Письма из Тулы
| Автор: | Борис Пастернак |
| Читает: | Михаил Соломонов |
| Жанр: | Классика |
| Год: | 2022 |
| Время: | 00:20:11 |
| Размер: | 18.6 Мб |
В высоте рыхло, колобком, таял месяц. Небо казалось холодным, удивленно далеким. Голоса были промаслены еденым и питым. Рыжик, ржаная коврижка, сало и водка пропитали даже эхо, соловевшее за рекой.
Слушать Письма из Тулы онлайн бесплатно
«Зимняя ночь» — стихотворение Бориса Пастернака, написанное в 1946 году и вошедшее в текст романа «Доктор Живаго». Сюжетно связано с эпизодом, в котором раскрывается поэтическое призвание главного героя романа, и закладываются основные сюжетные линии. Строка «Свеча горела» рассматривалась автором в качестве возможного названия самого романа.
Яркие образы современников, метафорический язык, философские рассуждения - в автобиографической повести "Охранная грамота". Автор с болезненным трепетом повествует о своей любви к музыке, философии и поэзии, о неразрывном переплетении жизни и искусства. Много страниц посвящено Марбургу, где Пастернак постигал тайны Когеновской философской системы.
Переписка Бориса Пастернака с его первой женой составлена его старшим сыном и сопровождается его воспоминаниями об обстановке, в которой протекала семейная жизнь его родителей. Лирическая высота любовной трагедии не снижена переданными в письмах тяжестью нищенского быта коммунальной квартиры 1920-х годов и трудностями свободной творческой работы писателя и художницы, которые стали в конце концов причиной их расставания в 1931 году.
Существует закон, по которому с нами никогда не может быть того, что сплошь и рядом должно приключаться с другими. Правило это не раз приводилось писателями. Неопровержимость его состоит в том, что, пока еще нас узнают друзья, мы полагаем несчастье поправимым. Когда же мы проникаемся сознаньем его непоправимости, друзья перестают узнавать нас, и, точно в подтверждение правила, мы сами становимся другими, то есть теми, которые призваны гореть, разоряться, попадать под суд или в сумасшедший дом.
«Мой отец был удивительным человеком. Все в нем было какое-то оригинальное, не такое, как у других… Он знал несколько языков, но это были странные, не нужные никому другому языки. Имел он голос, но когда пел, ничего нельзя было разобрать. Любил отец столярные работы, но тоже они были как-то ни к чему — делал он только деревянные пароходики.».
Откомандировали как-то трёх солдатиков на сутки белить-красить. Справили они к вечеру полдела, подзакусили-подзаправились. Самое время закурить – ан табаку ни крошки… Надо жребий бросить — кому в город за махоркой идти. Но узелки тянуть неинтересно и потому решили они «сказки врать». Кто с брехни собьется, на настоящую правду свернет, тому и идти…
«Биография женщины есть история ее сердца. Теперь я могу уже раз сказывать эту историю; чувство, облекавшее ее святыней тайны, притупилось, может быть и совсем рассеялось. На склоне жизни расходятся мало помалу все туманы, которые казались чем-то вещественным на рассвете ее..
Бабушка! если вы станете рассказывать в этом тоне.. .
— О нет, мой друг, нет! Это от того, что я коснулась скрыночки, которой никогда не открывала: при других.
У меня есть поле, засеянное маком. Иначе говоря, по милости божьей и снисхождению моих издателей я имею возможность каждый месяц вручать разные золотые монеты конторскому служащему и, в порядке компенсации за эти золотые монеты, снова приобретаю временное право собственности на засеянное маком поле.
Цивилизация этрусков до сих пор остается для историков набором белых пятен: загадочны и противоречивы версии происхождения этого народа (или народов?), политического и социального устройства. А таинственный язык и нерасшифрованные письмена этрусков - просто рекордсмены по количеству несостоявшихся научных сенсаций. Однако цель этой книги – не добавить к ним еще одну, а последовательно и системно изложить уже известные, в той или иной степени признанные факты и сведения.
Джек Ричер, военный полицейский в отставке, видел эту женщину первый раз в жизни. У нее была травмирована нога, и он решил помочь незнакомке. Но, как известно, ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Через считаные секунды Ричер оказался на заднем сиденье черного седана под дулом пистолета. Женщину втолкнули в машину следом. Это похищение? Да, причем средь бела дня и на оживленной улице Чикаго.