Храм на костях

«I Have No Mouth, and I Must Scream» считается одним из знаковых рассказов в научной фантастике, касающейся вопросов взбунтовавшегося искусственного интеллекта и для киберпанка в частности. В 1968 году он получил премию Хьюго.

Холодная война, потребовавшая мощностей суперкомпьютеров, привела к тому, что сразу несколько государств занялись созданием небывалой величины вычислительных машин под землей.

Судьба сковала нерушимой клятвой менестреля Феликса Ягера и изгнанника-гнома Готрека, прозванного Победителем Троллей. Вместе путешествуя по Империи они преодолевают опасности и беды. И в конечном итоге становятся друзьями.

Воспользовавшись карнавальной суетой, некромант пробрался в морг, чтобы исключительно в исследовательских целях позаимствовать у трупов кое-какие органы. И надо же такому случиться, чтобы именно в этот момент началось массовое возрождение мертвецов. Не похоже, чтобы это было случайностью.

Бушует эпидемия вируса, вызывающего «кивательную болезнь». И внезапно в автомобильном кинотеатре Джона и его отца теперь каждый день аншлаг.

Первое из произведений братьев Стругацких, в котором «пересеклись Прошлое, Настоящее и Будущее», возникла тема Прогрессоров и тема этической состоятельности вмешательства высокоразвитой цивилизации в развитие цивилизации нижестоящей.

Рассказ — лауреат премии «Хьюго» 2011 года. Реальная история человека, потерявшего семью в катастрофе, Джефф Хелберт надломлен случившимся и чтобы не сойти с ума, вообразил себя Императором Марса. И ему стали подыгрывать остальные сотрудники станции на Марсе...

Награды:.

Премия читателей журнала «Азимов» («Короткая повесть», 2011 г.)

Хьюго («Короткая повесть», 2011 г.)

Вернувшись вечером с работы, Гарри Циммерман обнаружил у себя на столе конверт с пластиковой карточкой внутри. Надпись на карточке гласила: «ГОСТЕВОЙ ПРОПУСК В КАРМИЧЕСКИЙ БАНК. ДЕЙСТВИТЕЛЕН НА ОДИН ЧАС».

Иногда, когда тебе чего-то очень хочется, это может исполниться, надо только очень хотеть…

Творческий кризис, ссоры с братом, загадочное прошлое родителей, над которым постоянно ломаешь голову, — жалуясь на все это, молодой писатель Андрей Белосельский вряд ли хотел видеть своим «помощником» падшего ангела. Но никакой ропот не остается безответным — и вот уже дух зла на пару с ведьмой-компаньонкой тут как тут, предлагают свои привлекательные услуги, взамен ожидая получить, как водится, еще одну человеческую душу.

У портного Слобольда дела идут неважно. Клиентов нет, а помощника вообще пришлось уволить. Но не всё так плохо, ведь пришёл клиент от какого-то Клиша, и теперь у Слобольда есть заказ. Хотя заказ престранный, так как требуется платье необычной формы…

Я, Виола Тараканова, не могу жить без преступлений. Притом они меня сами находят! На этот раз все началось с того, что во время моего визита у Аси Бабкиной случилось страшное горе – умерла дочь Ляля. Уснула и не проснулась… Но похоронили совсем не ее, а другого ребенка. Чтобы развестись с постылым мужем и сохранить за собой дочь, Ася согласилась на помощь соседа-врача, ее любовника.

Буало-Нарсежак (Пьер Буало и Пьер Эро) остаются верны своей теме и в очередном романе, который называется «Лица во тьме». Человек в обычной жизни оказывается в самых необычных ситуациях. И ему ничего не остается, как приспосабливаться к предложенным судьбой условиям. Хватит ли ему воли выжить в предложенных обстоятельствах, тяжесть коих ложится не только на него, но и на тех, кто окружает героя – любимые, родные вынуждены нести это бремя вместе с ним… Мы видим в романе не только развитие сюжета, но и вместе с героем переживаем его внутреннее состояние.

Вы читали или слушали дилогию «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок» Ильфа и Петрова? Любой образованный человек скажет: «Конечно, читал!» Или: «Конечно, слушал!» А на самом деле: «Конечно же нет!!».

Потому что до сих пор эта дилогия издавалась не полностью и не в том виде, в каком его написали авторы, а в том, в каком его «разрешили» советские редакторы и советская цензура.

Анотация к сборнику "Государственное дитя":.

Вячеслав Пьецух (1946), историк по образованию, в затейливых лабиринтах российского прошлого чувствует себя, как в собственной квартире. Но не всегда в доме, как бы мы его не обжили, нам дано угадать замысел зодчего. Так и в былых временах, как в них ни вглядывайся, загадки русского человека все равно остаются нерешенными.