Вдребезги

Еще утром я готовился к рискованной сделке и понятия не имел, что вот-вот стану «счастливым» мужем. Одна досадная ошибка – и я мало того, что женат, так ещё и вынужден играть роль примерного семьянина. Родня в восторге, бизнес под угрозой, жена непрозрачно намекает на развод, а я… я вдруг понимаю, что многое бы отдал, чтобы все у нас было по-настоящему.

– Хорошо… – выдохнула Дарина.

– Хорошо, – согласился Мурадов. – Только твои последние слова лишние. Не переигрывай, я их не жду.

– А если я не играю?

– Да ну?

– Я серьезно! – Дарина села на постели, придерживая одеяло. – А если это любовь?

– Любовь за деньги не продается. А я тебя, Дашка, купил.

– Я не понимаю… Можно русским языком? Что конкретно случилось?

– Я же говорю! Во время проведения процедуры экстракорпорального оплодотворения произошел сбой.

Морщусь. Я не люблю возвращаться к этой истории. Все еще не люблю, хотя с момента гибели жены и нашего не родившегося ребенка прошло уже почти три года.

– Моя супруга благополучно забеременела, – холодно напоминаю я.

Их всегда было трое. Сергей Полярников, Ярик Линдт, а между ними – Лиза. Пока Серый с Яром пропадали в горячих точках, Лиза делала карьеру журналистки и ждала… Сергея, за которого вышла замуж, и Яра, оставшегося в ее жизни на правах лучшего друга. Все изменилось в один момент. Когда Сергей погиб, и одна за другой на свет стали всплывать его тайны…

Она была женой его сына. Но тогда, в самом начале, Глеб Громов об этом не знал. Сначала было… Нет! Даже не слово. Голос…

Глубокий, завораживающий, тягучий, словно мед, который они в далеком, подернутом дымкой времени детстве добывали из гнезд диких пчел, сдирая в кровь коленки и рискуя свалиться с дерева. Он как будто в пропасть упал, как только ее услышал.

Всю свою жизнь Виолетта Сандалова жила по принципу «Вижу цель – не вижу препятствий». Вот почему когда ей поставили диагноз «бесплодие», она не стала впадать в уныние, а решила побороться с судьбой. И пусть ради этого ей пришлось обратиться к своему заклятому врагу, Кеше Когану. В конце концов, он доктор и просто обязан ей помочь! Вот только как быть с тем, что Коган воспринял её просьбу поспособствовать в вопросе продолжения рода буквально? Может, согласиться? Или бежать от этого бабника, влюблённого в неё, кажется, ещё с детского сада?

Мэйсон Хилл привык быть первым. Но он никогда не думал, что станет первым у Кэти – дочери человека, которому обязан всем. Эта девочка превратилась в женщину у него на глазах и неожиданно забрала его сердце. Запретные чувства вспыхнули и подчинили себе, но на пути любви встали ошибки прошлого. Сумеет ли он исправить их и обрести ту, которая для него стала дороже всех побед?

– Нет… Нет. Какого черта ты делаешь?

– На что это похоже?

Мое сердце колотится так сильно, что заглушает звук воды, текущей из крана. Пар оседает в легких, наполняет их тяжестью.

– Олег, ты спятил? – мой голос дрожит.

– Нет. Но, кажется, до этого недалеко. Два года без…

Он не договаривает, бьет кулаком в стену. И судорожно всхлипывает, уткнувшись лбом мне в плечо.

Главный герой рассказа- паромщик Филипп Тюрин, убежденный коммунист и заслуженный коллективист. Однажды влюбился он в девушку по имени Марья. Завязались у них отношения, однако та на брак без венчания в церкви никак не соглашалась. А Тюрин подобные вещи презирал и считал темными, и вовсе ненужными, поэтому их пути разошлись. И вот однажды ,,,,,.

Этот роман — почти праздник для мизантропов и человеконенавистников, ищущих наиболее острые и беспринципные формы для выражения своей ненависти к миру, своей пресыщенности им. Полным праздником ему мешает быть все же слишком очевидная связь с изящной словесностью и, следовательно, пребывание в определенных рамках. В остальном лучшего и пожелать нельзя.

Жители молдавского села Ларга очень хотят уехать в Италию. Серафим Ботезату, к примеру, за 20 лет строжайшей экономии буквально на всем выучил итальянский язык и может вполне сносно на нем изъясняться — было бы с кем! Супруга отца Паисия, матушка Елизавета, напротив, уехала в эту Италию еще в 1999 году. Сначала горничной устроилась, а потом вышла замуж за какого-то местного жулика, Адриано.

Ежик и человек. История одного лета.

Молодая американская художница Сюзанна приезжает в Японию. И совсем неожиданно находит там свою любовь. Её возлюбленному нравится западный образ жизни, он интересуется западной культурой и обещает быть замечательным мужем, скроенным по западному образцу.Но в реальной жизни всё оказывается намного сложнее. Родители мужа не приняли брака своего сына с иностранкой.

В 1921 году в курзале заграничного курорта появился русский, вызвавший неподдельный интерес и сочувствие представителей других национальностей.

Профессия «литературный негр» на современном невольничьем рынке востребована как никакая другая в связи с модой на детективы, исповеди звезд, политиков и прочих «брендоносцев». То есть тех, кто сам или не успевает, или вообще не умеет писать. Но при этом о «литературных неграх» мы знаем значительно меньше, чем о других «нелегалах». Как попадают в это «рабство»? Почему человек соглашается работать на чужое имя, на чужой успех? Ответы на эти и многие другие вопросы вы найдете в «Литературной рабыне» — пожалуй, первом «романе без вранья» на эту, по многим причинам, запретную тему.

Если вы поклонник творчества Кристофера Мура, Михаила Успенского или Салтыкова-Щедрина, то эта книга для вас. «Дяди. Тети. И другие» — это смесь современных реалий и волшебства, щедро приправленная сатирой. Роман рассказывает о простых «дядях» и «тетях», забавных, нелепых и очень живых, в несколько необычных ситуациях. Каждый из них оказывается перед фаустовским выбором между добром и злом, от которого зависит их личное счастье.

О «Бедном рыцаре» Елены Гуро.

Прозрачность и просветление в «Бедном рыцаре» становятся признаком присутствия духа. Рыцарь-Дух входит в растения, животных и предметы: «И всегда было слезное просветление вещи». И, с другой стороны, признание жизни везде и во всем ведет к свету: «Кто все считает живым и все живое любит, никогда не останется в темноте».

1533 год. У Генриха VIII и его новой супруги Анны Болейн на свет появляется дочь — Елизавета. Через некоторое время Генрих казнит жену по обвинению в супружеской измене, и Елизавета остается без матери. Еще через год у Генриха от новой жены, наконец появляется сын — Эдуард. Став королем после смерти отца, Эдуард возвращает сестру ко двору, но вскоре после этого умирает, что является для Елизаветы очередным большим потрясением.

Любовь - любопытная химическая реакция. Если в реторту со светлым чувством попадает какой-нибудь человеческий порок вроде жадности, похоти, зависти или просто глупости, то процесс сразу выходит из-под контроля и приводит к самым неожиданным, а иногда и взрывоопасным последствиям. Но возможен ли человек без пороков, а любовь без изъяна? Или каждый из нас беззаветно любит в первую очередь только себя?

«Самшитовый лес» — роман о наших современниках. Жизнелюбие, жажда творчества, неистребимая тяга к изысканию и действию — таковы основные отличительные черты главного героя романа Сапожникова, по профессии инженера.

Странствующий рыцарь-наладчик Сапожников на глазах у изумленного читателя изобретает вечный двигатель, доказывает теорему Ферма, находит Атлантиду, и все это — в поисках Нежности… Самая пронзительная книга Михаила Анчарова — художника, поэта, «отца» бардовской песни.

Спектакль Айнза в Святом королевстве во всей красе.

Фрэнсис Бретт Гарт родился 25 августа 1836 года в Олбани (штат Нью-Йорк), где отец его был преподавателем греческого языка в колледже. Своё имя получил в честь прадеда — Фрэнсиса Бретта (Francis Brett). Отец со временем сменил фамилию с Hart на Harte, а сам Фрэнсис Бретт Гарт предпочитал второе имя, которое он сократил до Брет.

Отец рано умер, будущему писателю пришлось самому зарабатывать на жизнь, и в 1854 году, вскоре после начала «золотой лихорадки», он перебрался в Калифорнию, где перепробовал множество профессий.