В шоке

Алексей Ковалёв – отставной космический спецназовец и бывший командир штурмового отряда. Жизнь сложилась так, что теперь он работает… стендап-комиком. А его партнёр по сцене – друг и телохранитель Жаб, которому, в силу принадлежности к расе анфибов, вообще незнаком юмор.

Однажды герою предлагают приличный гонорар за выступление на планете, где у него были некогда серьёзные неприятности.

Алексей Ковалёв – отставной космический спецназовец и бывший командир штурмового отряда. Жизнь сложилась так, что теперь он работает… стендап-комиком. А его партнёр по сцене – друг и телохранитель Жаб, которому, в силу принадлежности к расе анфибов, вообще незнаком юмор.

Однажды герою предлагают приличный гонорар за выступление на планете, где у него были некогда серьёзные неприятности.

Алексей Ковалёв – отставной космический спецназовец и бывший командир штурмового отряда. Жизнь сложилась так, что теперь он работает… стендап-комиком. А его партнёр по сцене – друг и телохранитель Жаб, которому, в силу принадлежности к расе анфибосов, вообще незнаком юмор.

Однажды герою предлагают приличный гонорар за выступление на планете, где у него были некогда серьёзные неприятности.

«Миром правят жажда власти, секс и чувство голода», — сказал Зигмунд Фрейд. И был прав. «Любовь и голод правят миром», — сказал Фридрих Шиллер. И был не совсем прав. Если бы миром правила любовь, он был бы чуточку добрее. Но, увы, любить по-настоящему умеют единицы, а вожделеют - большинство. И если воздержаться от секса ещё можно, то от разговоров о нём - уже нет.

У сенатора Доббса пропал ребёнок. И генерал Дорон вновь просит принять участие в розысках комиссара Гарда. Как оказывается случаи пропажи детей уже перевалили за сотню. И по ходу расследования выясняются ужасные вещи…

Фантастический детектив об экспериментах по дублированию людей. В остросюжетном фантастическом романе рассказывается о судьбе научных открытий и их авторов в мире конкуренции и тайной борьбы за власть. Читается на удивление современно.

Павел Багряк — совместный псевдоним Валерия Аграновского, Дмитрия Биленкина, Ярослава Голованова, Владимира Губарева, Виктора Комарова и художника Павла Бунина…

Как устроен наш мир? Будущее предопределено или каждый человек способен его изменить?

Можно ли предвидеть будущее? А дар такого предвидения это благо или тяжкий груз?

Все время существования человечества есть люди, которые во сне видят будущее и то, что они видят, непременно сбывается, их называют Сновидцы… и есть люди уверенные в том, что Сновидцы формируют будущее этого мира и без них мир просто исчезнет, они называют себя Хранителями.

Все прах…Отвергнутый своими бывшими братьями и отцом Магнусом Красным, Ариман — скиталец, колдун Тзинча, чьи деяния обрекли целый Легион на вечное проклятье. Некогда превозносимый, как один из лучших воинов Тысячи Сынов, теперь Ариман стал изгнанником, ренегатом, который обитает в Оке Ужаса. Постоянно осуществляя всё новые ходы, теперь он планирует вернуть себе былое могущество и уничтожить всех противников.

«Пребывание на поверхности планеты возможно лишь в скафандре в течение не более тридцати двух часов» - так гласила висевшая над внешним шлюзом инструкция, заботливо прикреплённая туда старшим помощником капитана.

Действие романа разворачивается в параллельном мире, который населяют «Девятикратно Живущие» и вампиры «Варки». Главный герой, родившийся «уродом», не может воскреснуть после смерти. В поисках спасительного заклинания, он преодолевает трудности и опасности, и встречает свою любовь — девушку-вампира. Сила любви побеждает коварство и зло, и помогает главным героям обрести облик человека.

- Ни один город не может считать себя настоящей военной силой, не имея, кроме армии, достойного флота, - отчеканил градомейстер. Он совсем недавно вступил в должность и только что вернулся из своей первой заграничной поездки. Статс-деньгарий подозревал, что градомейстер мог привезти из чужих земель всякую заразу, но больше думал о том, что зараза ограничится либо дорогими сувенирами вроде музыкальной шкатулки или самооткрывающейся табакерки, либо деликатной проблемой, которая станет заботой лекаря по срамным болезням.

Англия, 1460 год, война Алой и Белой розы. Два могущественных рода – Ланкастеры и Йорки, – сражаясь за трон, безжалостно истребляют друг друга. В это страшное время судьба забрасывает в суровый Альбион трех путешественников с Дальнего Востока, которые поражены тем, что чудовищное кровопролитие названо именем самого прекрасного и душистого в мире цветка.

олько Уилкс, Билли, и Бюллер остались в живых после визита на планету Чужих. Но им некуда возвращаться. Земля кишит Чужими и они мчатся через космос на военном транспорте. Пункт назначения: неизвестен.

Они не знают, что груз на их борту — смертельно опасен и скоро им предстоит с этим столкнуться. Они не знают, что направляются к отдаленной военной базе.

«Весна умирает осенью» – обаятельный роман о России и Франции, в котором семейная история переплетается с драматическими событиями XX века.

Во время русских театральных сезонов, проходящих в Довиле, при подозрительных обстоятельствах погибает актриса – дочь прославленного художника-авангардиста. Выясняется, что накануне трагедии кто-то подбросил ей картину отца, бесследно исчезнувшую еще в годы войны.

Весна. Четверг. Полдень.

Я остановился у железнодорожного переезда. Вылез из машины размять затекшие ноги. Иногда жизнь круто меняется под давлением обстоятельств. Чаще неблагоприятных. Болезнь, потеря близкого человека, бедность, горе и прочее.

Я считал, что прожил свою жизнь, как можно правильнее.

В кадре – честная служба, благополучная семья, две дочери, успешная военная карьера… Но я не достиг ни счастья, ни удовлетворения.

Вашему вниманию предлагаются две повести Льва Николаевича Толстого – «Отец Сергий» и «Хаджи-Мурат» – в исполнении Дмитрия Быкова.

В аудиокнигу также включена лекция – увлекательный рассказ Дмитрия Быкова о прочитанных произведениях.

— Это тебя, — некто протягивает мне трубку. Старую, какую-то ржавую или заляпанную грязью. Закрученный спиралью провод оборван, и в месте разрыва что-то пузырится, лопается и капает вниз.

— Я тороплюсь, — виновато улыбаюсь я, а у самого внутри всё разрывается на части.