Город страха

Парень и девушка, любят проводить свободное время исследуя заброшенные места. По наводке нового друга, они отправляются в заброшенный трехэтажный санаторий. И вроде бы все идет довольно неплохо. Пока не начинают происходить жуткие события...

Миром правит гармония красоты, но ценим ли, понимаем ли мы её?

Нам нравятся красивые люди, вещи, совершенство форм, цвета, вкуса, запаха, звуки музыки…

Наше естество стремится к Абсолюту, но насладившись его совершенством знаем ли мы, что делать дальше? Как обойтись с чувствами, переполнившими нас в момент осознания прекрасного?

«И что с того? Красота на то и красота, чтобы ей просто наслаждаться!» — резонно возразите вы, и будете правы! Но камень преткновения в дальнейшем пути: мы будем, вдохновившись — созидать, или погрязнем в стремлении брать всё больше, не задумываясь о последствиях?

В этом рассказе мельком фигурирует известный некоторым читателям по другому произведению свободный художник, но в основном речь пойдёт о приключениях во сне и на Луне более скромного персонажа. Хотя, это, как посмотреть, — взялся же он добиваться лобзаний от малознакомой особы… Впрочем, возможно, кто-то сочтёт, что главную в этой истории роль играет почтенный борода общества Грымс Кукурбит.

История первая. Куда, собственно, деваются похищенные дети…

Ужас бездн окутывает риф, по праву названный Рифом Дьявола.

Он таится и ждёт, пока кто-то не осмелится нарушить покой водных глубин…

Сон был страшным и дурацким одновременно. Снилось, будто я снова в Зачарованном лесу, вокруг ночная мгла, и только звёздный свет беззвучным водопадом проливается сверху. Из тьмы под кукурузо-деревьями вырисовывается силуэт, я приглядываюсь – это Шатун. Он слишком высок, лицо пропадает где-то наверху, а мне лень задирать голову. Он что-то говорит, и я с трудом понимаю, о чём речь: он зовёт меня бороться с Заблудшими.

Был ливень, и путник остановился у первого попавшегося дома в миле от деревни. Казалось, дом был пуст, но вскоре из-за сирени показался человек, чем-то напоминавший манекен из мастерской портного. У него-то опрометчивый путник и попросил укрыться от дождя.

Лето. Двое парней заходят на старый автовокзал в поисках спасения от жары. А в нем — туалет… В который лучше не заходить…

Эд — простой школьный уборщик. Не все в его жизни ладно, но многое меняется, когда в котельной он находит старую перчатку. Кожаную перчатку с длинными стальными лезвиями, прикрепленными к пальцам.

Историю эту рассказывает друг покойного священника, о которой тот написал. Фредерик остался сиротой и рос у своего деда — приходского священника. Отправившись учиться в университет, он стал замкнутым и почти не виделся с дедом. Под чужим именем он сближается с девушкой, но не романтические чувства двигают им, а оокультные взгляды. Он ставит странные эксперименты на ее сознании, отчего она погибает.

(От автора) ... Адрес – это маленькая жизнь. Ограниченная не только географией и временем, но и любимыми вещами, видом из окна во двор, милыми домашними запахами и звуками, присущими только этому месту, но главное, родными, этот дом наполняющими. Перед вами новый роман про мой следующий адрес – Кутузовский, 17 и про памятное для многих время – шестидесятые годы.

Путешествуя во времени, Говард Карпентер ожидал встретить в верхнемеловом периоде всё, что угодно, но никак не двух детей, да ещё и с Марса. Пережив вместе опасные приключения, брат и сестра привязались к Говарду, но время и расстояние не оставили им никаких шансов на продолжение дружбы.Или всё-таки маленький шанс остался? .

Удивительно знакомый и в то же время чужой мир. Мир, где не было Второй мировой, и где в 2020 году высокотехнологичные армии корпораций спорят за мировое господство с владеющими магией аристократами.

Там ему было тридцать пять. Здесь нет и пятнадцати, зато проблем на все сто – ненависть неожиданных родственников, перечеркнутый бастардной перевязью герб, презрение окружающих и запретный дар, применение которого грозит смертной казнью.

Стоял поздний октябрь, и округу Мускаунти, который лежал в четырёхстах милях откуда бы то ни было, угрожала опасность быть стёртым с лица земли. На эти места обрушилась небывалая засуха, и — стоило только вспыхнуть искре — все городки, фермы и леса округа при сильном ветре могли в одночасье превратиться в пепел. Добровольцы, организовавшие пожарные расчёты, дежурили на улице все ночи напролёт, а прихожане четырнадцати церквей округа молились о снеге.