Внутренняя сторона ветра. Роман о Геро и Леандре

Название произведения "Ящик для письменных принадлежностей", по сути, определяет структуру этого необычного и захватывающего романа. Открывая один за другим ящички, где хранятся почтовые открытки, прядь волос, глиняная трубка или судовой журнал, мы проникаем сквозь мембрану и энергетику вещей, чудом сохранившихся в этом старинном дорожном ящике, и восстанавливаем путь, пройденный главным героем романа.

Друзья, которые любят читать. Если вы являетесь поклонником жанра проза, то книга Стеклянная улитка от автора Павич Милорад станет для вас настоящим открытием! Главной отличительной особенностью следовало бы назвать попытку выйти за рамки основного замысла, а также расширить круг проблем и взаимоотношений.

Это произведение пронизано тонким юмором, который помогает лучше понять и оценить происходящее.

Здравствуй, уважаемый незнакомец! Книга Роман о Геро и Леандре - Павич Милорад не разочарует и заинтересует, но она не станет последней в твоей жизни. Необычные и оригинальные герои, которые вызывают интерес у зрителя, создают атмосферу в произведении.

На фоне живописных пейзажей хотелось бы оказаться рядом с ними и остаться как можно дольше.

Сербский писатель Милорад Павич (р. 1929) - автор многочисленных сборников стихов и рассказов, а также литературоведческих работ. Всемирную известность Павичу принес `роман - лексикон` `Хазарский словарь` - одно из самых необычных произведений мировой литературы нашего времени. Роман, названный критиками «первым романом XXI века», принес его автору — известному специалисту по классической филологии — славу также писателя первой величины, открывшего новую главу в истории мировой литературы.

В произведениях русского писателя Владимира Гиляровского со всей полнотой отражена его бурная, богатая событиями, встречами и приключениями жизнь: около 10 лет он скитался по России, работал бурлаком, пожарным, объездчиком диких лошадей, провинциальным актером. Гиляровский был одним из лучших репортеров столичной прессы, его «коньком» были уголовная хроника и репортажи, он писал о самых заметных и нашумевших событиях, его называли «королем репортеров».

Когда рухнула страна, нас держала на плаву любовь.

Та, что побеждает смерть.

Внешне все замечательно у Петра Манусевича в жизни. Он заведующий кафедрой в московском институте, считается авторитетом по определенной эпохе российской истории, супруга — красавица блондинка… Однажды на свой день рождения мать совершила вроде малозначимый поступок, но именно он стал причиной сердечного приступа у Петра и цепочкой последующих событий, которые перевернули всю его жизнь.

Рассказ Владимира Набокова «Гроза» является своеобразным пересказом библейской легенды о пророке Илье и ученике его Елисее. Однако перенесенное Набоковым действие в наше время «обрастает» своими деталями и подробностями, приобретая независимость (быть, может, не полную) от оригинального сказания.

Нет у меня ни имени, ни фамилии. Я вообще не человек. Я домовой, барабашка, полтергейст, квартирный демон. Называйте меня, как хотите. Понять, кто я и для чего, сам не могу. Жуть как надоело сидеть в одиночестве, и решил я поделиться, кое-какими мыслишками. Мысли вслух и на бумаге, от бабайки на диване.

Об авторе.

Уже само название этой книги выглядит как путешествие в заманчивое далеко: вот сад, подернутый рассветной дымкой, вот юные жулики, пришедшие за чужими яблоками. Это образы из детства героя одной из повестей книги Анатолия Михайлова.С возрастом придет понимание того, что за «чужие яблоки» – читай, запрещенные цензурой книги и песни, мысли и чувства – можно попасть в места не столь отдаленные.

Раннее утро. Серебряная протока спит. Спят тальники, валом подступившие к берегу, спят травы, спит рыба. Пожелтевшие листья демку — стрелолиста — отчетливо выделяются на темной, торфянистого цвета воде. Вперемежку со стрелолистом лежат красноватые узорчатые листья чилима и зеленые блюдечки кувшинки. В глубине, сквозь коричневатую толщу воды можно увидеть стелющуюся по дну траву, сочную нитчатку, гибкую и шелковистую.

Небольшой рассказ-шутка  об особенных людях из необыкновенного села…

Этот рассказ молодого автора Комкова о детских воспоминаниях «трудного» ребенка, порой не всегда радужных, о событиях давних лет с неожиданной и недетской развязкой.

Опубликовано в журнале Новый Мир, в 2017 году.

Рекомендуется прослушивать в наушниках.

Скандинавия, Х век. Йомсвикинги недавно разбиты в морском сражении, история Норвегии принимает новое направление. Эти события затрагивают даже бывшего йомсвикинга Гутхорма, живущего в самой глухой норвежской провинции.

Согласно социологическим опросам, россияне начала XXI века признают Петра I наиболее выдающимся соотечественником всех времен и народов. Есть, безусловно, и другие мнения.

Почти никому из своих правителей российский народ ничего не простил. Петру он простил все. Он оправдал сотни тысяч загубленных жизней, сыноубийство и оттяжку с законом о престолонаследии, отодвинувшую продолжение реформ лет на сто с лишним.

Всякая дорога когда-нибудь кончается, и даже если она пролегла через всю страну, то она все равно тоже небеспредельна. И так я в Лос-Анджелесе! В городе ангелов… Меня он поразил с первых шагов. Разинув рот, я бродил по его улицам, впитывал дух и своеобразные запахи этого, единственного в своем роде, города. Фабрика Грез. Голливуд. Здесь делают кино, здесь живут его легендарные звезды.

Частный детектив Рик Холман выбрал себе необычный род деятельности - он улаживает конфликты в семьях элиты Голливуда. Давняя знакомая кинозвезда Зельда Роксан попросила его присутствовать при заключении важной для нее сделки, и вскоре страсти действительно разгорелись нешуточные, ведь под одной крышей собрались три экс-супруга зажигательной красавицы.

Вернувшись с секретной миссии с Калибана под командованием Малькадора Сигиллита, странствующий рыцарь Гарвель Локен находит убежище в одном из заброшенных био-куполов Луны. Измученный предательством и сбитый с толку меняющимся лицом галактики, уставший воин почти не удивляется, когда его посещает давно умерший Тарик Торгаддон — это признак раздробленного и измученного разума, играющего с самим собой, или действительно дух ушедшего друга?