Путь молодого бога

Новая реальность обретает глубину и краски. Мир познает рождение, мир познает смерть. Пуповина, соединяющая Землю и Друмир, истончается, и даже Неназываемый не в силах предотвратить неизбежный катаклизм!

Разве мог Глеб пройти мимо простой русской девчонки, чудом сбежавшей из китайского рабства и с тихим отчаяньем умоляющей помочь первого встречного ею человека, говорящего на родном языке?

Невероятный феномен Срыва всколыхнул мир. Играя в любимую онлайн-игру – будь осторожен при полном погружении в виртуал! Есть немалый шанс, что твое сознание сбросит оковы ущербного тела и навсегда останется в иной реальности. Горе тому, кто завис в «Тетрисе»! Не позавидуешь и тем, кто сотни раз в день вынужден гореть в броне танковых симуляторов… Но можно ли назвать счастливчиком того, кто сознательно воспользовался феноменом Срыва и добровольно погрузился в бескрайний мир меча и магии?

Оцифрованные люди в виртуальном мире… Для миллионов это просто игра, для сотен тысяч – новый дом, а для амбициозных правительств – возможность подмять под себя невероятные магические технологии и ресурсы девственных земель.

Глеб обманул судьбу, бросив в реале смертельно больное тело и заменив его на бессмертный аватар в мире меча и магии.

Дмитрий Рус – российский писатель-фантаст, сочинитель культовой ЛитРПГ-саги «Играть, чтобы жить», один из авторитетнейших авторов своего жанра и создатель собственного литературного портала. Цикл «Играть, чтобы жить» был завершён довольно давно, и многие его ценители уже и не надеялись на продолжение. Но оно всё же появилось.

В предыдущих книгах смертельно больной Глеб оцифровал своё сознание и навсегда погрузился в виртуальный «Друмир».

Ткань Реальности трещит по швам. Уже стучатся в ворота Кремля парламентеры от гноллов, а в игровые аватары Друмира вселяются сущности древних, полузабытых божеств. Еще теплится в наших душах всесильная Искра Творца, подчиняющаяся вере и знаниям миллионов игроков и меняющая мироздание согласно их невольным желаниям. В Друмире есть план Инферно? Значит, будут вам и демоны! И не наивные цифровые порождения гейм-дизайнеров, а истинные архидемоны, князи инкубата и сукубата, каратели злодеяний, призванные нашей верой в зарождающийся мир.

Человечество заигралось с виртуальностью, и виртуальность стала играть людьми… Земля дорого платит по счетам и щедро умывается кровью — опустела Африка, обезлюдела Австралия. Границы обитаемых анклавов стремительно сжимаются. Мир дрожит под поступью демонов, вторгшихся на нашу планету из трех реальностей – «Друмира», «Дьябло» и «Героев Меча и Магии».

Бушует магическое пламя. Плавится сталь клинков. Души выгорают в ярости битвы! Величественно гремят финальные аккорды сражения за Первохрам. Сброшены все козыри, вычерпаны до дна резервы и даже боги сцепились в плебейской драке. Трещит ткань мироздания, лопаются оковы, связывающие миры. И вот уже ледяные воды Балтики остужают раскалённые пески Фронтира, а твари Друмира проливают первую кровь на улицах сонных Земных городов.

Очень нелегки заботы, свалившиеся на плечи Глеба, главного персонажа цикла книг о мире виртуальной игры, в котором он спасается от неминуемой смерти от ракового заболевания. Оцифрованная игровая реальность превращается в нечто большое, чем порождение разработчиков и гейм-дизайнеров. В игру вторгаются подлинные обитатели инфернальных планов бытия, настоящие архидемоны и служителя зла.

Загадочные события происходят вокруг Дуга Хола. Погибает его наставник, известный ученый Хэннон Фуллер, затем исчезает его знакомый, а из памяти сотен людей стирается информация об исчезнувшем. Самого Хола все чаще одолевают приступы неизвестной болезни... Дуг подозревает, что это каким-то образом связано с таинственным открытием доктора Фуллера.

Короткое обозрение фундаментального труда доктора Хоттона, рассказывающего о том, как бесконтрольное развитие генохакерства в начале 21 века привело к заражению большинства видов «дендритным вирусом», получившем название «Нейронный Чернобыль».

«Нет никаких теперь ракет. Никаких. И людей тоже. Во всей Вселенной. Да и не было их. Никаких деревьев и прочих растений, и никаких звезд». Вот что он говорил. Потом то же самое начал говорить о своих руках и ногах. Никаких, мол, рук у него нет и не было никогда. «Никаких ног. Где доказательства, что они у меня были? Да и тело тоже. Ни губ, ни лица, ни головы у меня нет и было.

Он был высоким, худым, как жеребенок, этот парень Джим Гарри, и еще — он любил лошадей. Прознал он, что на гору Бредлоф прилетает Пегас, и что на скале есть уздечка, с помощью которой можно и полетать. Этот конь восхитил бы самого Бога, да отец парня захотел сделать из Пегаса беговую лошадь, ибо Пегас был ошибкой природы, к тому же опасной, и у парня из-за него все в голове перепуталось.

На Земле началась атомная война, и всех колонистов отозвали с Марса, остался только один человек — Бартон. Пытаясь разрушить свое одиночество, он начинает записывать свой голос и населяет Марс тысячами Бартонов, он записывает все возможные ответы на свои вопросы. В какой-то момент он останавливается и программирует магнитофоны и телефоны так, чтобы следующий звонок прозвенел, когда ему исполнится восемьдесят лет…

Друг Джорджа из цикла рассказов о демоне в 2см — писатель Септимус Джонсон любил уединение, для чего купил себе виллу в отдаленном глухом уголке, где и писал свои романы, но четыре месяца в году снег засыпал все пути и дороги к ней. Из-за этого он не мог в это время там жить и творить свои романы. Джордж решил, что в этом деле мог бы помочь только демон Азазел…

Очередной друг Джорджа из рассказа Айзека Азимова «Угадывание мысли» (серия о демоне Азазеле) Вандевантер Робинсон, сыщик нью-йоркской полиции, был влюблен в Минерву Шлумп и был счастлив. Единственное, что мешало ему – это полное отсутствие проницательности. Он верил всему, что ему наговорят подозреваемые, и его карьера была под вопросом.

По просьбе Дугласа Лео Ауфман смастерил Машину счастья. Жена изобретателя считает ее опасной и решает принять участие в испытаниях…

Джексон приземляется на новую планету, жители которой еще не подозревают, что им грозит участь стать гостями у себя дома. Почему? Да потому что Джексон – потрясающий лингвист, но самое главное – захватчик планет! И осталось ему всего ничего: выучить местный язык, да приобрести на этой планетке какую-никакую собственность. А потом можно и предъявлять свои права на эту планету!

Технологическая Сингулярность в будущем опутает всю планету… Объединит в единое коллективное электронное сознание все человечество… Все, кроме одного маленького народца. Постлюди решают оставить его в покое, отправив в орбитальную резервацию. Только вот никто из принявших новый мир, бессмертие, божественные возможности и прочие дары прогресса даже и представить не мог, на что может быть способно обычное человеческое любопытство.

Борис Акунин - Детская книга для девочек. У Ангелины Фандориной не было друзей. Да и зачем они, когда у тебя лучший в мире брат? Но Эраста, по-домашнему Ластика, переводят в математический лицей, и Геля остается одна-одинешенька. Ее спасают престранное знакомство и ошеломительная новость: только она, обычная московская шестиклассница, может спасти мир! Но для этого ей предстоит переместиться в прошлое, причем – чужое!..

Борис Акунин - Детская книга для мальчиков. Юный Ластик Фандорин - самый маленький в шестом лицейском классе мальчик - призван совершить неслыханный подвиг: отправиться в прошлое через "хронодыру". На всем белом свете только Ластик способен исправить то, что натворил во время крестовых походов его дальний предок - рыцарь Тео фон Дорн...

В этот день у Дмитрия Свободина все пошло наперекосяк. Рано утром умерла бабушка, которая его воспитывала. Потом ему пришлось терпеть хамство санитаров и участкового. Потом ему всыпали на работе за опоздание. Потом он поругался с отчимом, который презрительно назвал его неудачником и, вдобавок, тем обидным прозвищем, которое прилипло к нему еще в школе.

Октябрь 1941 года. Немецкие войска приближаются к Москве, а работающая в тяжелейших условиях психиатрическая больница имени такого-то ждет приказа об эвакуации. В атмосфере тревожного ожидания чувства героев достигают высочайшего накала, а больничный и военный быт становится все более осязаемым. История находящихся в смертельной опасности людей, больных и медиков, превращается в многослойную аллегорию, в которой переплетается военная историческая реальность и поэтический вымысел, самоотверженный подвиг и безумие, страх и надежда.