Маша в хрущёвскую оттепель

Об аудиокниге

Здравствуй дорогой друг! В этой повести (ан нет, в сказке) всё перемешано.

Маша родилась: по одним данным где-то в Иркутской области, а по другим — на острове Сахалин.

И время рождения у неё непростое: практически она появилась на свет в далёком 1956 году, а теоретически в 1970 и имеет черты лица, и биографию автора (ну или авторки — кому как угодно).

У власти же в те годы стоял: по одним гугл-яндекс запросам дяденька Хрущёв, а по другим — дяденька Брежнев.

Но в этой книге мы не будем упоминать дорогого Леонида Ильича Брежнева, а весь сарказм обрушим на голову ни в чём неповинного Никиты Сергеевича Хрущёва.

И не спрашивай почему именно так, а не иначе? Потому что я не отвечу.

Ну вот, вроде тебе теперь будет всё понятно в этой повести, кроме одного: в каком году сказочный Юрий Гагарин полетел в космос, и почему дружочек Маши — Вася так жутко завидовал герою?

Ведь ты же не завидуешь? Не завидуешь. Странно, не правда ли? Итак, мы Начинаем

Жила-была Маша:

что ни день, то краше,

что ни ночь, то моложе

Она говорила: «Боже,

с таким раскладом

я дойду до детсада!»

И ведь дошла же!

Слушай первую нашу лажу.

Слушать Маша в хрущёвскую оттепель онлайн бесплатно

Еще от автора Инна Фидянина-Зубкова

Где-то там, в лесу стоят волшебные домики, и в них живут вовсе не гномики, а обитают сказочные коты. И все сказки, которые знаешь ты, написаны сказочниками-котами.

Вот-вот, длинными, долгими вечерами твоя мама откроет сказку о Русалке или Златовласке... Знай, этим сказкам редактор — кот, который в доме своем живёт на самой окраине леса.

Новая былина. Жил да был богатырь. Так себе богатырь, ни умом, ни силою не горазд. Все так и говорили: «Странный богатырь. Не богатырь, а богатырешка, что увидит, то и тырит.».

А что стырит, то и съест. А как съест, так и подрастёт. Вот так подрастал богатырь, подрастал да и подрос. Стал, как башня матросска, не богатырешка, броский!

Это и есть у сказки начало.

Где-то там в Сибири, у самой её середине стоит столб железный… а может быть медный… или алюминиевый… впрочем, неважно. Гутарят, что это и не столб вовсе, а ось земная! Один её конец в болото Великое уходит, что в области Волгодской, а другой у тундру Якутскую. И оба эти конца матерь землю насквозь протыкают, а на полюсах в большущие узлы скручиваются и в небо уходят.

Новая былина. Во стольном граде, сто раз оболганном, в Московии далёкой, за церквями белокаменными да за крепостями оборонными, жил да правил, на троне восседал царь-государь Николай Хоробрый, самодур великий, но дюже добрый: народу поблажку давал, а на родных детях отрывался. И была у царя супружница — молодая царица свет Забава Путятична красоты неписаной, роду княжеского, но с каких краёв — никто не помнил, а может и помнить было не велено.

Ой да в той Московии далёкой, в тёмных лесах подмосковных, где намертво засели наши ёлки, ели… Жила, гуляла да прохлаждалась могучая, русская богатырша, поляница удалая Настасья дочь Микулична. И дела её хороши были — бошки богатырям отрывать да тела на кулак наматывать. Но наступили невесёлые для поляницы годы. Богатыри занятие себе нашли.

Воспоминания о семье и детстве автора. Все имена и фамилии в точности соответствуют реальным людям.

Место действия: о.Сахалин, посёлок Мгачи 1970-80-ые годы.

Прошел год. Диане исполнилось двенадцать лет, а Алисе целых тринадцать.

— Боже, какая я старуха! — говорила старшенькая, глядя на себя в зеркало.

— Не поминай бога всуе в советской семье, баба Алиса! — ухмылялась баба Валя, проходя мимо.

Кстати, Валентине Николаевне весь этот год жилось очень хорошо, она нашла новую жертву для своих сказок: «Колобок», «Теремок» и «Репка».

Популярное в жанре Роман

В произведениях русского писателя Владимира Гиляровского со всей полнотой отражена его бурная, богатая событиями, встречами и приключениями жизнь: около 10 лет он скитался по России, работал бурлаком, пожарным, объездчиком диких лошадей, провинциальным актером. Гиляровский был одним из лучших репортеров столичной прессы, его «коньком» были уголовная хроника и репортажи, он писал о самых заметных и нашумевших событиях, его называли «королем репортеров».

Когда рухнула страна, нас держала на плаву любовь.

Та, что побеждает смерть.

Внешне все замечательно у Петра Манусевича в жизни. Он заведующий кафедрой в московском институте, считается авторитетом по определенной эпохе российской истории, супруга — красавица блондинка… Однажды на свой день рождения мать совершила вроде малозначимый поступок, но именно он стал причиной сердечного приступа у Петра и цепочкой последующих событий, которые перевернули всю его жизнь.

Рассказ Владимира Набокова «Гроза» является своеобразным пересказом библейской легенды о пророке Илье и ученике его Елисее. Однако перенесенное Набоковым действие в наше время «обрастает» своими деталями и подробностями, приобретая независимость (быть, может, не полную) от оригинального сказания.

Нет у меня ни имени, ни фамилии. Я вообще не человек. Я домовой, барабашка, полтергейст, квартирный демон. Называйте меня, как хотите. Понять, кто я и для чего, сам не могу. Жуть как надоело сидеть в одиночестве, и решил я поделиться, кое-какими мыслишками. Мысли вслух и на бумаге, от бабайки на диване.

Об авторе.

Уже само название этой книги выглядит как путешествие в заманчивое далеко: вот сад, подернутый рассветной дымкой, вот юные жулики, пришедшие за чужими яблоками. Это образы из детства героя одной из повестей книги Анатолия Михайлова.С возрастом придет понимание того, что за «чужие яблоки» – читай, запрещенные цензурой книги и песни, мысли и чувства – можно попасть в места не столь отдаленные.

Какими непослушными, несправедливыми и злыми могут быть дети! Как трудно бывает найти с ними общий язык. И, когда подвергнешь их справедливому наказанию, вид горя вызывает глубокую к ним жалость. Взрослые могут испытывать чувство дискомфорта и вины. А, как трогательны бывают дети в моменты раскаяния, когда просят прощения. И как становится взрослым легко в такие моменты, как хочется угодить поощрить.

Раннее утро. Серебряная протока спит. Спят тальники, валом подступившие к берегу, спят травы, спит рыба. Пожелтевшие листья демку — стрелолиста — отчетливо выделяются на темной, торфянистого цвета воде. Вперемежку со стрелолистом лежат красноватые узорчатые листья чилима и зеленые блюдечки кувшинки. В глубине, сквозь коричневатую толщу воды можно увидеть стелющуюся по дну траву, сочную нитчатку, гибкую и шелковистую.

Небольшой рассказ-шутка  об особенных людях из необыкновенного села…

Этот рассказ молодого автора Комкова о детских воспоминаниях «трудного» ребенка, порой не всегда радужных, о событиях давних лет с неожиданной и недетской развязкой.

Опубликовано в журнале Новый Мир, в 2017 году.

Рекомендуется прослушивать в наушниках.

Вам также понравится

Путь наверх – фантастический роман, шестая книга цикла «Даяна I», жанр боевое фэнтези, ЛитРПГ.

Снова попал в переплёт? Не нравится, что тобой опять манипулируют? Узнал, что тебе врали?

Тогда действуй так, как считаешь нужным, ибо руки у тебя теперь развязаны!

И пусть враги дрожат в ожидании Мглы..

После трагедии с Николаем Караченцовым вся страна узнала о любимой супруге актера, о творческом и семейном союзе двух любящих сердец. В книге рассказывается о работе Николая Караченцова и Людмилы Поргиной в театре и кино, много подробностей о семейной жизни, о друзьях и коллегах. Она адресована тем, кому не безразлично творчество замечательных артистов, кто неравнодушен к судьбе Николая Караченцова.

В этот сборник вошли исторические мемуары графа Б. Х. Миниха — русского государственного и военного деятеля; мемуары его сына Эрнста Миниха, письма леди Рондо — жены английского дипломата, прожившей в России несколько лет, мемуары Н. Б. Долгорукой — дочери фельдмаршала Б. П. Шереметьева, мемуары М. В. Данилова — майора от артиллерии, относящиеся к эпохе дворцовых переворотов 1720–1760 годов.

В библиотеках не обитают девушки-кролики. Однако, вопреки здравому смыслу, Сакута Адзусагава случайно встретил там дикую девушку-кролика. Более того, она – ученица той же школы, что и Сакута, известная актриса Май Сакурадзима, которая на время оставила съёмки. Несколько дней назад почему-то люди перестали её замечать, и случай в библиотеке лишь подтверждает это.