Венедская держава

Мальчишка-сирота видит яркие сны о другой, более счастливой и сытной жизни. Жизни, где он большой и сильный, а вокруг дива-дивные! Арапы чернющие, девки в срамных одёжках, чужеземные диковинные города и самобеглые повозки. Но наступает пора просыпаться… и снова перед глазами привычная реальность. Село в Костромской губернии конца 19-го века, обыденная крестьянская жизнь.

Я не хотел перемен! Никаких! Но когда Судьба закинула меня в прошлое, я сцепил зубы и начал строить свою жизнь заново. Через «не хочу», «не могу» и депрессию, унаследованную от нового болезненного тела. Снова – сам. Без помощи семьи, и часто – вопреки всему!

Я знаком с Цветаевой и Волошиным, тренируюсь у Гиляровского и тренирую братьев Старостиных, пока не легендарных.

Мальчишка-сирота видит яркие сны о другой, более счастливой и сытной жизни. Жизни, где он большой и сильный, а вокруг дива-дивные! Арапы чернющие, девки в срамных одёжках, чужеземные диковинные города и самобеглые повозки. Но наступает пора просыпаться… и снова перед глазами привычная реальность. Село в Костромской губернии конца 19-го века, обыденная крестьянская жизнь.

Василий Панфилов - Без Веры… Я не хотел перемен! Никаких! Моя жизнь меня более чем устраивала. Своё положение я выгрыз у Судьбы, и притом честно! Никаких пап, мам и прочих родственников в росте моего благосостояния участия не принимало. За десять лет я поднялся от строителя-нелегала в Испании, до владельца собственного строительного бизнеса, обладателя инвестиционного портфеля с азиатскими ценными бумагами на несколько миллионов, и гражданина Евросоюза.

Я не хотел перемен! Никаких! Моя жизнь меня более чем устраивала. Своё положение я выгрыз у Судьбы, и притом честно! Никаких пап, мам и прочих родственников в росте моего благосостояния участия не принимало. За десять лет я поднялся от строителя-нелегала в Испании, до владельца собственного строительного бизнеса, обладателя инвестиционного портфеля с азиатскими ценными бумагами на несколько миллионов, и гражданина Евросоюза.

Веймарская республика, три человека разного возраста и жизненного опыта, случайно оказавшиеся вместе. Наши современники в Германии 1927 года.

Российский бизнесмен, бывший чиновник немаленького ранга, мечтает встать наравне с Ротшильдами, Морганами и Рокфеллерами. Любой ценой!

Русский бандит с канонической биографией «спортсмен-армия-зона» сам толком не знает, чего хочет, но рассказы о героическом дедушке-коминтерновце не дают покоя.

Василий Панфилов - Танец на лезвии клинка. В наше время он занимался экстремальными видами спорта, фехтованием и рукопашным боем – и все эти навыки очень пригодились, когда его забросило на два с половиной века назад, в эпоху императрицы Елизаветы Петровны. Выдав себя за иностранца-аристократа, наш современник поступает в уланский полк, заслужив славу одного из самых грозных бойцов русской армии.

Василий Панфилов - Трущобы империй. Викторианская Англия, попаданец, трущобы. Будущий переводчик, закончивший второй курс. Телосложение, близкое к швабре, рост под 180 см. Из бонусов – играл в баскетбол в школьной команде, почти год занятий боксом в институте – так "усердно", что даже третьего разряда не заработал. Ах да… ещё три года в хоре в детском возрасте и участие в школьной и студенческой самодеятельности на вторых ролях… Задача проста – выжить.

Орки не боятся боли. И не боятся смерти. Но никогда не прощают боль и смерть своих близких.

Он всего лишь молодой охотник, желающий отомстить и сумевший забраться в самое логово врага. Орк, которому наплевать на то, что придётся в одиночку противостоять про́клятому народцу и его новым Злым Богам.

Рин Серидзава - Вакансия для монстра.

Две девушки из разных уголков планеты, случайное интернет-знакомство и рукопись - приключения эксцентричной "наследницы" демона, описанные одной из них. Но где заканчивается реальность и начинается вымысел? И что принесет столь загадочное знакомство обеим девушкам? Приоткройте дверь в таинственный мир: может и у вас найдется свой собственный демон?

Дмитрий Янтарный - Изгнанник. Арка 3. Книга 2. Невозможно прожить жизнь, не пожертвовать для этого ничем. Всегда придётся делать непростые выборы, всегда придётся становиться на чью-то сторону. Вот только я уже сделал свой выбор, вызвав из небытия утерянную реликвию расы вимрано… Кинжал порядка. И мой вынужденный уход в столицу Корроско только играет мне на руку.

Майора Архипова поставили перед сложным выбором. Всей группе оставаться на Земле изгоями, или же ему одному вернуться в Иной мир и решить поставленную задачу, чтобы очистить своё честное имя и дать шанс остальным ребятам на нормальную жизнь.

Дмитрий Янтарный - Интуит. Арка 1. Интуит. Арка 1 – фантастический роман Дмитрия Янтарного, первая книга цикла «Дэмиен», жанр боевое фэнтези, юмористическое фэнтези, попаданцы.

Казалось бы: жил себе человек, жил, не тужил, никому не мешал, никого не обижал. Ну, разве что мозг у этого человека был немного странный: обо всём, о чём захотел – тут же, взял и узнал.

Кланы.

Что это за загадочные, непонятные организации? Чем же они занимаются на самом деле и почему не дают людям доступ к знаниям?

Сможет ли Безликий получить ответы на все эти вопросы? А что если его втянет в эту игру так сильно, что он забудет для чего здесь? Но будет ли возможность отказаться, найдутся силы, чтобы противостоять?

Северные кочевники отброшены, но на смену им приходят ваирские пираты. Эскадры лихих налётчиков подходят к имперским берегам и высаживают отряды грабителей. Но здесь врага уже ожидает граф Уркварт Ройхо. Он отбивает первый натиск и понимает: чтобы окончательно избавиться от морской угрозы и победить потомственных пиратов, необходимо разорить их логово и лишить противника базы.

Стас, оказавшийся в другом мире, пытается совместить невозможное. Он травник и умеет находить общий язык с природой и людьми. Кому-то поможет, с другими сцепится не на жизнь, а насмерть. Не чурается женского общества и ценит дружбу. Уверенно, невзирая ни на что, идет к поставленной цели. И ни сном, ни духом не подозревает, что вокруг него плетутся интриги.

Джекоб прекрасно освоился в сказочном мире, полностью оправдав свою фамилию: стал охотником за сокровищами — хрустальным башмачком Золушки, скатертью-самобранкой, волшебными часами. И хотя работенка это опасная, только такую жизнь Джекоб считает настоящей. Но однажды секрет зеркала в отцовском кабинете узнал Уилл, младший брат Джекоба, и конечно же, отправился за ним.

Ну вот, более или менее моя жизнь стала приходить в норму. По крайней мере, из этого долбанного Турнира удалось слинять.

Правда, теперь приходится прыгать по мирам, выдавать по щам Агентам и всем остальным, кто под горячую руку попадает.

Тот самый ИскИн, что я должен был отыскать, оказалась той ещё штучкой. Мало того: мы даже в сговор вступили.

В 1895-м её звали Джульетта. В 16 лет она стала музой и возлюбленной женатого художника – и это принесло ей только боль. В 1932-м её звали Нора. Она сбежала в Голливуд от любовника, награждавшего её побоями, навстречу блеску и славе кинозвезды. В 1970-м её звали Сандра. Она играла в музыкальной группе, влюбилась в чужого мужа – и обнаружила, что умеет исцелять наложением рук.

В детстве Маргарет Роуз Мур, девчушку, рожденную в семье ирландских эмигрантов в Бруклине, прозвали Милочкой Мэгги за ее непоседливый и веселый нрав. Но жизнь не пощадила Мэгги – в шестнадцать в двери постучалась беда, и ей пришлось бросить школу и целиком посвятить себя дому, отцу и новорожденному брату. Когда же наконец Мэгги встретила Клода, любовь всей своей жизни, он оказался совсем не из тех, с кем просто стать счастливой.

В нашем обществе принято считать, что моногамия – не просто самый правильный, но чуть ли не единственно возможный путь выстраивания интимных отношений. Такое представление внушается нам с детства, однако Маша Халеви, автор книги «Полиамория. Свобода выбирать», ставит его под сомнение. Мы привыкли думать, что моногамия естественна для человека, но так ли это? В современном мире становится все более очевидно, что существует множество других вариантов, а значит, есть и возможность осознанного выбора.

Веселая и честная, сострадательная и остроумная история длиной в одну невозможную неделю, случившуюся в жизни Хэнка Деверо. С неохотой и против собственной природы Уильям Генри Деверо Младший, предпочитающий, чтобы его звали запросто Хэнк, руководит английской кафедрой в захудалом колледже где-то в ржавом поясе Пенсильвании. Сам Хэнк по натуре наблюдатель и анархист, но кафедра стремительно разваливается даже без его усилий.