Одержимые мужчины 1. Монгол
| Автор: | Анастасия Шерр |
| Читает: | Ольга Белова |
| Жанры: | Для взрослых , Роман |
| Год: | 2020 |
| Время: | 07:30:51 |
Анастасия Шерр - Монгол. — Мне нравится твой взгляд, маленькая кошка, — ласкал мои губы большим пальцем и пожирал их своим пугающим взглядом. — Отпусти! — заорала, впиваясь изломанными ногтями в грубую кожу его запястья, раздирая её до крови. — Я похитил тебя не за тем, чтобы отпустить, — казалось, он не ощущает боли. А может, ему просто нравилось моё сопротивление. Попятившись назад, упёрлась в забор и, осознав, что бежать некуда, всхлипнула от накатывающей истерики. — Тш-ш-ш, — шагнул ко мне, изучающе склонил голову набок. — Ты что такая пугливая? Не надо бояться. Надо просто быть послушной. Я люблю покорных девочек.
Слушать Одержимые мужчины 1. Монгол онлайн бесплатно
Она предала его. Унизила. Растоптала его сердце своим изящным каблучком. Он больше не тот влюблённый идиот, что волочился за ней и сдувал пылинки с её чудных волос. Теперь он — Каин. Не знающий пощады и жалости изверг, обуглившееся сердце которого больше никому не принадлежит. Или же это самообман? Защитная реакция, чтобы никогда больше не познать той адской, разрывающей душу боли? Какой будет его месть? И сможет ли она доказать свою невиновность спустя годы? В оформлении обложки использовано изображение с сайта Shutterstock.
Я доверилась ему, впустила в своё сердце, хотя когда-то обещала себе и дочери, что больше не буду любить. Доверилась и была за это наказана. А теперь, глядя в глаза будущего нелюбимого мужа, понимала, что выхода нет…
– Мне жаль. Жаль, что ты заставила меня сделать то, что я сделал.
Мне тоже. Мне тоже очень жаль, что сердце до сих пор плачет по тому, кто того не стоит.
Дилогия. Книга вторая.
Я научилась жить без него, без любимого мужчины, которого у меня отняли. Научилась бороться и выживать в окружении злобных нелюдей. Стала сильнее ради своего будущего. Но смогу ли пережить воскрешение того, кого даже не мечтала увидеть ещё раз?
***.
— Ты… жив?
— А ты? Ты жива, Настя? Как тебе жилось без меня? Не скучала?
Ежегодно на Востоке тысячи девушек и женщин гибнут «во имя чести». Я также выросла в жестокости и боли. В четырнадцать лет меня едва не выдали замуж за старика, а когда попыталась воспротивиться – едва не казнили. Я не знала, что есть мир, отличный от моего, где нет насилия и наказания за грехи. Однажды я встречу мужчину, который заставит меня согрешить и буду вынуждена покинуть родной дом, став его женой.
— Здравствуйте, — взгляд, как и было велено, на него не поднимаю. Нервно мну в руках ремешок сумочки. — На «ты», — слышу его голос — грубый, с хриплыми нотками. Вздрагиваю. — И по имени. — Здравствуй, Беслан, — представляться не решаюсь. Он и так знает обо мне всё. — Теперь подойди и опустись на колени. Я задерживаю дыхание до тех пор, пока лёгкие не начинает жечь.
Лежа на лестничной площадке, я истекала кровью и думала о том, как несправедливо и обидно будет погибнуть вот так. Сквозь дымку во взгляде увидела склонившуюся надо мной тень, а в следующую секунду чья-то огромная ручища схватила меня за шиворот и дёрнула вверх.
– Эй, живая? – послышался грубый, хриплый голос. – Я об этом пожалею, – проворчал мужик и последнее, что я увидела перед тем, как отрубиться – огромную, страшную кобру на его предплечье.
Марина, молодая художница из провинциального городка, приехала в Париж – написать его крыши и улочки, выучиться на дизайнера… и, возможно, найти любовь. Парижская жизнь, как карусель, уносит ее от семейных скандалов и неустроенности, из ресторана на Елисейских Полях в бедные эмигрантские районы, от одного мужчины к другому, от полного отчаяния – к внезапной надежде…
Гешка, знатный картёжник и каротажник, давил на массу и пролёжанный панцирь, прикрыв нос зачитанной книгой. В ногах у него вальяжным мурлыкой сыто развалился пухлый чемодан.
Чемоданным настроение у Гешки было с самого февраля. В свои двадцать семь он второй раз в жизни ощущал себя дембелем. Его трудовые вахты закончились, оплодотворившись солидным сберегательным вкладом: настоянный на болотной тине длинный рубль уже попахивал паркетным лаком грядущей кооперативной квартиры.
Писать начал в армейскую многотиражку «Залп». Первые заметки получились великолепные. Как лучшему военкору ему тогда была вручена грамота командования части.
После демобилизации «на гражданке» в местной периодике появляются его очерки, статьи, репортажи о современниках. Так, в 1959 году был написан один из первых репортажей о тружениках разреза «Листвянского», который без единственной правки был помещен на передовую страницу городской газеты «Кузнецкий рабочий».
«Самоучитель танцев для лунатиков» — многоплановое, лишенное привычной почтительности произведение об узах любви, надежде и силе примирения с непредсказуемостью жизни.
Знаменитый нейрохирург Томас Ипен имеет обыкновение, сидя на крыльце, беседовать с умершими родственниками. Во всяком случает, так утверждает его жена Камала, склонная к преувеличениям.
Сложно понять эту миниатюру без предыстории.
Во время взрыва популярности джаза в Америке появились биржи джазменов. На них растущие, как грибы после дождя, джаз-бэнды или их продюсеры подбирали себе музыкантов.
Иногда случалось так, что встретившиеся на бирже музыканты сами создавали джазовую группу. Всё шло прекрасно. Успех был не за горами, и однажды у них появлялся свой хит.
Ракета поднявшись в небо идет своим курсом, в случае его изменения -сбоя, срабатывает система АПР и ракета взрывается. Человек также подобен ракете. Ему грозит АПЧ, он тоже гибнет в случае неправильного поведения. В книге главный герой Семен мучается ищет свое место в жизни. Он напуган смертью старшеклассника, на него давит учитель математики, не понимает, «травит», достает друг, подросток готов себя уничтожить, но, уповая на Бога всесильного не сбивается с дороги, остается жить.
Начало прошлого столетия. Серебряный век. Санкт-Петербург. Самая молодая европейская столица богатеет и хорошеет. Расцветают архитектура, науки, искусство. Но у города, как и у его блистательных дворцов, есть парадный фасад, а есть и потайные «черные лестницы». В благополучном городе преступность быстро идёт в рост. И теперь сыскная полиция Петербурга – это мощная политическая сила.
Начало прошлого столетия. Серебряный век. Санкт-Петербург. Самая молодая европейская столица богатеет и хорошеет. Расцветают архитектура, науки, искусство. Но у города, как и у его блистательных дворцов, есть парадный фасад, а есть и потайные «черные лестницы». В благополучном городе преступность быстро идёт в рост. И теперь сыскная полиция Петербурга – это мощная политическая сила.