М. Карамзина

Приветствуем вас, неизвестный любитель литературы. То, что написано в книге Аудиогид автора Баричев Сергей, не может не привлечь ваше внимание. Очевидно также, что поднятые в ней проблемы не исчезнут никогда и ни при каких обстоятельствах.

Красочные пейзажи, бескрайние горизонты с яркими красками и насыщенными цветами – все это усиливает глубину восприятия и будоражит воображение.

Книга является инновацией в литературе, создан формат интерактивного общения с читателями, первоначально предложившими основную идею произведения международному авторскому коллективу.

Представить альтернативный взгляд на основополагающие области человеческого опыта, межличностные отношения, науку, культуру, воспитание, навязываемые на всех уровнях стандарты образования, ущербность современного искусства, кино, телевидения и истинную сущность интернета.

Фагоцитоз — вообще не такой, как пиноцитоз. Но что то, что то — эндоцитоз. Если только ты не гонококк.

Исторические портреты ученых и изобретателей из статей в научно-популярном журнале "Химия и жизнь".

Особенно интересна серия статей об изобретении фотографии К.В. Вендровского. Она прекрасно описывает стадии любого популярного изобретения: энтузиаст-неудачник Ньепс; малограмотный, но деловой изобретатель Дагер; копираст, подгребающий под себя всё что движется, Тальбот; и, наконец, зарождение мегакорпораций и полный их контроль над новым рынком.

Представители названных групп - все разные, но по-своему интересны. Вы узнаете о жизни всевозможных насекомых, о миллионных стаях саранчи, о перелетах бабочек и божьих коровок, об удивительном поведении пауков, которые почти не описаны в научно-популярной литературе. Рассказано о собаках и породах кошек, об уходе за ними, о тарпанах - предках лошадей, о самих лошадях и о многом другом интересном, о чем в краткой аннотации даже лишь упомянуть не хватит места.

Предисловие автора - Если бы записки эти принадлежали человеку, известному чем-то другим, несомненным… Дело другое. А так, скажите мне даже, что вот жила, допустим, монашка, сестра милосердия, умерла в одиночестве, на чужбине или, хуже того, в центре отечества. И вот от нее остались поразительные записки. Я воспряну душой, сердцем, просветлею, порадуюсь, даже как-то успокоюсь за нас, за людей, но читать, упаси бог, не стану.

Этот курс предназначен для всех тех, кто когда-то в школе проходил анатомию человеческого тела и с удовольствием погружался в тайны устройства нервной системы – самой сложной и хитро устроенной с мозгом во главе, но кто потом безвозвратно ушел от биологии. Этот курс для вас, любопытные «гуманитарии» и «технари», не имеющие в бэкграунде биологического или медицинского образования, для вас, если внутри остался огонек интереса к тому, как мы устроены, как думаем, как чувствуем и как воспринимаем этот мир.

Многим взрослым снятся кошмары — экзамены, плохие отметки, не сданные школьные работы. Это говорит о том, что школа умудряется нанести неизлечимую травму человеческой психике. Какова доля субъективного отношения учителя при оценивании ученика? В зависимости от предмета, конечно. А ещё в зависимости от настроения учителя. Сотни причин! И мы учим детей их понимать и под них подстраиваться.

Книга известного американского астрофизика Джозефа Силка рассказывает о развитии и современном состоянии космологии. Проблемы происхождения и строения окружающего мира интересовали человека с давних времен. Но только в наши дни ученые, вооруженные результатами иовейших астрономических открытий, смогли построить научно обоснованную, хотя и не окончательную теорию эволюции Вселенной.

Может ли человек заглянуть в будущее? Ответ на этот вопрос будет, пожалуй, утвердительным, если иметь в виду дневник московского школьника Лёвы Федотова, за 17 дней до войны предсказавшего достаточно точно дату её начала и даже характер боевых действий. На примере этого документа и его анализа читатель может ознакомиться с эпохой и рядом документов, далеко не всем известных, данных в контексте грозных военных лет.

Кы Сы Мазур в эпоху Мы Сы Горбачева. Дикий животный и человеческий мир Западной Африки. Блекнут красные идеалы, зато багровеют лица героев, но не от стыда, а от ненависти. Кирилл Мазур, полковник на службе очередного местечкового Отца Нации, по-прежнему на боевом дежурстве — не могущества ради советской империи, а из принципов офицерской чести и достоинства.

Водоворот событий захлестывает Григория Быстрова и выносит его из тихой провинциальной гавани на оперативный простор – в северную столицу. Петроград двадцатых годов. Жизнь бурлит в эпоху НЭПа: энтузиазм народных масс, показная нэпманская роскошь, комсомольцы, чекисты, трактиры, налетчики, извозчики, бывшие офицеры, контрреволюционные заговоры.

Новелла «Гувернантка» Стефана Цвейга – еще одно произведение, в котором как в «Жгучей тайне», главными действующими лицами становятся дети. На этот раз фоном переживаний и переломным моментом в жизни двух сестер-подростков стала драматичная судьба гувернантки, работавшей в доме родителей детей. Ситуацию, разворачивающуюся с девушкой в доме работодателей, писатель обрисовывает детскими глазами.

Павел Корнев - Падший. В этом мире в чести пар и электричество, наука подменила собой религию, а магия – удел немногочисленных изгоев. Но граница между реальностью и преисподней там чрезвычайно тонка, и адептам научного знания с величайшим трудом удается сдерживать натиск инфернальных тварей. Электричество сильнее магии, но не всесильно и оно.