Иллюзии и безумие (Сборник)

Мне исполнилось тринадцать лет, когда меня провозгласили королем Капоты. Я как раз сидел в своей комнате и в отметке «неудовлетворительно» под сочинением стирал буквы «н» и «е». Мой отец Свин Ин I Капотский уехал на месяц охотиться в горы, и я должен был послать ему свое сочинение с королевским гонцом.

Порой иллюзии могут довести до безумия, а безумие зачастую рождает иллюзии. Эклектичный, полижанровый сборник рассказов от классиков до современников, зарубежных и отечественных авторов, от мрачной мистики до лиричной классики.

 Содержание: .

01. Генрих Бёлль - Не только под Рождество.

02. Леонид Андреев - Бездна.

03. Стефан Цвейг - Незримая коллекция.

Война выбила его поколение из равновесия. Отец никогда не говорил об этом, но я уверен: все дело в комплексах. Отсутствие душевной гигиены выражается в болезненном желании быть негигиеничным и физически.

Герои радиопьесы - пожилые супруги Клара и Мартин - вспоминая молодость, говорят о детях. Смертельная болезнь Клары дает им право быть предельно откровенными и искренними.

Роман «Женщины у берега Рейна» был опубликован четыре недели спустя после смерти автора. В этом романе, как и в последних крупных прозаических произведениях Генриха Бёлля, его дар видеть в частной судьбе отражение судеб эпохи, его «репортажный» стиль, его безупречная точность в характеристиках проявляются в наглядной, почти классической, полноте.

За мое грустное лицо они приговорили меня к десяти годам, точно так же как в прошлый раз приговорили к пяти годам за мое счастливое лицо. Впредь, если мне удастся пережить ближайшее десятилетие в условиях всеобщего счастья и мыльной благодати, я уж постараюсь не иметь никакого лица…

Так же как и другие романы Генриха Бёлля о "белых воронах" – людях тонких, уязвимых, часто неприкаянных, но не могущих и, главное, не желающих жить так, "как все".

Я знаю, что все это глупо. Мне вообще не следовало туда ходить; это так бессмысленно, и тем не менее я живу тем, что хожу туда. Одна-единственная минута надежды и двадцать три часа и пятьдесят девять минут отчаяния. Этим я и живу……

Был ливень, и путник остановился у первого попавшегося дома в миле от деревни. Казалось, дом был пуст, но вскоре из-за сирени показался человек, чем-то напоминавший манекен из мастерской портного. У него-то опрометчивый путник и попросил укрыться от дождя.

Ужас бездн окутывает риф, по праву названный Рифом Дьявола.

Он таится и ждёт, пока кто-то не осмелится нарушить покой водных глубин…

Когда подошло время рожать, Алиса неожиданно осознала, что внутри ее тела таится настоящий убийца. Роды ей удалось пережить, но дальше стало только хуже…

Главный герой рассказывает о том, как однажды, глядя из окна на ночное небо и Полярную звезду, он уснул и увидел красивый город, выложенный из мрамора. С тех пор он часто во сне посещал этот город, называвшийся Олатоэ, постепенно превращаясь из простого наблюдателя в полноценного его жителя и вступая в контакты с его обитателями — рослыми сероглазыми людьми.

Сон был страшным и дурацким одновременно. Снилось, будто я снова в Зачарованном лесу, вокруг ночная мгла, и только звёздный свет беззвучным водопадом проливается сверху. Из тьмы под кукурузо-деревьями вырисовывается силуэт, я приглядываюсь – это Шатун. Он слишком высок, лицо пропадает где-то наверху, а мне лень задирать голову. Он что-то говорит, и я с трудом понимаю, о чём речь: он зовёт меня бороться с Заблудшими.

Холмы на северо-западе штата Нью-Джерси — местность достаточно дикая, чтобы порождать страшные истории о забредших в чащу путниках и не возвратившихся оттуда. Эти рассказы оживают в пору темнолуния.

Вот и в этот раз происходят зверские убийства. Жертвой неизвестного может оказаться кто угодно: мужчина, женщина, даже ребенок! Узнать страшную правду о происходящем предстоит Кейту Прайору...

Лето. Двое парней заходят на старый автовокзал в поисках спасения от жары. А в нем — туалет… В который лучше не заходить…

Кто сказал что хороший подарок для жены это букет цветов и новые побрякушки?

Эд — простой школьный уборщик. Не все в его жизни ладно, но многое меняется, когда в котельной он находит старую перчатку. Кожаную перчатку с длинными стальными лезвиями, прикрепленными к пальцам.

Историю эту рассказывает друг покойного священника, о которой тот написал. Фредерик остался сиротой и рос у своего деда — приходского священника. Отправившись учиться в университет, он стал замкнутым и почти не виделся с дедом. Под чужим именем он сближается с девушкой, но не романтические чувства двигают им, а оокультные взгляды. Он ставит странные эксперименты на ее сознании, отчего она погибает.

Она – успешный организатор свадеб. Он – отец жениха. Как она смогла стать невестой отца жениха?

– Ты должна организовать свадьбу, а не сорвать её! – орал на меня заказчик.

– Ну, знаете ли, не я воспитывала плохие привычки в вашем сыне.

– Дерзишь? – его глаза сузились, а у меня по спине прошел холодок.

– Я не провоцировала вашего сына, он сам…

Читеров на Континенте хватает, ведь это популярное прозвище. Но лишь один из них тот, кого сам неназываемый вспоминать боится. Да, это именно он: удачливый, неудержимый, легендарный, целеустремленный. И еще поговаривают, что он слегка ненормальный. А может, не слегка.

Шаг за шагом, километр за километром, все дальше и дальше на восток к самой важной для него цели.

Из уст в уста передаются рассказы о таинственном новичке, который идет с запада на восток. Его путь прямой, а цель ясна. Он не обходит преграды, он их уничтожает. Ничто не в силах его остановить: ни могущественные враги, ни матерая элита зараженного мира, ни даже сам неназываемый.

На плече крупнокалиберная винтовка, из которой лучший стрелок Континента способен убить за километр с одной руки; на поясе меч, запросто сносящий головы нолдам; за спиной рюкзак, набитый несметными сокровищами.

По мотивам одноименного романа.

Радиоспектакль в 5-и частях.

Роман немецкого писателя Томаса Манна стал бест-селлером сразу после выхода в свет, а в 1929 году за него автору была присуждена Нобелевская премия. «Будденброки» — это семейная сага, описывающая упадок рода в четырех поколениях, ставшая классикой. Множество ярких характеров, трогательные эпизоды и ироничный тон автора прекрасно раскрываются в радиопостановке.