Рассказы
Однажды советское правительство объявило, что через двадцать лет мы будем жить при коммунизме.
Возможно, не все поверили в такие сроки, но в саму возможность тогда верило большинство.
Параллельно со строительством коммунизма должен был измениться и моральный облик человека.
Должны были постепенно исчезнуть некоторые типы людей, вполне привычные для двадцатого века: воры, пьяницы, лентяи, милитаристы.
В своих рассказах Александр Кравченко начинал прорисовывать важнейшие черты гипотетического мира долгожданного светлого будущего.
И оказалось, что этот мир содержит в себе и те фигуры, потеря которых не всем нам была бы в радость: последний христианин, последний поэт.
Цикл о «последних» не был окончен. Будущее начало представляться всё более сложным и неопределённым. Другие варианты его мы встречаем в более поздних рассказах автора.
Инопланетяне, подселённые в обычную советскую двухкомнатную квартиру.
Неизвестные существа с цифровыми именами, испытывающие те же чувства, что движут человечеством.
Мир роботов, в котором заново возникает человечность.
Как всякая добротная гуманитарная фантастика, всё это – о нас. Какие мы есть, какими будем – и какими не смогли быть.
Слушать Рассказы онлайн бесплатно
"… Стулья забегали по комнате на двух задних ножках, размахивая передними, как руками; .
один из них бросился на Антона, но тот отшвырнул его ногой...".
"- Можете вы дать мне любимую? — заорал Антон во всю глотку, обращаясь к неведомым хозяевам планеты...".
Сборник Александра Кравченко был дополнен лучшими рассказами уже после премьеры, приуроченной к юбилею автора, так что загляните в него ещё раз.
Короткое обозрение фундаментального труда доктора Хоттона, рассказывающего о том, как бесконтрольное развитие генохакерства в начале 21 века привело к заражению большинства видов «дендритным вирусом», получившем название «Нейронный Чернобыль».
«Нет никаких теперь ракет. Никаких. И людей тоже. Во всей Вселенной. Да и не было их. Никаких деревьев и прочих растений, и никаких звезд». Вот что он говорил. Потом то же самое начал говорить о своих руках и ногах. Никаких, мол, рук у него нет и не было никогда. «Никаких ног. Где доказательства, что они у меня были? Да и тело тоже. Ни губ, ни лица, ни головы у меня нет и было.
Он был высоким, худым, как жеребенок, этот парень Джим Гарри, и еще — он любил лошадей. Прознал он, что на гору Бредлоф прилетает Пегас, и что на скале есть уздечка, с помощью которой можно и полетать. Этот конь восхитил бы самого Бога, да отец парня захотел сделать из Пегаса беговую лошадь, ибо Пегас был ошибкой природы, к тому же опасной, и у парня из-за него все в голове перепуталось.
На Земле началась атомная война, и всех колонистов отозвали с Марса, остался только один человек — Бартон. Пытаясь разрушить свое одиночество, он начинает записывать свой голос и населяет Марс тысячами Бартонов, он записывает все возможные ответы на свои вопросы. В какой-то момент он останавливается и программирует магнитофоны и телефоны так, чтобы следующий звонок прозвенел, когда ему исполнится восемьдесят лет…
Друг Джорджа из цикла рассказов о демоне в 2см — писатель Септимус Джонсон любил уединение, для чего купил себе виллу в отдаленном глухом уголке, где и писал свои романы, но четыре месяца в году снег засыпал все пути и дороги к ней. Из-за этого он не мог в это время там жить и творить свои романы. Джордж решил, что в этом деле мог бы помочь только демон Азазел…
Очередной друг Джорджа из рассказа Айзека Азимова «Угадывание мысли» (серия о демоне Азазеле) Вандевантер Робинсон, сыщик нью-йоркской полиции, был влюблен в Минерву Шлумп и был счастлив. Единственное, что мешало ему – это полное отсутствие проницательности. Он верил всему, что ему наговорят подозреваемые, и его карьера была под вопросом.
По просьбе Дугласа Лео Ауфман смастерил Машину счастья. Жена изобретателя считает ее опасной и решает принять участие в испытаниях…
Джексон приземляется на новую планету, жители которой еще не подозревают, что им грозит участь стать гостями у себя дома. Почему? Да потому что Джексон – потрясающий лингвист, но самое главное – захватчик планет! И осталось ему всего ничего: выучить местный язык, да приобрести на этой планетке какую-никакую собственность. А потом можно и предъявлять свои права на эту планету!
Технологическая Сингулярность в будущем опутает всю планету… Объединит в единое коллективное электронное сознание все человечество… Все, кроме одного маленького народца. Постлюди решают оставить его в покое, отправив в орбитальную резервацию. Только вот никто из принявших новый мир, бессмертие, божественные возможности и прочие дары прогресса даже и представить не мог, на что может быть способно обычное человеческое любопытство.
Здесь почти все слышат голос бога, и странными считаются те немногие, кто не может этого. Приближается час воссоединения в лучшем мире, и вседержитель приказывает родителям Пиа отдать ему обделенную даром дочь.
Случай загадочный, но вряд ли интересный для Холмса — какой-то маньяк разбивает бюсты Наполеона I. Однако если учесть, что бюсты эти принадлежат не ему и попадают в его руки после кражи со взломом, то дело становится куда интереснее...
У восточного князя было все. Захотелось чего-то экзотического. Глаз упал на рыжую иностранку. Взял и потребовал ее в качестве приза за выигранное состязание. Ему в своей стране позволено все. А девушка не согласилась – сначала боролось, как могла, потом притворилась, что сдалась. Далее был побег, но сопротивление ей аукнулось совершенно неожиданным образом.
Поиски исчезнувшего Алексея Синицкого приводят Гончарова в странный дом, хозяин недавно умер при загадочных обстоятельствах, а его родственники пытаются направить сыщика по ложному следу. Стремясь докопаться до истины, он узнает еще об одном убийстве.
«Ничто не вечно. Конец придёт любой сущности» — главное кредо некромагов в Моро. После того, как Аксэля оболгали и попытались убить, он после пяти лет скитаний решил вернуться домой и воплотить это самое кредо в жизнь. Но прежде нужно узнать, кто его подставил, и посмотреть тому в глаза. А после чего, их выколоть. Однако планы «слегка» нарушила случайность, которая повлекла за собой цепь событий.