Утерянное искусство сумерек

Антропологи тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо — в том числе и странные увлечения. Герой рассказа, исследующий образ клоуна в мировых культурах, и сам не прочь спрятать лицо за ярким гримом и дурацкой ухмылкой.

Однажды он узнает, что в провинциальном городке Мирокаве существует странный праздник, выпадающий на самую длинную ночь в году – зимнее солнцестояние.

Однажды осенью деревья забыли скинуть свое многоцветное убранство, терзая глаз богатством и свежестью красок. Звезды налились болезненным блеском, а в воздухе разлился странный запах – предвестник перемен. И лунной ночью зашевелился посреди поля черный силуэт пугала… То было страшное время. Время, когда законы бытия повернулись к человеку темной стороной…

Если по ночам вам тоже не спится и приходится бродить по пустынным улицам, то будьте осторожны: не исключено, что и вам вручат приглашение в некий дом с полукруглыми окнами, предложат засвидетельствовать некое событие, о котором вы даже не подозревали.

И вы, конечно же, не сможете отказаться.

А даже если и устоите — многое ли это изменит?..

Есть люди, для которых реальный мир — лишь средство, чтобы добраться до нереального.

Чтобы явь сдалась перед грезой, достаточно неприметной книжицы в сером переплете. И начнется сумрачный кошмар, прекрасный в своей безграничности.

Но как удержать его, как остаться в нем навеки? Особенно если Другой стремится отобрать у тебя эту темную мечту?

К психоаналитику приходит девушка, встревоженная странным сном с участием манекенов. Но больше всего ее страшат не бездушные куклы, а пошатнувшееся чувство реальности.

Так начинается кошмар длиной в неоконченное письмо...

Ах, эти сочельники у тетушки Элизы — старый дом, ёлка, подарки, рождественские истории… Иногда у нее бывало скучно, и все же так приятно вспоминать о тех вечерах.

Воспоминания, истории… Сколько же их было и есть. Тут немудрено и запутаться. Очень сильно запутаться.

Старый почтальон Сэмюэл держит Хеллоуин в большой чести, а потому каждый год выставляет для детишек тыкву и готовит мешок со сластями. Некоторые посетители приходят из года в год. И старик даже не представляет, как тесно связан с ними…

Маленький Везин был робкой, мягкой, чувствительной натурой, редко способной постоять за себя. Линия его жизни проходила безнадёжно далеко от всего, что по своей волнительности выходило за рамки банального опоздания на поезд или заурядной потери зонтика...

Двое джентльменов снимают дом на южном побережье Англии для летнего отдыха. Дом полностью их устраивает, но трагические события, случившиеся в нем двумя годами раньше, дают о себе знать серией необъяснимых явлений.

Валентине Александровне не спалось. Диван был жестким, из-за тонкой стены доносился тихий, но от этого не менее раздражающий, звук соседского телевизора, в окно незваным гостем стучал ветер, а в комнате подванивало гнилым мясом. Тянуло со стороны шкафа, за которым, должно быть, сдохла мышь.

После двенадцати часов в плацкартном вагоне тело ломило, а за левым глазом поселилась сверлящая боль, вспыхивала красной молнией.

Эмми и Фил остановились в небольшом отеле на юго-западе Великобритании. Ночью они увидели, как люди танцуют в поле, в торфяном лабиринте. Фил хотел сразу спуститься к ним, но Эмми упросила его остаться. Она пугалась этих странных людей и не хотела отпускать друга. Однако это мало что изменило: Эмми была уверена, что «уже в ту ночь, наблюдая за танцующими в лабиринте, уже тогда он умирал»…

Не слишком старательный гробовщик Джордж Берч в Страстную пятницу оказывается запертым в деревенском склепе. Он выберется, а после сменит профессию… но какой ценой?

Голодающий художник, уже распродавший почти все свое имущество, несет в ломбард самое ценное — свою картину. Он еще не знает, что через несколько дней он будет купаться в деньгах, потому что хозяин ломбарда предложил ему сделку — удача в обмен на душу, оставленную в залог. Забрать душу необходимо не позже чем через три месяца, для этого нужно написать портрет.

1 место конкурса «История одной холодной ночи.» Группа «Стивен Кинг. Ужасы без границ.».

Я готова участвовать с сестрой в древнем ритуале среди болот. Лишь бы помочь ей…

Вам когда-нибудь приходилось бежать против движения эскалатора? Уверяю вас, это довольно непросто. Наверняка многие из вас встречали в спортзалах "бесконечную" лестницу, предназначенную чтобы тренировать выносливость, перебирая ногами одни и те же несколько ступеней. Я много раз пробовал бегать по эскалатору вспять, и даже при должной тренировке на тренажёре мне удавалось это с некоторым трудом...

В этот раз Лору разбудил не шум и не тусклые огоньки, мерцающие в просвете между занавесками. В полудреме она решила, что причиной был запах, что-то вроде плохого воздуха, возвещающего о появлении джентельменов…

Есть известный клип японской группы «Dir en Grey», там есть кадры с женщиной в кимоно, срывающей с дерева головку младенца. Ну и вообще, Япония богата на всяких монстров. Все вместе и навеяло)

! Фразы на японском произносит автор.

«За миллиард лет до конца света».

В жизни астрофизика Дмитрия Малянова и его знакомых происходят необъяснимые и пугающие события: бытовые неурядицы, недоразумения с милицией, стихийные бедствия, несчастные случаи. Какая-то загадочная могущественная сила решает противодействовать их исследованиям… Герои встают перед выбором: следовать избранному пути или отступить и двигаться «кривыми глухими окольными тропами»…

Глупо вышло: часовой выстрелил на движение – и привет. Ну а дальше – ад или рай. Вот только выяснилось, что в списках умерших меня нет. Оказалось, я попал, причём попал конкретно. В июнь 1941 года. Хорошо хоть, не прогадал с просьбой и получил почти безразмерное магическое Хранилище. Так что все брошенные склады Советской армии – мои.  .

Изящная и мудрая новелла Мериме интересна и своей психологической глубиной, и тем, что имеет свободную форму повествования. Это рассказ в рассказе, что представляет для исполнителя особую прелесть и сложность. Новеллу «Кармен» читает великолепный мастер звучащей литературы Дмитрий Николаевич Журавлев. «Кармен» в прекрасном переводе М. Лозинского, мастерски передавшего легкость, заостренность фразы Мериме, завершенность рисунка, максимальную сдержанность при внутренней напряженности действия, привлекла внимание артиста и стала одной из лучших его работ.