Немой крик

Вечереет. В парке Хайден-Хилл сидит на детских качелях женщина лет шестидесяти. Она неподвижна и не раскачивается. Но если приглядеться, то можно увидеть, что ее тело прикручено к качелям колючей проволокой. Женщина мертва. А на шее у нее вырезана буква Х… На место ужасного преступления прибывает детектив-инспектор Ким Стоун. Она выясняет, что жертва была некогда профессором детской психологии.

Заведя случайную интрижку с замужней женщиной, Тони Фальконе, счастливый муж и отец, и представить не мог, чем это кончится. Казалось бы ни к чему не обязывающий разговор после бурных ласк в гостиничном номере дал толчок лавине, которая погребла под собой его безмятежную жизнь.

Во всем Арагоне, во всей Кастилии нет часовщика искуснее Бруно Гугенота. Он настолько преуспел в своем мастерстве, что дерзнул бросить вызов самому Создателю, решив взять и повернуть ход времени. И немудрено, время действительно неспокойное: повсюду рыщут шпионы, вынюхивая очередного еретика, чтобы оттащить его на костер.

Время, считает Бруно, течет в какие-то совсем уж мрачные дебри.

Ирина Дегтярева - Химия Ее Величества. Москва, 2017 год. В одном из кабинетов «Лефортово» идет допрос экстрадированного из Германии игиловца – Рашида Евкоева. По данным разведки Евкоев – единственный на данный момент человек, который может дать бесценную информацию о некоем англичанине, то и дело наведывающимся в разные районы Сирии, где обосновались боевики ИГ , и по всей видимости передающего секретные разведданные руководству этой запрещенной в России террористической организации.

Стержнем романа является история самодеятельного театра «Хорин» и его главного идеолога — артиста со сценическим псевдонимом Томмазо Кампанелла. Судьба сталкивает Томмазо Кампанелла и его коллег по самодеятельному театральному цеху с людьми, не понаслышке знакомыми с тюремным миром, чтобы в конце неожиданным образом привести их на одну из самых модных профессиональных сцен столицы, когда там проходит премьера широко разрекламированного спектакля.

Елена Малиновская - Убить кукловода. Может ли марионетка переиграть кукловода? Странный вопрос, конечно же, нет! А если этой марионеткой являешься ты сама, а на кону – твоя жизнь? Волей-неволей начнешь собственную игру, пытаясь обрести долгожданную свободу и надежду на будущее. Мне, Доминике Альмион, специалистке по смертельным проклятьям, не привыкать распутывать клубки интриг и развязывать узлы загадок.

Повесть "Огарева, 6" является продолжением книги "Петровка, 38", и действуют здесь те же герои: сыщики Садчиков, Костенко и Росляков, перешедший после тяжелого ранения в ОБХСС. На этот раз им предстоит раскрыть крупные хищения социалистической собственности на пятигорской ювелирной фабрике и убийства в Москве. Кажется, между этими преступлениями нет ничего общего.

Сосланный в архив полицейский сержант-детектив продолжает копаться в старых нераскрытых делах. На этот раз его внимание привлекает совсем уж «седая древность» — более, чем столетней давности убийство, произошедшее в доме весьма уважаемого семейства, два представителя которых стали впоследствии губернаторами штата…

Эдгар Уоллес просто устал от однообразия своей жизни. И поэтому однажды он решил провести свой отпуск без обычных курортов, прогулок по набережной и обязательного чтения газет. И вплоть до последнего отпускного дня это получалось у него весьма удачно.

Наблюдательность никогда не бывает лишней. В некоторых случаях она не позволяет злоумышленнику довести начатое до завершения… Особенно в том случае, когда эта наблюдательность принадлежит такому человеку, как отец Браун.

Занимательное, поучительное, живое пособие по интернациональной кулинарии, в котором приведены рецепты блюд, взятых из историй о Ниро Вульфе, великом сыщике и величайшем чревоугоднике. Вы убедитесь, что они не так сложны по составу ингредиентов и технологии приготовления, как их интригующе-загадочные названия. Так что попробуйте и вы приобщиться к кулинарным тайнам повара Фрица Бреннера и разнообразьте ваше меню новыми блюдами.

Список:.

1 Присказка. сказка про Воробья Воробеича, ерша Ершовича и веселого трубачиста Яшу.

2 Сказочка про Козявочку.

3 Притча о молочке, овсяной Кашке и сером котишке Мурке.

4 Сказка о том, как жила-была последняя Муха.

Из всех своих книг Мамин-Сибиряк особенно дорожил "Аленушкиными сказками". Он говорил: "Это моя любимая книжка - ее писала сама любовь, и поэтому она переживет все остальное".

Бывают письма, утопающие в нежности и благодарности, полные отчаяния и боли, пропитанные правотой и внутренней силой. Есть письма умалишённых, отказавшейся от благ и титулов, преступников, совершивших громкие убийства, письма святых, для которых народная боль, как своя. Может где-то среди них послание Софьи Перовской? Может это все её письма..

"Натан Яковлевич Эйдельман (1930-1989) был замечательным и в свое время знаменитым советским историком и популяризатором исторической науки. Точнее сказать, он был историком русского свободомыслия.... Все сказанное о бифункциональности (научная статья + актуальный политический подтекст) в полной мере относится, например, к статьям "По смерти Петра I..." (1974) и "Секретная аудиенция" (1985)