Песнь кровавой Луны. Одиночка

Будущее, в котором главенствует наука и все государства живут в мире и согласии… Мечта! Но даже в самом безупречном обществе найдется место мрачным тайнам.

Как отличить правду от лжи? Что делать, если все, во что верил, оказалось под сомнением? Как понять, где друг, а где враг? Молодой сотруднице научной базы Рите Беликовой предстоит разобраться в хитросплетении интриг и погрузиться в водоворот опасных приключений.

Парень и девушка, любят проводить свободное время исследуя заброшенные места. По наводке нового друга, они отправляются в заброшенный трехэтажный санаторий. И вроде бы все идет довольно неплохо. Пока не начинают происходить жуткие события...

Миром правит гармония красоты, но ценим ли, понимаем ли мы её?

Нам нравятся красивые люди, вещи, совершенство форм, цвета, вкуса, запаха, звуки музыки…

Наше естество стремится к Абсолюту, но насладившись его совершенством знаем ли мы, что делать дальше? Как обойтись с чувствами, переполнившими нас в момент осознания прекрасного?

«И что с того? Красота на то и красота, чтобы ей просто наслаждаться!» — резонно возразите вы, и будете правы! Но камень преткновения в дальнейшем пути: мы будем, вдохновившись — созидать, или погрязнем в стремлении брать всё больше, не задумываясь о последствиях?

В этом рассказе мельком фигурирует известный некоторым читателям по другому произведению свободный художник, но в основном речь пойдёт о приключениях во сне и на Луне более скромного персонажа. Хотя, это, как посмотреть, — взялся же он добиваться лобзаний от малознакомой особы… Впрочем, возможно, кто-то сочтёт, что главную в этой истории роль играет почтенный борода общества Грымс Кукурбит.

История первая. Куда, собственно, деваются похищенные дети…

Ужас бездн окутывает риф, по праву названный Рифом Дьявола.

Он таится и ждёт, пока кто-то не осмелится нарушить покой водных глубин…

Сон был страшным и дурацким одновременно. Снилось, будто я снова в Зачарованном лесу, вокруг ночная мгла, и только звёздный свет беззвучным водопадом проливается сверху. Из тьмы под кукурузо-деревьями вырисовывается силуэт, я приглядываюсь – это Шатун. Он слишком высок, лицо пропадает где-то наверху, а мне лень задирать голову. Он что-то говорит, и я с трудом понимаю, о чём речь: он зовёт меня бороться с Заблудшими.

Был ливень, и путник остановился у первого попавшегося дома в миле от деревни. Казалось, дом был пуст, но вскоре из-за сирени показался человек, чем-то напоминавший манекен из мастерской портного. У него-то опрометчивый путник и попросил укрыться от дождя.

Лето. Двое парней заходят на старый автовокзал в поисках спасения от жары. А в нем — туалет… В который лучше не заходить…

Эд — простой школьный уборщик. Не все в его жизни ладно, но многое меняется, когда в котельной он находит старую перчатку. Кожаную перчатку с длинными стальными лезвиями, прикрепленными к пальцам.

Историю эту рассказывает друг покойного священника, о которой тот написал. Фредерик остался сиротой и рос у своего деда — приходского священника. Отправившись учиться в университет, он стал замкнутым и почти не виделся с дедом. Под чужим именем он сближается с девушкой, но не романтические чувства двигают им, а оокультные взгляды. Он ставит странные эксперименты на ее сознании, отчего она погибает.

Последний, так и незаконченный роман В. Пикуля, которому предстояло стать первым томом грандиозной дилогии о Великой Отечественной войне "Площадь Павших борцов". Сталинградская эпопея под гениальным пером Пикуля предстает не просто подвигом, совершенным советсткими воинами, но - "сплетением стратегии с политикой", событием, "влияние которого сказалось во всем мире".

В «Тюрьмах и ссылках» страшны не только личные судьбы людей, истязания и зверские расправы, — страшна возникающая с неотразимой убедительностью общая картина полного и систематического уничтожения человеческой личности. Это, тот «воздух» советской действительности, в котором человек задыхается и за пределами тюрьмы.

Имя Иванова-Разумника, которого в преддверии революции называли «совестью народа» — ныне почти забыто.

Вокруг жизни Марины Цветаевой существует великое множество слухов, домыслов и даже легенд. Известный французский писатель и биограф Анри Труайя в своей работе старался опираться только на те факты, которые представлялись ему наиболее достоверными и важными для понимания жизненной трагедии и творческого пути великой русской поэтессы.

“Блюз волжских степей” это подборка сказок адаптированных для лучшего восприятия автора и его друзей. Здесь сказки о СССР и “чудесах из НИИ”, сказки о проклятых городах, о перешти и даже про людей готовых на все и немного большее.