Пападжи

Папа римский Александр VI (Родриго Борджиа) с помощью монаха Доменико Танзини знакомится с легендарным «трактатом об артефактах», авторство которого приписывают Блаженному Августину. Папа узнает, что магических фигурок в мире гораздо больше, чем он предполагал, и решает собрать их столько, сколько возможно. Борджиа удается разыскать в Риме 13 человек – владельцев предметов.

В Буэнос-Айресе Заир – обычная монета достоинством в 20 сентаво. Но Заир – это не просто монета. Заир – это ключ к иному зрению…

Дзэн не просто школа дальневосточного буддизма со своими мировоззренческими принципами и духовными практиками. По мнению составительницы «Антологии Востока и Запада» Нэнси Уилсон Росс, дзэн — это целый универсум. Он предстает как благодатная почва для развития творческого отношения к действительности, и отнюдь не случайными выглядят связи между дзэн и живописью, архитектурой, садовым искусством, театром.

Книга основана на реальных событиях.

Она никогда не называла себя гуру. Над воротами ее дома до сих пор сохранилась надпись: «Я не Гуру. Здесь ничего не происходит. Идите в Рамана Ашрам, если вы хотите найти Гуру». Она говорила в своей обычной шутливой манере: «Я здесь для того, чтобы прояснить некоторые сомнения. Вещи, о которых вы не можете спросить своего гуру. Может быть, потому что ваш гуру очень занят.

В данной книге изложены основные принципы философии Вед — древнейшей философии на Земле (более 3000 лет до нашей эры). Слушатель познакомится с законом кармы, с традиционной системой обретения трансцендентного знания и проч.

Для широкого круга слушателей.

Данная книга — краткий и ясный комментарий к «Гиримананда-сутте», учении Будды о десяти восприятиях. Утверждается, что медитация на этих восприятиях служит не только главной цели буддийской практики — полному и окончательному освобождению от страданий, но и относительной цели исцеления от болезней.

Жак Шессе, писатель, поэт и художник, по праву считается классиком швейцарской литературы. Еще в 1973 году он получил Гонкуровскую премию («Людоед»). Впервые на русском языке публикуется его роман «И обонял Господь приятное благоухание», в котором критики недаром усмотрели развитие темы «Парфюмера» Зюскинда. Дело в том, что герой Шессе необыкновенно остро ощущает все запахи — от медового благоухания возлюбленной до запаха смерти, исходящего от человека, которому предстоит умереть.

Эта книга - продолжение записей наставлений, полученных ученицей Мартой от своего незримого Учителя. Изданы в 2017 году в Новосибирске. Они касаются всех граней бытия и помогают в ежедневной рутине не забывать о главных ценностях жизни, ее смысле и возможностях души. Незримый мир рядом, говорит эта книга, и он участвует в земной жизни гораздо больше, нежели принято думать.

В предлагаемой книге доступным языком раскрывается природа двойственности и состояние ее отсутствия. В подобном состоянии исследования, когда на мгновение перестает существовать тот, кто задает вопросы, тот, кто переживает, — подобно вспышке открывается истина. Это состояние полного отсутствия мысли.

Беседы Кришнамурти будут интересны для тех, кто исповедует нетрадиционный стиль мышления и принесут помощь тем, кто ищет ключ к пониманию «я» и всей жизни.

Еще совсем недавно его считали обычным мальчишкой низкого происхождения, который благодаря неимоверной удаче сумел стать воспитанником филиала имперской школы, в стенах которого обучались состоятельные бояричи со всей страны… Однако, после того как о его унаследованном от предков магическом даре узнали все, скрывать принадлежность к княжескому роду стало попросту невозможно.

Четвертая книга из мира Низший, цикла Инфериор.

Дом. Милый дом.

Место, куда хочется вернуться, скинуть тяжелое снаряжение, всунуть ноги в мягкие тапочки, закинуть на плечо дробовик и пошлепать решать явно непростые проблемы почти всемогущей в своих владениях Камальдулы – машины, что управляет замкнутым миром-опухолью Франциском II. И гоблин Оди не против прорубить еще одну кровавую просеку на своем пути, если это может приблизиться к манящей его цели – находящему в океане и надежно защищенному миру-опухоли, что был самым первым среди себе подобных.

Вместо хруста французской булки – хруст песка на зубах. Вместо золотых погон – на плечах груз ответственности за подчиненных. Вечный поручик, без перспектив на повышение и мирную жизнь. Вечный выбор между злом большим и тем, которое чуточку поменьше. Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами? Или – не правое? Или – не будет?

Повесть о сержанте, угодившем из «учебки» под душманские пули. Страшнее рейдов сопровождения, душманов — «зэковские» законы, укоренившиеся в армии. Равнодушные замполиты, заевшиеся прапорщики, обнаглевшие «дедушки», ждущие своего часа «черпаки» и порабощенные «чижики» — таковы страшные своей обыденностью армейские будни.