Отпетый

Многие из нас являются поклонниками детективного жанра.

Загадочный сюжет, таинственные преступления, неожиданная развязка – все это держит читателя в напряжении, не позволяя расслабиться ни на минуту. Кроме того, это отличная возможность потренировать свою логику и попытаться еще до окончания книги угадать – кто же окажется таинственным убийцей.

В карете, прибывшей к подъезду Бельгийской гостиницы обнаружено тело молодой постоялицы отеля – Зинаиды Можаровской. При осмотре врачом следов насильственной смерти на теле девушки не обнаружено, и эксперты принимают решение, что смерть наступила в результате паралича всей нервной системы. Но как-то не вяжется такая скоропостижная кончина с пышущей здоровьем молодой девушкой, которая буквально за десять минут до гибели была весела, беззаботна и не жаловалась даже на малейшее недомогание.

В настоящий сборник вошли два рассказа классика русского детектива.

"Рассказ судебного следователя" - классический детектив.

"Отпетый" - не совсем детектив, но и не совсем психологическая драма. Первое произведение его в этом стиле - "Отпетый" (рассказ) был напечатан в журнале "Дело" (1866) и имел значительный успех.

Русский беллетрист Александр Андреевич Шкляревский (1837–1883) принадлежал, по словам В. В. Крестовского, «к тому рабочему классу журнальной литературы, который смело, по всей справедливости, можно окрестить именем литературных каторжников». Всю жизнь Шкляревский вынужден был бороться с нищетой. Он более десяти лет учительствовал, одновременно публикуя статьи в различных газетах и журналах.

В романе "Вошедшие в ковчег" (1984) писатель в гротескной форме повествует о судьбах человечества, стоящего на пороге ядерной или экологической катастрофы.

Пообещав непременно спасти попавшую в плен Нико, заручившийся помощью Архангела Метатрон Харуюки, а также Такуму, Тиюри и Блад Леопард пробились на базу Общества Исследования Ускорения, преодолели преграды и выступили против Вайса и Аргон. Но когда казалось, что сейчас два отряда сойдутся в битве... с неба неожиданно прилетел таинственный красный луч, создав Броню Бедствия 2.

Во время одной из своих поездок по издательским делам в Петербург Чехов познакомился с начинающей писательницей Лидией Авиловой. Между ними возникла взаимная симпатия. Она крепла и могла перерасти в более серьезное чувство. Но Авилова была замужней дамой, матерью двоих детей, а Чехов, будучи врачом, уже знал, что болен чахоткой. Так встретились два человека, глубоко порядочных, с обостренным чувством долга, не знающих выхода из жизненного тупика.

Тридцатичетырёхлетний безработный неудачник, который последние десять лет своей жизни провёл, не вылезая из своей комнаты, заканчивает свои дни выброшенным на улицу, где и гибнет под колёсами грузовика, пытаясь спасти от смерти группу школьников. Но не умирает, а лишь переселяется в тело младенца в ином, совершенно отличном от нашего мире.

Для кого-то эта книга будет лёгкой и волшебной, для кого-то сложной, словно испытание. Однако, пройдя это испытание до конца, надеюсь, вы не пожалеете о пройденном. Вы увидите интерпретацию миров и энергий в художественном стиле, с сюжетом фантастическим, местами детективным. И не без лирики, конечно.

Произведение почти полностью образное, так что буквально относиться к нему не имеет смысла.

Токийский Гуль: Пустота) — второй роман по вселенной «Tokyo Ghoul», написанный Шином Товадой и проиллюстрированный Ишидой Суи. Произведение включает в себя события, развернувшиеся в промежутке времени между арками Аогири и рейда на лабораторию Кано.

"Пьесу Леонида Андреева "Савва" запретили вскоре после ее написания в 1906 году. Источником вдохновения Андрееву послужил реальный случай в курском Знаменском монастыре: там террористы подложили бомбу под чудотворную икону. Монахи же подменили уничтоженную святыню копией, объявили об очередном чуде — и популярность обители резко повысилась.

Когда-то девушка по имени Сэнгоку Надэко была богом. С тех пор прошло много времени, и теперь она всеми силами пытается исполнить свою мечту, пока в один прекрасный день её не возвращают с небес на землю. Столкнувшись с суровой реальностью, Сэнгоку Надэко с помощью Ононоки Ёцуги, маленькой девочки-сикигами, призывает в мир живых четыре копии себя, четыре альтер эго.

«Токийский гуль: Дни» - шесть небольших историй о людях и гулях из вселенной «Токийского гуля». В книге появятся знакомые герои - друг Канэки Хидэёси Нагатика, гуль Сю Цукияма по прозвищу «Гурман», испытывающая симпатии к людям Тока Кирисима, живущая вместе с Токой сирота Хинами Фуэгути, сам Кэн Канэки и другие герои манги.

Том разъяснит некоторые моменты, оставшиеся без ответа в манге и аниме, и поможет лучше понять мотивы поступков героев - как людей, так и гулей.

Тридцатичетырёхлетний безработный неудачник, который последние десять лет своей жизни провёл, не вылезая из своей комнаты, заканчивает свои дни выброшенным на улицу, где и гибнет под колёсами грузовика, пытаясь спасти от смерти группу школьников. Но не умирает, а лишь переселяется в тело младенца в ином, совершенно отличном от нашего мире.

Июнь 1941 года. В прифронтовой полосе немецкие диверсанты захватывают «секретного» инженера Николая Маханова. Специалисты такого уровня находятся под личным контролем Л. П. Берии, поэтому на поиски отправляются лучшие из лучших – группа майора Максима Шелестова. Однако в указанном районе следов Маханова не обнаружено. Что, если он уже на вражеской территории? Но Максим не сдается.

Роман о военном времени, о сложных судьбах и опасной работе неизвестных героев, вошедших в ударный состав «спецназа Берии». .

Общий тираж книг А. Тамоникова – около 10 миллионов экземпляров.

Еще в застенках Лубянки майор Максим Шелестов знал, что справедливость восторжествует. Но такого поворота судьбы, какой случился с ним дальше, бывший разведчик не мог и предположить.

Еще вчера он был владетельным герцогом, любимцем власти и богов, армии и народа. Еще вчера ему улыбалась красавица невеста, а жизнь играла яркими красками…

Вот только это «вчера» случилось сто девятнадцать лет назад, а сегодня он вернулся из Посмертия волею судьбы и богини Морриган. Вернулся когда все, что ему дорого, рушится как карточный домик.