окруженному женской любовью?

Роман «Чандрагупта», принадлежит перу одного из крупнейших писателей Индии, родоначальника художественной прозы на маратхи — Хари Нараяна Апте.

Чандрагупта — основатель династии Маурьев, в IV веке отвоевал у греков исконно индийские земли и сумел объединить страну после ухода войска Александра Македонского.

В сборник вошли рассказы священника Ярослава Алексеевича Шипова (род. 16 января 1947 года, в Москве) - современного российского писателя, журналиста и общественного деятеля, выпускника Литинститута им. Горького, члена Союза писателей РФ.

Книга "Райские хутора" и другие рассказы" продолжила серию, начатую книгой архимандрита Тихона Шевкунова "Несвятые святые и другие рассказы".

Вы никогда не задумывались о том, насколько ваши представления о мире соответствуют действительности? Иллюзии, сталкиваясь с реальностью, рушатся, ломая человеческие судьбы. Женщины-фиалки, хрупкие, дурманящие, нежные, существующие в плену собственных фантазий - способны ли они вынести правду жизни, какой бы она ни была?

Выжить, не сойти с ума, сохранить доброе сердце, не ожесточиться.

Единственное существо в этом мире, кому был предан Макс, — своему хозяину, то есть, мне. В семье он никого не признавал, кроме главы семейства. Он мог всех игнорировать, но не своего хозяина. Он очень чувствовал настроение и мысли своего хозяина. И вот, как-то хозяин вслух произнёс: «Что за проклятые птицы эти майны! Они такие же шумные, как и цыганский табор!».

Многоплановое произведение о Москве и москвичах. Прошлые века в романе органически вплетены в события из жизни героев, наших современников, что помогает им ощутить всю глубину своих московских корней, то есть малой своей родины. Роман пронизан высоким патриотическим чувством, бережной, трогательной любовью к родной Москве, к историческому прошлому великого города, его традициям.

Рассказ о молодом человеке, который в лихие годы смены режима решил дёрнуть зарубеж и поискать счастья в «цивилизованной стране». После невероятных скитаний и удивительных приключений главный герой понимает, где на самом деле его место.

Можно ли обыграть казино в рулетку? Вероятно, да. А несколько дней подряд? Вот это уже вряд ли. Разве что, у вас будет… «система». И пусть Малыш не верит Смоку, но эта «система» работает и приносит прибыль. Да такую, что Малышу не хочется просыпаться…

В книгу Юлии Беломлинской вошли статьи, написанные для различных журналов, ранее не публиковавшиеся рецензии, а также повесть-исследование «Мой Есенин» — очередная версия загадочной гибели поэта.

Беломлинская ведет свой «открытый урок литературы», играя в учительницу советских времен — Строгую-Но-Справедливую. В стопке сочинений, «взятых на проверку» Беломлинской: Федор Достоевский, Дмитрий Быков, Эдуард Лимонов, Рей Брэдбери, Людмила Улицкая и Наталья Медведева, Полина Дашкова и Параша Жемчугова…

В селе жила образцовая счастливая семья: отец, работавший колхозным чабаном в кубанской станице, мать и десятилетний сын. Сын помогает отцу в его непростом деле и очень любит своих родителей.

Но в один прекрасный момент главу семьи подставляют, и он теряет всё: стадо, работу и уважение, попадая под суд. Все попытки доказать свою правоту оканчиваются неудачей, а пострадавшему предлагают вместо восстановления доброго имени деньги, от которых тот отказывается…

Если на войне бравого солдата не сразит вражеская пуля, в мирной жизни его сразит женщина — благо, если любовью, ужасно, если из мести. Остерегайтесь женской мести — самой вероломной, от которой пострадало немало мужчин в истории человечества. .

Два молодых провинциала, Егор Козлов и Нюра Морозова, волею судьбы оказываются в Москве в самой середине 90-х гг.

Лейлин, живший в эпохе передовых технологий, переродился в средневековом мире, наполненным магией. Обладая острым умом и AI чипом, он намеревается стать самым могущественным магом, которого когда-либо знал мир.

В немецком плену немцы решают убить трех пленных из 30 (каждого 10-го) в наказание за какую-то провинность и предлагают им самим определить кого. Жребий выпадает богатому пленному и он предлагает желающему выкупить его за все его состояние, дом. Один неожиданно соглашется, сказав, что готов умереть богатым, обеспечив своих родных. Выйдя из плена, оставшийся в живых, теперь уже нищий, приходит в свой бывший дом и устраивается работником.

В книге «Самовоспоминание» Роберт Эрл Бертон поясняет и развивает наиболее важное положение Четвертого пути – одной из величайших эзотерических традиций XX века, основанной Г. И. Гурджиевыем и П. Д. Успенским. Вслед за создателями учения автор утверждает – все идеи системы вращаются вокруг одной, самовоспоминание – это ось колеса, все остальные – спицы.