Недоросль

«Игрушка» – рассказ известного русского писателя Александра Куприна, в котором автор поднимает традиционные для его стиля социально-философские темы, раскрывает глубинный внутренний мир своих героев.

«Мой отец был удивительным человеком. Все в нем было какое-то оригинальное, не такое, как у других… Он знал несколько языков, но это были странные, не нужные никому другому языки. Имел он голос, но когда пел, ничего нельзя было разобрать. Любил отец столярные работы, но тоже они были как-то ни к чему — делал он только деревянные пароходики.».

Откомандировали как-то трёх солдатиков на сутки белить-красить. Справили они к вечеру полдела, подзакусили-подзаправились. Самое время закурить – ан табаку ни крошки… Надо жребий бросить — кому в город за махоркой идти. Но узелки тянуть неинтересно и потому решили они «сказки врать». Кто с брехни собьется, на настоящую правду свернет, тому и идти…

N-ский съезд мировых судей под угрозой срыва. Все от того, что секретарь Жилин — утонченный гурман. Подобно песням сирен, его монологи вводят сослуживцев, а заодно и читателя, в состояние кулинарного транса.

Главный герой очень хотел купить дачу, но скупость его не знала границ. Его коллеги все время потешались над ним и сыграли с ним очередную шутку.

Лавочник Кузьма Егоров уверен, что пропавшие у него из комода двадцать пять рублей взял сын Серапион. Вот и суд по этому поводу устроил с местными уважаемыми мужчинами в качестве судий…

Рассказ входит в цикл о любви «Темные аллеи» и раскрывает историю непростых отношений отца и сына.

«Биография женщины есть история ее сердца. Теперь я могу уже раз сказывать эту историю; чувство, облекавшее ее святыней тайны, притупилось, может быть и совсем рассеялось. На склоне жизни расходятся мало помалу все туманы, которые казались чем-то вещественным на рассвете ее..

Бабушка! если вы станете рассказывать в этом тоне.. .

— О нет, мой друг, нет! Это от того, что я коснулась скрыночки, которой никогда не открывала: при других.

У меня есть поле, засеянное маком. Иначе говоря, по милости божьей и снисхождению моих издателей я имею возможность каждый месяц вручать разные золотые монеты конторскому служащему и, в порядке компенсации за эти золотые монеты, снова приобретаю временное право собственности на засеянное маком поле.

«Трагик поневоле» — пьеса Антона Павловича Чехова, написанная им в первых числах мая 1889 года на основе своего более раннего рассказа «Один из многих». В том же году состоялась и первая постановка водевиля в Петербургском немецком клубе. Впервые напечатано отдельным изданием: «Трагик поневоле».

Полгода я, словно вуайерист-любитель, во сне подглядывала за чужой интимной жизнью. Такой себе жизнью, если честно. Миссионерская поза и та – верх неприличия по сравнению с тем, что творилось в той спальне. Но чем дольше повторялись сны, тем сильнее я проникалась жалостью к девушке. И уж никак не ожидала, что однажды окажусь на ее месте, да еще в другом мире! .

Здравствуй, уважаемый незнакомец! Книга Сослуживцы - Брагинский Эмиль не разочарует и заинтересует, но она не станет последней в твоей жизни. Необычные и оригинальные герои, которые вызывают интерес у зрителя, создают атмосферу в произведении.

На фоне живописных пейзажей хотелось бы оказаться рядом с ними и остаться как можно дольше.

Наконец-то относительно разобравшись со всеми навалившимися проблемами и получив какую-никакую передышку, Наофуми принимает решение начать возрождение деревни Рафталии. Правда для этого нужны деньги, строительные ресурсы, еда и, разумеется, сами жители, односельчане Рафталии. Многих из них убили монстры первой Волны, а немногих выживших переловили и продали в рабство, ведь в Мелромарке полулюдей традиционно считают существами второго сорта.

После чудесного спасения из рук сумасшедшего маньяка Сигизмунда Кульчицкого, переодевавшегося в костюм Змея и жестоко издевавшегося над своими жертвами, Варя Ярцева считала, что с «драконовскими наслаждениями» покончено. Она сама и последняя жертва Змея, Моника Климко, были спасены Павлом, настоящим наследником крупнейшей империи Кульчицких, злодей – за решеткой в ожидании суда.