С любовью, падчерица

― Давно не виделись, ― Глеб приподнял бровь и изучил правую руку Аси. ― Смотрю, не замужем?

― Нет, ― каменея от страха, вымолвила она.

― И детей нет? ― задал вопрос, от которого в ее жилах застыла кровь.

«Есть, Исаков, есть, ― мысленно ответила Ася. ― Две прекрасные дочери. И цвет глаз у них твой, и черты лица. Но ты никогда о них не узнаешь».

Света, Маша, Милана, Снежана – каких только имен нет в списке моих любовниц. Но, как ни крути, все они очень далеки от моей жены Веры. Верочка у меня домашняя, прилежная, скромная. Такую жену попробуй найди! Конечно же, она не знает о моей маленькой слабости. Я супругу берегу и ни на кого никогда не променяю. Что? Она рано или поздно узнает? Да ну, Верочка у меня глупышка.

– Ты хочешь замуж? – спросил Матвей.

– Очень-очень, – улыбнулась Алина.

– И детей хочешь?

– Конечно! – решительно кивнула она и сжала его руку.

– Тогда нам нужно расстаться! – заявил любимый и сказал, что ближайшие пять лет планирует посвятить карьере. А затем посоветовал Алине подыскать другого кандидата на роль мужа и отца ее будущих детей.

Увидев Артура, Лера резко развернула коляску и быстро пошагала к выходу из парка.

«Хоть бы не заметил. Господи, только бы он нас не заметил», – молилась она.

Лера знала: Артур догадается, что это его дочь, и на этом ее тихая, спокойная жизнь тут же закончится.

– Лера? – послышалось за спиной.

Побелев от страха, она остановилась, а в следующую секунду рядом с ней поравнялась фигура в строгом черном костюме.

Он поймал меня в коридоре квартиры и прижал к стене.

– Рано или поздно ты все равно станешь моей, принцесса!

– Наши родители вот-вот поженятся. Так что закатай губу, братик, – хитро прищурилась я, намеренно выделив последнее слово.

– Хм… – Он провел тыльной стороной ладони по моей щеке, наклонился ближе и прошептал в сантиметре от моих губ:.

Невеста приехала в разгар мальчишника и застукала меня в постели с бывшей.

Свадьбы не будет? Я тоже так подумал. Но в тот же вечер она попала в аварию и потеряла память.

И теперь передо мной стоит выбор: сознаться в измене или сделать вид, что ничего не было.

Я люблю ее, поэтому выбираю второе.

Но что будет, если она все вспомнит?

Возрастное ограничение: 16+.

Роскошь, богатство, внимание… Обо всем этом я могла лишь мечтать, пока не устроилась на работу в «необычное агентство». Моя задача – ловить богатых мужей на измене. И надо сказать, я хорошо справлялась, стала почти лучшей в этом деле, но потом появился ОН. Богатый красавчик, из-за которого я в одночасье лишилась не только карьеры, но и всех планов на будущее…

Главный герой рассказа- паромщик Филипп Тюрин, убежденный коммунист и заслуженный коллективист. Однажды влюбился он в девушку по имени Марья. Завязались у них отношения, однако та на брак без венчания в церкви никак не соглашалась. А Тюрин подобные вещи презирал и считал темными, и вовсе ненужными, поэтому их пути разошлись. И вот однажды ,,,,,.

Москва — странный город. Принято ругать ее за суету и безалаберность. Но мало кто из покинувших ее не стремится вновь увидеть эти улицы, площади и переулки. Есть в этом какая-то тайна. Каков город — таковы и горожане. Характеры, населяющие роман, своеобразны, как своеобразно само пространство, где они живут: старинный район, необычный уже тем, что расположился `между двух левых берегов одной и той же реки`.

Этот роман — почти праздник для мизантропов и человеконенавистников, ищущих наиболее острые и беспринципные формы для выражения своей ненависти к миру, своей пресыщенности им. Полным праздником ему мешает быть все же слишком очевидная связь с изящной словесностью и, следовательно, пребывание в определенных рамках. В остальном лучшего и пожелать нельзя.

Жители молдавского села Ларга очень хотят уехать в Италию. Серафим Ботезату, к примеру, за 20 лет строжайшей экономии буквально на всем выучил итальянский язык и может вполне сносно на нем изъясняться — было бы с кем! Супруга отца Паисия, матушка Елизавета, напротив, уехала в эту Италию еще в 1999 году. Сначала горничной устроилась, а потом вышла замуж за какого-то местного жулика, Адриано.

Ежик и человек. История одного лета.

Молодая американская художница Сюзанна приезжает в Японию. И совсем неожиданно находит там свою любовь. Её возлюбленному нравится западный образ жизни, он интересуется западной культурой и обещает быть замечательным мужем, скроенным по западному образцу.Но в реальной жизни всё оказывается намного сложнее. Родители мужа не приняли брака своего сына с иностранкой.

В 1921 году в курзале заграничного курорта появился русский, вызвавший неподдельный интерес и сочувствие представителей других национальностей.

Сложно понять эту миниатюру без предыстории.

Во время взрыва популярности джаза в Америке появились биржи джазменов. На них растущие, как грибы после дождя, джаз-бэнды или их продюсеры подбирали себе музыкантов.

Иногда случалось так, что встретившиеся на бирже музыканты сами создавали джазовую группу. Всё шло прекрасно. Успех был не за горами, и однажды у них появлялся свой хит.

Профессия «литературный негр» на современном невольничьем рынке востребована как никакая другая в связи с модой на детективы, исповеди звезд, политиков и прочих «брендоносцев». То есть тех, кто сам или не успевает, или вообще не умеет писать. Но при этом о «литературных неграх» мы знаем значительно меньше, чем о других «нелегалах». Как попадают в это «рабство»? Почему человек соглашается работать на чужое имя, на чужой успех? Ответы на эти и многие другие вопросы вы найдете в «Литературной рабыне» — пожалуй, первом «романе без вранья» на эту, по многим причинам, запретную тему.

Если вы поклонник творчества Кристофера Мура, Михаила Успенского или Салтыкова-Щедрина, то эта книга для вас. «Дяди. Тети. И другие» — это смесь современных реалий и волшебства, щедро приправленная сатирой. Роман рассказывает о простых «дядях» и «тетях», забавных, нелепых и очень живых, в несколько необычных ситуациях. Каждый из них оказывается перед фаустовским выбором между добром и злом, от которого зависит их личное счастье.

Очерк о путешествии по Франции. Рассказ о посещении Лувра и о впечатлениях от осмотра статуи Венеры Милосской.«...В очерке «Выпрямила» писатель показывает людей, «скомканных» как русской действительностью (крестьяне-новобранцы, народник Тяпушкин), так и западноевропейским капиталистическим строем, где царствует мнимая «правда», где «всё одно унижение, всё попрание в человеке человека».

Спасающийся от погони негров-людоедов, Соломон Кейн приходит в странную долину у подножья неизвестных гор. Немногочисленные жители долины вымирают, страдая от жутких крылатых тварей.

«Старое языческое предание оказалось правдой, подумал Кейн, ошеломленный нахлынувшими догадками. Если миф о гарпиях оказался реальностью, как насчет остального — Гидры, кентавров, Химеры, Медузы, Панов и сатира? Может быть, правдивы все старинные легенды, повествующие о чудовищах с клыками и когтями, кошмарах зла? О Африка, Черный континент, край теней и страхов, чудищ мрака, бежавших сюда с севера».

Рассказ входит в антологию «Парабеллум. СССР, XXII век. Война в космосе».

Мы могли бы спасти их. Хорошо, пусть не всех, пусть только южан, северная сволочь того не заслуживает. Примитивный десант, хватило бы пяти линейных крейсеров. Элементарный блицкриг. Три-четыре превентивных удара с орбит по ракетным базам. Пара упреждающих по аэродромам. Заняло бы от силы неделю.

Антонина Петровна выпрямилась. Больная спина дала о себе знать неприятным нытьём: снова радикулит замучил. На погоду. Осень такая выдалась: сырая, дождливая. Скоро будет сложно каждый день опускаться на колени и склонять голову в ежевечерней молитве.

Ничего. Господь посылает нам испытания, и мы должны с честью проходить их. Что там какая-то больная спина перед волей Всевышнего? Разве сможет она перебороть это дивное ощущение благоговения, что Антонина Петровна испытывает каждый раз, когда обращается к Нему?