Клиника жертвы

Судье Ирине Поляковой поручают простое, но громкое дело: известный общественный деятель Смульский по неосторожности убил преследовавшую его поклонницу. Он пытался спасти девушку, а когда это не удалось, явился с повинной. Судья склонна назначить самое мягкое наказание, ведь девушка запугивала семью Смульского, подсылала к его жене и дочери бандитов… Но верная помощница Ирины Гортензия Андреевна видит в этом деле второе дно, а Ирина привыкла доверять интуиции старой учительницы.

Освобождается должность председателя суда, и кандидатура Ирины Поляковой – первая в списке. Нужно всего лишь доказать свою лояльность и вынести обвинительный приговор пилотам, совершившим аварийную посадку пассажирского самолета. Это вопрос государственной важности – самолет новый, и крайне важно, чтобы причиной аварии официально был признан человеческий фактор, а не технические и конструктивные недоработки.

Успешная модель Наташа и ее жених, нейрохирург Дмитрий Миллер, — довольно странная на первый взгляд пара.

Он мрачен, ревнив, профессиональные достижения для него важнее человеческих чувств.

Она устала от треволнений карьеры и мечтает быть хорошей женой и матерью.

Как и все книги Марии Вороновой, "Клиника потерь" - о врачах, об их будничной работе, требующей огромного нервного напряжения. О том, что происходит с ними, когда лампы операционной погасли, рабочий день давно позади, но уснуть невозможно... Читателям Вороновой уже знаком профессор Дмитрий Миллер. Несмотря на блестящее хирургическое мастерство и мужскую привлекательность Миллера, медсестры отказываются с ним работать.

Судье Ирине Поляковой впервые доверили сложное «хозяйственное» дело о хищениях, которые произошли во время съемок фильма. Ирина, привыкшая судить маньяков и убийц, волнуется, а потому рассматривает дело особенно внимательно. Только не сфабриковано ли обвинение властями, чтобы наказать знаменитого режиссера за смелые высказывания? Потому что истинный творец воровать не-мо-жет! И уж тем более – создавать преступную группу, вовлекая в преступные дела экономистов, закройщиков, строителей… Юная артистка Настя твёрдо уверена – такая любовь, как у них с режиссёром Соломатиным, длится вечно.

В романах этого автора любовь – это работа, это верное служение, это радость от возможности сделать любимых счастливыми, это преданность профессии. И всё настоящее, сердечное и человечное.

Суд идёт. Так вышло, что и народные заседатели, и судья – женщины. А подсудимый – маньяк, убивший шесть красавиц. Не должно быть ему ни снисхождения, ни сочувствия, да и высшее руководство настоятельно требует не тянуть с вынесением обвинительного приговора.

Ирине предстоит судить коллегу, прокурора Макарова, виновного в ДТП со смертельным исходом. Сам он не помнит, что произошло, но свидетели единодушны – Макаров на большой скорости выехал на полосу встречного движения. Народ требует самого сурового наказания для зарвавшегося чиновника, да и сама Ирина считает, что прокурор заслуживает кары, как никто другой, только в деле, как всегда, есть нюансы, с которыми надо разобраться…

Медицинская сестра Диана мечтает вырваться из бедности. И ей выпадает счастливый случай: в больницу, где она работает, без сознания попадает директор известной клиники пластической медицины. Диана выхаживает его и... надо ли сообщать проницательному читателю Марии Вороновой, что между красивой профессиональной медсестрой и богатым пациентом возникает роман? Яков Михайлович талантлив, остроумен и в меру циничен.

Деньги можно зарабатывать разными способами, например испытывая новые модели обуви: ходишь себе по улицам, разнашиваешь ботинки (чтобы потом написать отчет) и размышляешь при этом о «глобальной странности жизни», изыскивая все возможные пути этой жизни противостоять.

Герой Генацино, при всей его своеобычности, очень понятен и, пожалуй, симпатичен, ибо кто из нас свободен от самого себя, даже если удается быть свободным от обстоятельств...

Игра восприятия, из одной линии жизни в другую, описывая многогранность одного и того же события.

Причудливое переплетение фантастики и реальности, мифологии и сатиры, истории и современности.

Действие романа разворачивается в большом среднеазиатском городе в дни, наполненные драматическим ожидание очередного землетрясения.

Тимур-хаджи Пулатов — один из известнейших прозаиков бывшего СССР, народный писатель Узбекистана и Таджикистана.

Это книга о наших с вами современниках — священнослужителях Русской Православной Церкви, о тех, кого называют Ангелы Церкви. Вам предстоит погрузиться в их непростые судьбы, обрамленные в литературно-художественном изложении.

Здесь и бывший десантник, ставший сельским батюшкой, и иподиакон Святейшего Патриарха, и даже клоун, который не иначе как Промыслом Божьим становится в один ряд с воинами Господа Иисуса Христа и Домостроителями тайн Божьих.

Мифическая птица Феникс, сгорая, воскресает такой же.

Герой новой книги Алексея Слаповского, регулярно теряя память, каждый раз становится иным и никак не может понять, кто он — настоящий. Хорошо, если богатый и добрый, а ну как бедный и злой? Да еще, упаси бог, вор или бандит? Слишком много задатков обнаружилось — и все разные. С одного бока посмотришь — белое крыло.

Сам по себе человек — ничто. Только его любовь к кому-то имеет смысл. Эту простую истину предстоит понять Бруно и его близким. Через переживание бурных страстей, ревности и ненависти они находят путь к великому чуду любви. В романе Айрис Мердок «Сон Бруно» превосходно сочетаются интеллектуальное развлечение и великие традиции классической литературы.

Произведения В. А. Курочкина — одни из самых искренних и пронзительных о Великой Отечественной войне. Суровая правда о войне в повестях В. Курочкина смягчается романтикой подвига и юмором, спасавшим людей в нечеловеческих условиях военного времени.

Повесть «Наденька из Апалева» — рассказ о нелегкой судьбе деревенской девушки.

«…Натыкаясь во тьме на плетни, я храбро шагал по лужам грязи от окна к окну, негромко стучал в стёкла пальцем и провозглашал:.

– Пустите прохожего ночевать?!

В ответ меня посылали к соседям, в «сборню», к чёрту; из одного окна обещали натравить на меня собак, из другого – молча, но красноречиво погрозили большим кулаком. А какая-то женщина кричала мне:.

Делай добро и бросай его в воду! Оно не пропадет — добром к тебе вернется...

Студия "МедиаКнига" представляет «Триптих» - аудиокнигу «Последнего русского писателя», являющегося по праву одним из крупнейших русских писателей последних десятилетий – Саши Соколова. По оценкам многих коллег и критиков Саша едва ли не превзошел великого мастера - Набокова. А по значимости вклада в русскую литературу среди современников ему сопоставляют лишь Бродского.

Приграничье – кусок нашего мира, вырванный в края вечного холода. Но даже текущая с Севера стужа не способна полностью перекроить законы природы. Лето, пусть короткое и нежаркое, приходит и в Форт. У Николая Гордеева и Вячеслава Хмелёва свои планы на лето.

Одного манит таинственное озеро на северо-западе, другой хочет привести в порядок дела.

Приграничье – вырванный в края вечной стужи кусок нашего мира. Угодить туда может любой, достаточно просто оказаться не в том месте и не в то время, а вот выбраться обратно не под силу ни простым людям, ни сильнейшим колдунам. Но что, если обычный мир и Приграничье свяжет стабильный переход? Как повлияет текущая с той стороны магия на нашу реальность? К каким последствиям приведет подобное воздействие, скольких чудовищ породит? И не придется ли в итоге привлекать к делу чистильщика? А если придется, то справится ли с проблемой Александр Леднев по прозвищу Лед?

Милвертон — король всех шантажистов. Завладев чьей-то тайной, он с улыбающейся физиономией и каменным сердцем выжимает жертву досуха. Он готов уплатить очень высокие суммы за письма, компрометирующие людей богатых или с положением, и получает этот товар от лакеев, горничных и от других мерзавцев. Он разорил несколько знатных фамилий. Он будет несколько лет держать про запас карту, чтобы пойти ею в тот момент, когда ставки в игре будут самые высокие.

"… Оно потому и страшное, что вас им вечно пугают...".

Чтец норм, а вот рассказик так себе. В который раз жалею, что нет возможности оценивать чтеца и читаемое отдельно.