Три старца (Сердце пустыни)
| Автор: | Мамонтов Виктор |
| Читает: | Денис Гаврилов |
| Жанр: | Биография |
| Год: | 2022 |
| Время: | 04:20:01 |
| Размер: | 119.0 Мб |
«Три старца» — книга Виктора (Мамонтова), повествующая о жизни и подвигах Серафима (Тяпочкина), Тавриона (Батозского), старца Космы.
Архимандрит Виктор (Мамонтов) — наш современник, чья внутренняя интеллигентность сочетается с благодатным даром старчества. Он родился на Дальнем Востоке, учился в Москве, был послушником в Почаевской лавре, и после — оказался в Латвии. Филолог по образованию, он начинал свой монашеский путь под руководством старца Серафима (Тяпочкина) и митрополита Леонида (Полякова). С их благословения он в 1980 г. пострижен в монахи и в 1982 г. рукоположен в священники. Недолго служил в Тукумсе, небольшом городке недалеко от Юрмалы и Риги, но с того же 1982 г. он остается в Карсаве. В годы жизни в Латвии, при митрополите Леониде, он был духовником Рижского Свято-Троице-Сергиева женского монастыря. Архимандрит Виктор широко известен как автор статей и воспоминаний по истории Русской Церкви, в которых особое внимание уделено опыту новомучеников и исповедников Российских XX века. В 90-е гг. к нему за советом ехала вся страна, а отец Виктор, скорее, молился, чем давал прямые советы — и ответы приходили. И сегодня маленькая Карсава на границе Латвии с Россией служит местом международного паломничества. 8 ноября 2016 года о. Виктор отошел ко Господу, но светлый и радостный его взгляд навсегда останется в сердцах тех, кто имел милость от Бога общаться с ним.
Слушать Три старца (Сердце пустыни) онлайн бесплатно
Эта книга должна была появиться пятью годами раньше. Однако Александру Михайлову хотелось тогда скорее закрыться, чем открывать себя миру. Он не мог "выйти на исповедальную интонацию", полагая, что все в жизни должно доказываться делом. Теперь для книги настала пора. Она называется "Личное дело", ибо все, что окружает нас сегодня, касается лично каждого.
В этих строках поэтесса Елизавета Стюарт, принадлежащая к поколению Ахматовой, вскрывает самый нерв авторского чтения Анны Ахматовой.
Голос Анны Андреевны, голос ее музы, вобрав¬шей и принявшей пророчества Пушкина, высокую веру в судьбу России Тютчева, гражданственность Некрасова, музы, разделившей судьбу с Блоком,.
отринувшей призывы покинуть Россию...
В истории ХХ столетия найдется немного женщин, чья судьба была бы столь же уникальна, как судьба Ольги Чеховой. Судите сами - юная дворянка, вхожая в императорскую семью, решает посвятить себя сцене. Ее учителем становится сам Станиславский, а мужем - гениальный актер Михаил Чехов. Оказавшись в эмиграции после 1917 года, она не затерялась в массе беженцев из России.
Что может быть проще, чем поехать на солнечный остров Химнесс, затерянный в Атлантическом океане, и взять интервью у главы резервации веров? Учитывая, что веры – это искусственно созданные гибриды человека и зверя – почти ничего. Так думала Ева. Пока не столкнулась с НИМ. Лукаш Каховский, приор резервации Химнесс. А по совместительству – ее ночной кошмар, ее проклятье.
Зверь не знает пощады, не ведает чувства жалости. Все, чего он хочет – это месть. Она – его истинная пара и единственная дочь того, кому он поклялся отомстить за смерть своих близких. Жестокий случай столкнул их лоб в лоб, заставил вспыхнуть от страсти. Но разве способен любить тот, в чьем сердце давно живет жажда мести?
«Гуров соотнес свою секретную миссию с событиями в поезде. Он ведь едет с целью прощупать ситуацию в Чите. Они с Крячко должны определить, насколько в этом городе и соответственно в крае криминализована полиция, насколько там местный криминал сросся с местной властью. У генерала Орлова, очевидно, была конкретная оперативная информация, на основании которой он сделал свои выводы.
Зловещая закономерность прослеживается в волне пожаров, прокатившихся по России. Горят школы, больницы, дома престарелых, детсады… Полковник Лев Гуров первым заметил эту странную избирательность и даже предсказал дату следующего пожара. Гуров и его друг полковник Станислав Крячко убеждены, что без злой воли маньяка-поджигателя здесь не обошлось.