Милосердия двери

В произведениях русского писателя Владимира Гиляровского со всей полнотой отражена его бурная, богатая событиями, встречами и приключениями жизнь: около 10 лет он скитался по России, работал бурлаком, пожарным, объездчиком диких лошадей, провинциальным актером. Гиляровский был одним из лучших репортеров столичной прессы, его «коньком» были уголовная хроника и репортажи, он писал о самых заметных и нашумевших событиях, его называли «королем репортеров».

Когда рухнула страна, нас держала на плаву любовь.

Та, что побеждает смерть.

Внешне все замечательно у Петра Манусевича в жизни. Он заведующий кафедрой в московском институте, считается авторитетом по определенной эпохе российской истории, супруга — красавица блондинка… Однажды на свой день рождения мать совершила вроде малозначимый поступок, но именно он стал причиной сердечного приступа у Петра и цепочкой последующих событий, которые перевернули всю его жизнь.

Рассказ Владимира Набокова «Гроза» является своеобразным пересказом библейской легенды о пророке Илье и ученике его Елисее. Однако перенесенное Набоковым действие в наше время «обрастает» своими деталями и подробностями, приобретая независимость (быть, может, не полную) от оригинального сказания.

Нет у меня ни имени, ни фамилии. Я вообще не человек. Я домовой, барабашка, полтергейст, квартирный демон. Называйте меня, как хотите. Понять, кто я и для чего, сам не могу. Жуть как надоело сидеть в одиночестве, и решил я поделиться, кое-какими мыслишками. Мысли вслух и на бумаге, от бабайки на диване.

Об авторе.

Уже само название этой книги выглядит как путешествие в заманчивое далеко: вот сад, подернутый рассветной дымкой, вот юные жулики, пришедшие за чужими яблоками. Это образы из детства героя одной из повестей книги Анатолия Михайлова.С возрастом придет понимание того, что за «чужие яблоки» – читай, запрещенные цензурой книги и песни, мысли и чувства – можно попасть в места не столь отдаленные.

Раннее утро. Серебряная протока спит. Спят тальники, валом подступившие к берегу, спят травы, спит рыба. Пожелтевшие листья демку — стрелолиста — отчетливо выделяются на темной, торфянистого цвета воде. Вперемежку со стрелолистом лежат красноватые узорчатые листья чилима и зеленые блюдечки кувшинки. В глубине, сквозь коричневатую толщу воды можно увидеть стелющуюся по дну траву, сочную нитчатку, гибкую и шелковистую.

Небольшой рассказ-шутка  об особенных людях из необыкновенного села…

Скандинавия, Х век. Йомсвикинги недавно разбиты в морском сражении, история Норвегии принимает новое направление. Эти события затрагивают даже бывшего йомсвикинга Гутхорма, живущего в самой глухой норвежской провинции.

Нет. Так не бывает. Что-то с теми рыбами было не то. Определённо. Потому что всегда что-то из-за них случается. Как и снова сказочная , в смысле тот сказочный алгоритм: раз — два — три. С тою лишь разницей, что в.

сказках это разы, в которые чудеса творятся. А у нас — аквариумы. И, ведь, никто не поверит в то, что такое бывает. Но. После того, что случилось с моей Аськой, поневоле задумаешься: А сколько сказки в сказке (?!), в смысле — вымысла сколь? Потому что все сказки — далеко не сказки.

«Загадочный Чонрэй» – фантастический роман Юлии Архаровой, первая книга цикла «Школа на краю света», жанр детективное фэнтези, приключенческое фэнтези.

Еще недавно Стася числилась в длинной очереди претендентов на престол и была лучшей ученицей магической академии, а теперь всего лишь обычная студентка в чужой стране – сирота без денег и друзей.

Первый перевод басен Эзопа на русский язык был напечатан в Амстердаме в 1700 году.

Издание обратило на себя внимание русских писателей, и вскоре появились стихотворные переложения басен Эзопа, сделанные Кантемиром и Тредьяковским. Но эти первые опыты не отличались большими поэтическими достоинствами. Значительно интереснее басни Ивана Ивановича Хемницера, придавшего русской басне черты самостоятельности, художественности и народности.

«…Туманная стена. Теперь она отчётливо виднелась впереди, манила и добавляла сил, подбадривая и обещая отдых и покой. Она словно звала. Её мерцание не позволяло остановиться ни днём, ни ночью.

И вот уже трое суток я упорно ползла вперёд.

К той далёкой и в то же время близкой и манящей клубящейся занавесе, за которой я наконец-то обрету счастье.

"У меня всегда была потребность говорить о себе... Первый вопрос, который у меня возникал всегда, был такой: что значит быть женщиной? Я думала, что тотчас на него отвечу. Но стоило внимательно взглянуть на эту проблему, и я поняла прежде всего, что этот мир сделан для мужчин..." - так писала о себе Симона де Бовуар, классик феминистской литературы, чья женская и творческая жизнь протекла рядом с великим Жан-Полем Сартром, но не в тени Сартра.