Трущобы империй - Василий Панфилов

Мальчишка-сирота видит яркие сны о другой, более счастливой и сытной жизни. Жизни, где он большой и сильный, а вокруг дива-дивные! Арапы чернющие, девки в срамных одёжках, чужеземные диковинные города и самобеглые повозки. Но наступает пора просыпаться… и снова перед глазами привычная реальность. Село в Костромской губернии конца 19-го века, обыденная крестьянская жизнь.

Я не хотел перемен! Никаких! Но когда Судьба закинула меня в прошлое, я сцепил зубы и начал строить свою жизнь заново. Через «не хочу», «не могу» и депрессию, унаследованную от нового болезненного тела. Снова – сам. Без помощи семьи, и часто – вопреки всему!

Я знаком с Цветаевой и Волошиным, тренируюсь у Гиляровского и тренирую братьев Старостиных, пока не легендарных.

Мальчишка-сирота видит яркие сны о другой, более счастливой и сытной жизни. Жизни, где он большой и сильный, а вокруг дива-дивные! Арапы чернющие, девки в срамных одёжках, чужеземные диковинные города и самобеглые повозки. Но наступает пора просыпаться… и снова перед глазами привычная реальность. Село в Костромской губернии конца 19-го века, обыденная крестьянская жизнь.

Василий Панфилов - Без Веры… Я не хотел перемен! Никаких! Моя жизнь меня более чем устраивала. Своё положение я выгрыз у Судьбы, и притом честно! Никаких пап, мам и прочих родственников в росте моего благосостояния участия не принимало. За десять лет я поднялся от строителя-нелегала в Испании, до владельца собственного строительного бизнеса, обладателя инвестиционного портфеля с азиатскими ценными бумагами на несколько миллионов, и гражданина Евросоюза.

Я не хотел перемен! Никаких! Моя жизнь меня более чем устраивала. Своё положение я выгрыз у Судьбы, и притом честно! Никаких пап, мам и прочих родственников в росте моего благосостояния участия не принимало. За десять лет я поднялся от строителя-нелегала в Испании, до владельца собственного строительного бизнеса, обладателя инвестиционного портфеля с азиатскими ценными бумагами на несколько миллионов, и гражданина Евросоюза.

Веймарская республика, три человека разного возраста и жизненного опыта, случайно оказавшиеся вместе. Наши современники в Германии 1927 года.

Российский бизнесмен, бывший чиновник немаленького ранга, мечтает встать наравне с Ротшильдами, Морганами и Рокфеллерами. Любой ценой!

Русский бандит с канонической биографией «спортсмен-армия-зона» сам толком не знает, чего хочет, но рассказы о героическом дедушке-коминтерновце не дают покоя.

Василий Панфилов - Танец на лезвии клинка. В наше время он занимался экстремальными видами спорта, фехтованием и рукопашным боем – и все эти навыки очень пригодились, когда его забросило на два с половиной века назад, в эпоху императрицы Елизаветы Петровны. Выдав себя за иностранца-аристократа, наш современник поступает в уланский полк, заслужив славу одного из самых грозных бойцов русской армии.

Василий Панфилов - Трущобы империй. Викторианская Англия, попаданец, трущобы. Будущий переводчик, закончивший второй курс. Телосложение, близкое к швабре, рост под 180 см. Из бонусов – играл в баскетбол в школьной команде, почти год занятий боксом в институте – так "усердно", что даже третьего разряда не заработал. Ах да… ещё три года в хоре в детском возрасте и участие в школьной и студенческой самодеятельности на вторых ролях… Задача проста – выжить.

«Юзер» - вторая книга о парне Нике, программиста который попал в другую реальность где действуют законы магии. Ему понадобятся особые создания с которыми предстоит сотрудничество - элементали стихий. Ник занят оптимизацией магии в информационном поле, и благодаря этому поднимается по иерархической лестнице выше других магов. Ник обретает новые связи с влиятельными магами, однако его рост грозит ему жизни - ведь теперь предстоят битвы на смерть.

Везение – мой конек! Кто же знал, что среди спасенных мною псиоников окажется ренегат ордена Истаров и по совместительству кронпринц Даркросской империи, приговоренный к смерти своим родным отцом. И теперь за мной охотятся не только два сильнейших в этой части галактики государства, но и представители ордена Истаров, желающие вернуть и покарать предателя, а заодно и меня, человека, что посмел воспользоваться их именем и властью.

Стоящий на грани катастрофы мир можно спасти только в самый последний момент – это один из законов мироздания. Служители Ордена Святого Роланда не имеют права стрелять друг в друга – это четвертое правило стрелка. Никто из служителей Ордена Святого Роланда не должен возвращаться в потерянную обитель – это нулевое правило стрелка. Все неприятности, которые могут произойти, обязательно произойдут – это закон Мэрфи.

Альянс «Бурых» внезапно обратил внимание на север и вместо наступления приходится обороняться. Один кантон потерян, хотя война только-только начинается. Но мысли сейчас заняты другим. Рёмер делится секретом конвертера и раскрывает всю подноготную игры. Взамен требуя лишь одного – встать во главе скаутов.

В Лукошкино назревает переворот, спасти царя Гороха от гибели может только бывший лейтенант милиции. Парень случайно оказался в Тридевятом царстве, но сумел поступить на службу и прекрасно справился с шамаханским заговором, готовят богатырю невесту. Новая угроза объявляется внезапно – пропадают черные вещи, а купцы ходят понурые.

Страшный демон жаждет вырваться на свободу, помешать решается Никита и его соратники: Баба-Яга, воевода и сам правитель, а разрыв-трава легко справится с демоном…

Виктор Глухов в теле молодого вангорского аристократа Ирридара Тох Рангора попадает в плен и оказывается на космическом корабле ССО (Сил специальных операций). Ситуация усложняется тем, что симбионты Шиза и малыши перед захватом вышли в астрал и герой остается без своей магической силы. Один, в окружении врагов, без магии, бывший майор должен совершить невозможное.

Ему оставалось жить несколько месяцев. Но счастливый случай позволил обрести новую, насыщенную жизнь. Да, в Средневековье, но какое это имеет значение. Тем более если все складывается так, что скучать не приходится. Он испытал на себе, каково это – пройтись по пути «из варяг в греки». Увидел блеск и нищету Царьграда. Прошел через грязь, кровь и смрад сражений.

В нашем земном мире Вася был успешен только в продажах компьютерной техники. Спокойная жизнь, плохое зрение и абсолютная неприспособленность к спорту, было обычным делом для Василия. Но, всё изменилось, когда он попал в мир Машрум. Пройдя через огонь и воду, через ряд смертельных испытаний, Вася стал уважаемым господином, сильным человеком, богачом и, одним из сильнейших шаманов в этом мире.

Берегись гнева богов, даже если на самом деле их нет: сила их – в вере людской. И чем дальше, тем очевидней становится эта истина для атеиста Михаила Ратникова. Что делать в таком случае? А принять как есть и не забывать об этом, просчитывая мотивации людей, чтобы предугадывать их поступки и использовать их на пользу роду Лисовинов. И оставить богам божье, а людям – людское.

Хвала профу, тот составил рунное заклятие, с помощью которого Влад сможет освободить всех своих элементалей из цепи стихий. Ог, Воз, Вод и Зема настолько вдохновились этой призрачной возможностью, что Владу пришлось срочно отправляться в Белгор, к лучшим в мире Арланда кузнецам-гномам... Ну и заодно помочь братьям охотникам в беспрецедентной акции — пленении живьем ванфа, причастного к недавнему рейду погани на город…

Зафира – Охотник. Она скрывает лицо под маской и раз за разом отправляется на охоту в проклятый лес Арз, пожирающий людей, чтобы её народ мог выжить. Насир – Принц Смерти. Он убивает тех, кто достаточно глуп, чтобы бросить вызов его жестокому отцу-султану. Они – легенды Аравии, но ни один из них не желал этой славы. Пока Арз медленно поглощает королевство, Зафира отправляется на поиски артефакта, который поможет остановить заколдованный лес и спасти Аравию.

В истории английской литературы Герберт Бейтс остался как мастер "малого жанра", рассказа. Более того, в критике существует выражение "типично бейтсовский рассказ" - для писателя характерна своя тема, свой круг героев, а главное, лишь ему присущая повествовательная интонация.

Царю доставили найденное мальчишками зерно размером с яйцо. Стал царь расспрашивать старожилов, были ли в прежние времена такие зерна.

Вниманию слушателя предлагается не совсем обычная книга. Ее аналогом могут быть разве только "Арабески" Гоголя, где художественная проза свободно сочетается с научными исследованиями и эссе. Гоголь тем самым утверждал, что писатель един в своих двух ипостасях (как художник и как мыслитель). Вынеся в заглавие книги название жанра, Гоголь вполне как романтик играл с читателем.