Письма из Тулы
| Автор: | Борис Пастернак |
| Читает: | Михаил Соломонов |
| Жанр: | Классика |
| Год: | 2022 |
| Время: | 00:20:11 |
| Размер: | 18.6 Мб |
В высоте рыхло, колобком, таял месяц. Небо казалось холодным, удивленно далеким. Голоса были промаслены еденым и питым. Рыжик, ржаная коврижка, сало и водка пропитали даже эхо, соловевшее за рекой.
Слушать Письма из Тулы онлайн бесплатно
«Зимняя ночь» — стихотворение Бориса Пастернака, написанное в 1946 году и вошедшее в текст романа «Доктор Живаго». Сюжетно связано с эпизодом, в котором раскрывается поэтическое призвание главного героя романа, и закладываются основные сюжетные линии. Строка «Свеча горела» рассматривалась автором в качестве возможного названия самого романа.
Яркие образы современников, метафорический язык, философские рассуждения - в автобиографической повести "Охранная грамота". Автор с болезненным трепетом повествует о своей любви к музыке, философии и поэзии, о неразрывном переплетении жизни и искусства. Много страниц посвящено Марбургу, где Пастернак постигал тайны Когеновской философской системы.
Переписка Бориса Пастернака с его первой женой составлена его старшим сыном и сопровождается его воспоминаниями об обстановке, в которой протекала семейная жизнь его родителей. Лирическая высота любовной трагедии не снижена переданными в письмах тяжестью нищенского быта коммунальной квартиры 1920-х годов и трудностями свободной творческой работы писателя и художницы, которые стали в конце концов причиной их расставания в 1931 году.
Существует закон, по которому с нами никогда не может быть того, что сплошь и рядом должно приключаться с другими. Правило это не раз приводилось писателями. Неопровержимость его состоит в том, что, пока еще нас узнают друзья, мы полагаем несчастье поправимым. Когда же мы проникаемся сознаньем его непоправимости, друзья перестают узнавать нас, и, точно в подтверждение правила, мы сами становимся другими, то есть теми, которые призваны гореть, разоряться, попадать под суд или в сумасшедший дом.
В сюжете бездарного романа, автор которого скрылся под псевдонимом, потрёпанный жизнью эмигрант с изумлением узнаёт искажённую историю своей первой любви, случившуюся шестнадцать лет назад в революционном Петрограде. У оскорблённого героя рассказа появляется очень неприятное подозрение относительно личности автора романа и он пишет этому автору письмо полное упрёков и воспоминаний.
Действие рассказа происходит в одном провинциальном городе. Однажды вечером к дому фабриканта Блудыхина направлялся секретарь провинциальной газеты «Гусиный вестник» Пантелей Диомидыч Кокин. У Бруднихина в этот вечер ставили любительский спектакль, после которого были танцы и ужин. Кокин мечтал, как он будет галантно держать себя в зале, как обратят на него внимание кавалеры и барышни, как он встретит Клавдию Васильевну, которая поглядит на него, как на монумент, окликнет и попросит после ужина проводить домой.
«Мой отец был удивительным человеком. Все в нем было какое-то оригинальное, не такое, как у других… Он знал несколько языков, но это были странные, не нужные никому другому языки. Имел он голос, но когда пел, ничего нельзя было разобрать. Любил отец столярные работы, но тоже они были как-то ни к чему — делал он только деревянные пароходики.».
Цивилизация этрусков до сих пор остается для историков набором белых пятен: загадочны и противоречивы версии происхождения этого народа (или народов?), политического и социального устройства. А таинственный язык и нерасшифрованные письмена этрусков - просто рекордсмены по количеству несостоявшихся научных сенсаций. Однако цель этой книги – не добавить к ним еще одну, а последовательно и системно изложить уже известные, в той или иной степени признанные факты и сведения.
Джек Ричер, военный полицейский в отставке, видел эту женщину первый раз в жизни. У нее была травмирована нога, и он решил помочь незнакомке. Но, как известно, ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Через считаные секунды Ричер оказался на заднем сиденье черного седана под дулом пистолета. Женщину втолкнули в машину следом. Это похищение? Да, причем средь бела дня и на оживленной улице Чикаго.