Ну и дурак же я - Шервуд Андерсон
| Автор: | Андерсон Шервуд |
| Читают: | Клюквин Александр, Всеволод Кузнецов |
| Жанр: | Классика |
| Год: | 2017 |
| Время: | 02:40:21 |
| Размер: | 79.8 Мб |
Шервуд Андерсон начал публиковаться в 1914 году, а полностью посвятил себя литературе в 1923. Его сборники новелл «Уайнсбург, Огайо», «Торжество яйца», «Кони и люди» и др. принадлежат к лучшим страницам американской словесности и стали образцом для Уильяма Фолкнера, Томаса Вулфа, Эрнеста Хемингуэя и Рэя Брэдбери. Более того, именно Хемингуэю принадлежит пародия на Андерсона – повесть «Вешние воды», ознаменовавшая творческий разрыв между писателями. Обладатели Нобелевской премии по литературе Синклер Льюис и Джон Стейнбек называли Шервуда Андерсона более достойным этой награды.
Содержание:
Братья
И ещё сестра-смерть
Незажжённые светильники
Ну и дурак же я
Яйцо
Слушать Ну и дурак же я - Шервуд Андерсон онлайн бесплатно
Шервуд Андерсон начал публиковаться в 1914 году, а полностью посвятил себя литературе в 1923. Его сборники новелл «Уайнсбург, Огайо», «Торжество яйца», «Кони и люди» и др. принадлежат к лучшим страницам американской словесности и стали образцом для Уильяма Фолкнера, Томаса Вулфа, Эрнеста Хемингуэя и Рэя Брэдбери. Более того, именно Хемингуэю принадлежит пародия на Андерсона – повесть «Вешние воды», ознаменовавшая творческий разрыв между писателями.
«В каждом дюйме принц!» — льстили ему газеты. Под таким заголовком его портреты фигурировали в журналах вместе со снимками призового бульдога или быка — чемпиона сельскохозяйственной выставки. Всего и было 63 дюйма принца. Эрнест был красивый мальчик, немного хрупкий, с гладкими светлыми волосиками и личиком цвета розовей сметаны.
«В мире, где воцарился социализм, все счастливы. Кукс изобретает устройство, способное считывать наслоившиеся звуки с любой поверхности, и из глубины лет раздаются страшные звуки темного прошлого, в котором только и слышно что выстрелы, крики и плач. Нужно ли такое изобретение в обществе, которое смотрит только вперед?» © Puffin Cafe.
Жила на свете молодая женщина, некая миссис Кинг, которая была очень счастлива со своим мужем. У них были деньги, и они любили друг друга, но случилось так, что, рожая второго ребенка, миссис Кинг надолго впала в кому, а очнулась с явными симптомами «расщепления личности» — обычный случай послеродовой шизофрении.
«Новая история Мушетты» Бернаноса — своеобразное продолжение романа «Под солнцем Сатаны». Бернанос так говорит об этом преемстве: «С первых же страниц этого повествования родное имя Мушетты так естественно, так само собой навернулось мне на перо, что заменить его каким-либо другим стало уже невозможным. Мушетту, героиню «Новой Истории», роднит с Мушеттой из «Солнца Сатаны» лишь их трагическое одиночество, обе они жили одинокими и одинокими умерли.
«То, как развивалась сложная жизнь Энтони Джона, наверное, могло бы случиться в действительности, даже несмотря на то, что выглядит она невероятно. Родившись в бедной семье городка Мидлсбро, Энтони прошел долгий путь осознания своих желаний, веры и устремлений. Из мальчика, играющего в грязи он стал одним из отцов-основателей города, преобразив его и расширив.
Захар Прилепин – прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Большая книга», «Национальный бестселлер» и «Ясная Поляна». Автор романов «Обитель», «Санькя», «Патологии», «Чёрная обезьяна», циклов рассказов «Восьмёрка», «Грех», «Ботинки, полные горячей водкой» и «Семь жизней», сборников публицистики «К нам едет Пересвет», «Летучие бурлаки», «Не чужая смута», «Взвод», «Некоторые не попадут в ад».
Учёные генетики вывели новый вирус, делающий владельца не только иммунным ко всем болезням, в том числе и к старению организма, а ещё и наделяющий его сверхсилой, ловкостью, разумом. И всё это можно контролировать и развивать с помощью интерфейса. Но первые образцы сыворотки оказались провальными и привели к созданию глупых, но сильных зомби, способных так же получать новые уровни со временем или совершая убийства.
Ранняя пьеса современного классика русского абсурда Людмилы Петрушевской.
Живут по соседству два семейства. Одно, Козловых, благополучное, с коврами и хрусталем, другое, Гавриловых, нищее, с неким Ивановым, вернувшимся из тюрьмы, пьяницей и буяном... Глядя на них, у зрителя просыпается чувство жалости к ним, маленьким людям, так нескладно, жестоко друг к другу и к себе относящимся, так грубо и глупо проживающим свои единственные жизни.
Мы искренне надеемся, что книга При свете дня Солоухин Владимир не будет похожа ни на одну из прочитанных вами в жанре биография. Красочные пейзажи, бескрайние горизонты с яркими красками и насыщенными цветами – все это усиливает глубину восприятия и будоражат воображение. Это кажется невозможным, но абсолютно точно и в высшей степени успешно передано словами неповторимое, волшебное, редчайшее, очень доброе настроение.