Нечисть

- Руслан Покровский.

Грохот барабанов мог бы разбудить мертвеца. Сняв шлем, Грач тер свободной рукой виски – вечером явно переборщил, заливая страх вином. Стоявший слева Седьмой улыбался во весь рот, хотя накануне употребил ничуть не меньше. Разбойничья натура, что с него возьмешь. Седьмой уверял, будто он колдун. Может, так и есть – седьмой сын седьмого сына принадлежит дьяволу, это всем известно – вот только никаких чудес, кроме небывалой устойчивости к выпивке, от него не дождешься...

Рассказ из журнала Redrum №6, жанр мистика. 2016 год.

У Мириам Йенсен стальные нервы. К тому же она красавица и умница. Для того чтобы растопить серце Мириам (или по крайней мере напугать её, а потом «спасти») Билл и его друг Томми с помощью всевозможных технических приспособлений устраивают из старого заброшенного дома «Дом с Привидениями»…

Как быть, когда ты всем нужен? Как быть когда кто-то, запредельно далекий, нужен тебе? История непростых отношений в семье.

Уже очень много лет я вижу один и тот же сон. Мне снится, что я сплю и не могу проснуться. Лежу в кровати, слышу звуки и ощущаю запахи, хочу открыть глаза, но не могу.

После смерти ненавистной жены, герой безуспешно пытается вновь почувствовать вкус жизни. Постепенно он начинает понимать, что причина этому — старая яблоня в саду.

Англиканский священник, служитель зла, находит способ продлить свою призрачную жизнь за счет человеческого любопытства…

Сборник мистических рассказов о детях, обладающих паранормальными способностями. Их мир отличается от нашего, потому что они видят его иначе. Через боль усопших, через неприятие собственных возможностей и отчаянные попытки «быть как все». Но Судьба, одарившая их, строга. Она шлет им испытания чужой болью, которую они воспринимают как свою.

Наверное, мама и папа приходят ко мне по очереди. Точно сказать не могу, потому что не вижу их. Папа всегда молчит, и я узнаю его по запаху сигарет…

Кенни Дорчестер был толстяком. Люди по разным причинам становятся тучными, иногда дело в физиологии, а порой в привычке. Ну а в случае с Кенни всё просто — еда. Он очень любил поесть. «Я живу вкусной жизнью» — заявлял Кенни. Но у Кенни имелась одна тайна. Он редко о ней вспоминал и никогда не говорил вслух. Он с неослабевающей страстью обожал еду, но также мечтал о любви женщин, понимая, что должен отказаться от одного, чтобы получить другое.

Девушка хочет найти свою пропавшую сестру и обращается к одному не очень успешному детективу. Если человек не может контролировать свои эмоции, они начинают контролировать его…

Двое попутчиков беседуют о страхе и рассказывают истории: действующие лица испытывают смертельный ужас, встретившись с неведомым, тем, чего не понимают…

Четвертая книга из мира Низший, цикла Инфериор.

Дом. Милый дом.

Место, куда хочется вернуться, скинуть тяжелое снаряжение, всунуть ноги в мягкие тапочки, закинуть на плечо дробовик и пошлепать решать явно непростые проблемы почти всемогущей в своих владениях Камальдулы – машины, что управляет замкнутым миром-опухолью Франциском II. И гоблин Оди не против прорубить еще одну кровавую просеку на своем пути, если это может приблизиться к манящей его цели – находящему в океане и надежно защищенному миру-опухоли, что был самым первым среди себе подобных.

Долгожданное продолжение приключений нашего современника Ярослава Феофилова в IX веке.

Отразив нападение «организованной преступной группы» викингов под предводительством конунга Рюрика на «ПГТ Гнёздово», Ярослав оказывается в еще более сложном положении, словно между Сциллой и Харибдой. С одной стороны, нурманы собирают против него большую рать, польстившись рассказами о его богатстве.

Вместо хруста французской булки – хруст песка на зубах. Вместо золотых погон – на плечах груз ответственности за подчиненных. Вечный поручик, без перспектив на повышение и мирную жизнь. Вечный выбор между злом большим и тем, которое чуточку поменьше. Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами? Или – не правое? Или – не будет?

Повесть о сержанте, угодившем из «учебки» под душманские пули. Страшнее рейдов сопровождения, душманов — «зэковские» законы, укоренившиеся в армии. Равнодушные замполиты, заевшиеся прапорщики, обнаглевшие «дедушки», ждущие своего часа «черпаки» и порабощенные «чижики» — таковы страшные своей обыденностью армейские будни.