В круге первом

«Архипела́г ГУЛА́Г» – художественно-документальная эпопея Александра Солженицына о репрессиях в СССР в период с 1918 по 1956 год, основанная на письмах, воспоминаниях и устных рассказах 257 заключённых и личном опыте автора. Художественное исследование писателя позволяет каждому читателю почувствовать ужасы пережитого узниками ГУЛАГа, чтобы не допустить повторения событий.

Ты, дорогой читатель, не можешь себе представить, как я радуюсь, когда ты приходишь ко мне в гости. Книга Колокол Углича (Сборник) Александр Солженицын наверняка будет у тебя в домашней библиотеке, если ты любишь читать. Неповторимость и красочность иллюстраций природы, мест событий всегда восхищает своей неповторимостью и очарованием.

Летом 1956 года из пыльной горячей пустыни я возвращался наугад — просто в Россию. Ни в одной точке ее никто меня не ждал и не звал, потому что я задержался с возвратом годиков на десять. Мне просто хотелось в среднюю полосу — без жары, с лиственным рокотом леса. Мне хотелось затесаться и затеряться в самой нутряной России — если такая где-то была, жила.

Матренин двор:.

Летом 1956 г. на сто восемьдесят четвёртом километре от Москвы по железнодорожной ветке на Муром и Казань сходит пассажир. Это — рассказчик, судьба которого напоминает судьбу самого Солженицына (воевал, но с фронта «задержался с возвратом годиков на десять», то есть отсидел в лагере, о чем говорит ещё и то, что, когда рассказчик устраивался на работу, каждую букву в его документах «перещупали»)

Эго. Абрикосовое варенье. Всё равно.

Больше 30 лет разделяют рассказы, с которыми вошел в литературу А. И. Солженицын - "Один день Ивана Денисовича", "Матренин двор", "Случай на станции...", - и "Двучастные рассказы" 1990-х годов.

Эти годы ушли на огромные полотна - "Архипелаг ГУЛАГ", "Красное Колесо", - и когда писателя спрашивали, не хочет ли вернуться к рассказам, он отвечал: "Я не то что отбросил малую форму..

Приветствуем вас, неизвестный любитель литературы. То, что написано в книге Как нам обустроить Россию автора Александр Солженицын, не может не привлечь ваше внимание. Очевидно также, что поднятые в ней проблемы не исчезнут никогда и ни при каких обстоятельствах.

Красочные пейзажи, бескрайние горизонты с яркими красками и насыщенными цветами – все это усиливает глубину восприятия и будоражит воображение.

Это одна из самых исповедальных книг писателя - его рассказ о юности, войне, тюремном и лагерном опыте, о людях, с которыми сводила судьба, о выборе Пути и чувстве Родины, о внутренней свободе личности и человеческом достоинстве. Она создавалась за колючей проволокой, на нарах - тайком, с риском для жизни: найди надзиратель написанный карандашом листок - да еще с таким текстом - и не имела бы Россия ни "Одного дня Ивана Денисовича", ни "Архипелага ГУЛага", ни "Красного Колеса"…

В произведениях русского писателя Владимира Гиляровского со всей полнотой отражена его бурная, богатая событиями, встречами и приключениями жизнь: около 10 лет он скитался по России, работал бурлаком, пожарным, объездчиком диких лошадей, провинциальным актером. Гиляровский был одним из лучших репортеров столичной прессы, его «коньком» были уголовная хроника и репортажи, он писал о самых заметных и нашумевших событиях, его называли «королем репортеров».

Когда рухнула страна, нас держала на плаву любовь.

Та, что побеждает смерть.

Внешне все замечательно у Петра Манусевича в жизни. Он заведующий кафедрой в московском институте, считается авторитетом по определенной эпохе российской истории, супруга — красавица блондинка… Однажды на свой день рождения мать совершила вроде малозначимый поступок, но именно он стал причиной сердечного приступа у Петра и цепочкой последующих событий, которые перевернули всю его жизнь.

Рассказ Владимира Набокова «Гроза» является своеобразным пересказом библейской легенды о пророке Илье и ученике его Елисее. Однако перенесенное Набоковым действие в наше время «обрастает» своими деталями и подробностями, приобретая независимость (быть, может, не полную) от оригинального сказания.

Нет у меня ни имени, ни фамилии. Я вообще не человек. Я домовой, барабашка, полтергейст, квартирный демон. Называйте меня, как хотите. Понять, кто я и для чего, сам не могу. Жуть как надоело сидеть в одиночестве, и решил я поделиться, кое-какими мыслишками. Мысли вслух и на бумаге, от бабайки на диване.

Об авторе.

Уже само название этой книги выглядит как путешествие в заманчивое далеко: вот сад, подернутый рассветной дымкой, вот юные жулики, пришедшие за чужими яблоками. Это образы из детства героя одной из повестей книги Анатолия Михайлова.С возрастом придет понимание того, что за «чужие яблоки» – читай, запрещенные цензурой книги и песни, мысли и чувства – можно попасть в места не столь отдаленные.

Раннее утро. Серебряная протока спит. Спят тальники, валом подступившие к берегу, спят травы, спит рыба. Пожелтевшие листья демку — стрелолиста — отчетливо выделяются на темной, торфянистого цвета воде. Вперемежку со стрелолистом лежат красноватые узорчатые листья чилима и зеленые блюдечки кувшинки. В глубине, сквозь коричневатую толщу воды можно увидеть стелющуюся по дну траву, сочную нитчатку, гибкую и шелковистую.

Небольшой рассказ-шутка  об особенных людях из необыкновенного села…

Этот рассказ молодого автора Комкова о детских воспоминаниях «трудного» ребенка, порой не всегда радужных, о событиях давних лет с неожиданной и недетской развязкой.

Опубликовано в журнале Новый Мир, в 2017 году.

Рекомендуется прослушивать в наушниках.

Скандинавия, Х век. Йомсвикинги недавно разбиты в морском сражении, история Норвегии принимает новое направление. Эти события затрагивают даже бывшего йомсвикинга Гутхорма, живущего в самой глухой норвежской провинции.

Что могло заставить преуспевающего респектабельного дантиста Морли покончить жизнь самоубийством? У него не было ни проблем с рассудком, ни недостатка в деньгах, ни любовной трагедии. Знаменитый сыщик Эркюль Пуаро, который в течение долгого времени являлся его клиентом, не верит в версию самоубийства. Расследуя это дело, бельгиец встречается и ведет беседы со старыми пациентами доктора Морли, его партнерами и друзьями.

Новый роман Сергея Самсонова – реанимированный «истерн», написанный на пределе исторической достоверности, масштабный эпос о корнях насилия и зла в русском характере и человеческой природе, о разрушительности власти и спасении в любви, об утопической мечте и крови, которой за нее приходится платить.

Гражданская война в России стала черной страницей в истории огромной страны.

Ванька Тепляшин – больной особый, «тематический», его по настоянию городского врача перевели из сельской больницы в районную. Не понравились молодому шоферу новые соседи по койке, затосковал он, глядя на городскую уличную суету. Но последней каплей, переполнившей чашу терпения, стало хамское отношение вахтера больницы к приехавшей навестить Ваньку родной матери.

После душераздирающего прощания с республиканским куратором Леной отряд «восемьдесят шесть» под руководством Шина добирается до союза Гиаде, попадает под защиту местных вооружённых сил и получает временную передышку. Однако ребята решают вернуться на фронт и рекрутируются в армию Союза. Вскоре их, по своей воле вернувшихся в ад войны, прозывают «сумасшедшими вояками из Республики».