На страже

В романе «Возвращение в Брайдсхед» (1945) от лица преуспевающего художника Чарльза Райдера поведана история жизни аристократического семейства Марчмейн, с которым была тесно связана молодость рассказчика и в чье родовое имение ему спустя годы довелось волею случая вернуться. Признанный мастер черного юмора и язвительной, остроумной сатиры, Ивлин Во написал неожиданно лирическую, ностальгическую и исповедальную книгу, наделив главного героя многими автобиографическими чертами: воспоминаниями о веселой поре учебы в Оксфорде, страстью к рисованию, любовью к старинной архитектуре и патриархальному укладу английских поместий, презрением к наглости и самодовольной пошлости нуворишей, сложным конфликтом между личным чувством и католическими убеждениями.

Роман - Незабвенная.

Одно из самых знаменитых произведений мировой литературы XX века, написанных в жанре `черного юмора`, трагикомическая повесть о.

вывернутом наизнанку мире, где похоронные ритуалы и эстетика крематория управляют чувствами живых людей.

Язвительный пересмешник и ярый католик, заядлый путешественник и отчаянный домосед, иезуит и мученик, он задавал себе и нам вечные вопросы... и вывод получался какой-то неутешительный - все, к чему идешь - лишь кучка пепла на черном ветру...

"Пригоршня праха" - лучший роман раннего Ивлина Во.

Это книга, которая говорит нам о том, что наши усилия могут быть напрасными из-за окружающих нас людей.

Данная книга - предусмотренный и исправленный авторский вариант трех книг, входящих в трилогию: "Люди при оружии", "Офицеры и джентльмены", "Безоговорочная капитуляция". Из книги исключены повторения, расхождения и места, которые Ивлину Во показались скучными.

В романе "Офицеры и джентльмены" под беспощадным пером Ивлина Во оказалась краса и гордость Британии - ее армия.

«Золотая молодежь», словно сошедшая со страниц Вудхауса, — легкомысленная, не приспособленная к жизни и удивительно наивная, — на пороге Второй мировой.

Поначалу им кажется, что война — это просто очередное приключение. Новая форма, офицерский чин, теплое место при штабе. А сражения — они… где-то далеко.

Но потом война становится реальностью.

"Бурные двадцатые" в Англии. Время, когда викторианская мораль разрушена безвозвратно и на смену ей приходит бешеная жажда жизни, удовольствий и развлечений.

Осколкам недавно могущественной английской аристократии предстоит каким-то образом вписаться в новые времена и нравы, тон которым задают всемогущие ныне нувориши.

Кто-то сходит с ума и гибнет.

Золотые двадцатые.

Лондон, только что опомнившийся от ужасов войны и разрухи, одержим страстью к развлечениям. Мораль? Ее больше нет! Этика? Она устарела! Религия? Просто смешно.

Молодые прожигатели жизни соревнуются в показном цинизме и легкомыслии со своими подругами.

А мельчайший намек на искренность, верность или любовь считается в их кругу в лучшем случае чудачеством, а в худшем - настоящим преступлением...

Сатирические произведения английского писателя представляют собой по-настоящему увлекательное чтение (в отличие от подавляющего большинства ископаемых «высокого модернизма», запоздалое знакомство с которыми напоминает либо благотворительный визит в дом для престарелых дебилов, либо кросс по заболоченной местности в промозглый и дождливый день, когда только нещадно подстегиваемое самолюбие заставляет довести начатое до конца)

"Сенечка, ты пишешь, что «воображение, мой Маськин, доставляет нам больше страданий, чем действительность.» Это правильно, но ведь воображение подчиняется нам, и можно его так натренировать, чтобы оно доставляло нам наслаждение большее, чем действительность. Можно вообще наполнить им действительность, и даже ее заменить! Скажут – это ненастоящий мир получится? А у них, у людей настоящий? Пусть докажут!".

Нас было пятеро в тот вечер. Когда мы собрались с силами, сомкнули наши ряды, и твердо решили спасать свой бренный мир. Нашу маленькую уютную вселенную. Мы — это Я, мой теплый Плед, стакан горячего Глинтвейна, Радиоприемник, настроенный на волну Блюз-FM и, конечно, старина Толкин со своим разношерстным братством…

«…Не делаем мы такие операции без повода, поймите наконец. Не делаем и точка….».

«А, вот и ничего подобного, я уже договорилась…».

А как бы вы себя повели, если бы случайно (совершенно случайно!!! Честное слово!!!) убили человека? А еще забыли про то, что к вам должны прийти гости… Да и вообще, что делать, если всё пошло не по плану?

Юмористический рассказ на извечную тему противостояние рыцарей и драконов.

Зил – герой-одиночка. Он не верит в совершенство законов, а потому иногда вершит правосудие сам, особенно когда дело касается его близких. Правильно это или нет, но таковые его принципы. Отчаянный, бескомпромиссный и временами очень жёсткий персонаж. А что будет, если такой человек получит сверхспособности? Сопряжение миров сделало это возможным, теперь жизнь уже не будет прежней, а Зил – герой нового времени.

После спасения небольшого городка от уникальной технологии, Ичиро начал всерьез задумываться о тайнах своего происхождения. Война в Великобритании не за горами, а в закрутившемся водовороте событий и интриг так сложно понять, кто верный союзник, а кто заклятый враг.

"Да, прав был принц Датский: на свете действительно есть многое, что и не снилось мудрецам, зато снится оно писателям, поэтам, художникам. Наш экспериментальный спецвыпуск посвящен тому, что находится за гранью яви, в завораживающем, волшебном Зазеркалье мистического художественного воображения. Дорогой читатель, Вы держите в руках необычный номер «Иностранной литературы»; все журнальные разделы подчинены в нем одной теме — Вы погрузитесь в мир «черной фантастики», сверхъестественных явлений и зловещих тайн, где порой властвует та сила, которая, как известно, «вечно хочет зла и вечно совершает благо».

Иветта и Адамис живут в Облачном мире и никогда не видели солнца. Неожиданно в их мире появляются странные существа – Лавочница, Горец и Проповедник. Конечно, это никакие не люди: духи всех видов привязанностей, кроме божественной любви агапэ, посетили Облачный мир. Смогут ли Адамис с Иветтой противостать духам века сего и родить в себе божественную любовь?