Бал на лестничной площадке
Борис Рахманин известен читателям и как поэт — автор сборников стихов, и как мастер поэтической прозы, для которой — с одной стороны — характерно сочетание романтического взгляда автора на жизнь, элементы фантастики, притчи, а с другой стороны — точное, образное описание быта, труда, нравственных исканий наших современников.
«Бал на лестничной площадке» — лирические размышления о сущности прекрасного в человеке, о доброте, о широте души нашего современника. Повесть написана в характерной для Б.Рахманина манере: живое, образное бытописательство сочетается у него с элементами фантастики, с притчевой, сказочной интонацией. Этот своеобразный прием позволяет писателю ярче выявить и высокую романтику наших дней, и поэзию будничной, привычной жизни.
Слушать Бал на лестничной площадке онлайн бесплатно
В произведениях русского писателя Владимира Гиляровского со всей полнотой отражена его бурная, богатая событиями, встречами и приключениями жизнь: около 10 лет он скитался по России, работал бурлаком, пожарным, объездчиком диких лошадей, провинциальным актером. Гиляровский был одним из лучших репортеров столичной прессы, его «коньком» были уголовная хроника и репортажи, он писал о самых заметных и нашумевших событиях, его называли «королем репортеров».
Внешне все замечательно у Петра Манусевича в жизни. Он заведующий кафедрой в московском институте, считается авторитетом по определенной эпохе российской истории, супруга — красавица блондинка… Однажды на свой день рождения мать совершила вроде малозначимый поступок, но именно он стал причиной сердечного приступа у Петра и цепочкой последующих событий, которые перевернули всю его жизнь.
Нет у меня ни имени, ни фамилии. Я вообще не человек. Я домовой, барабашка, полтергейст, квартирный демон. Называйте меня, как хотите. Понять, кто я и для чего, сам не могу. Жуть как надоело сидеть в одиночестве, и решил я поделиться, кое-какими мыслишками. Мысли вслух и на бумаге, от бабайки на диване.
Об авторе.
Уже само название этой книги выглядит как путешествие в заманчивое далеко: вот сад, подернутый рассветной дымкой, вот юные жулики, пришедшие за чужими яблоками. Это образы из детства героя одной из повестей книги Анатолия Михайлова.С возрастом придет понимание того, что за «чужие яблоки» – читай, запрещенные цензурой книги и песни, мысли и чувства – можно попасть в места не столь отдаленные.
Раннее утро. Серебряная протока спит. Спят тальники, валом подступившие к берегу, спят травы, спит рыба. Пожелтевшие листья демку — стрелолиста — отчетливо выделяются на темной, торфянистого цвета воде. Вперемежку со стрелолистом лежат красноватые узорчатые листья чилима и зеленые блюдечки кувшинки. В глубине, сквозь коричневатую толщу воды можно увидеть стелющуюся по дну траву, сочную нитчатку, гибкую и шелковистую.
Михаил Королюк - Спасти СССР. Манифестация. Легко ли это – столкнуть колесо истории с наезженной колеи? Да в нужную сторону? Андрей Соколов пытается. Он еще помнит, как жилось в СССР, и знает, что было потом.
В подарок от Сущности, что послала его корректировать прошлое, он получил молодое тело и доступ к знаниям всего человечества. Но хватит ли этого, когда ты вновь стал порывистым подростком и жизнь, что на расстоянии вытянутой руки, для тебя не менее важна, чем вызываемые тобой движения геополитических плит за горизонтом? Его ищут могущественные спецслужбы, о нем думают мировые политики.
Сингапур недалекого будущего стал мировой столицей бизнеса и развлечений. Потребление достигло предела, мораль вышла из моды, религии превратились в фастфуд. Человечество погрязло в разврате и излишествах. А у элиты появился новый, особый вид развлечений – цифровой наркотик под названием «Персональные Реальности». В них можно удовлетворить любую, самую порочную и преступную фантазию и, возможно, получить цифровое бессмертие…
«Дневник духовный» писался отцом Сергием Булгаковым в 1923–25 гг. К сожалению, начало и конец «Дневника» утеряны. «Дневник духовный» отца Сергия Булгакова — удивительная возможность прикоснуться к внутренней жизни выдающегося православного богослова и мыслителя. .
«Вчера вечером, после тяжелых впечатлений от суеты века сего, неудач и личной горечи, я пришел отравленный и всю ночь — во сне и без сна — тосковал и скорбел.